ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Корабль висел в пустоте. Конечно, каждую секунду он покрывал десятки миль… но по сравнению с преследователями, которые стремительно разгонялись, он был практически неподвижен. Почему фрегаты до сих пор не вышли на связь и не приказали сдаться? Передатчик «Эпсилона Секстана» работал, но из динамиков не доносилось ни звука, кроме шелеста и треска заряженных частиц. Граймс спросил об этом капитана.

— Они знают, кто мы такие, — мрачно усмехнулся Крейвен, — вернее, думают, что знают. И что мы знаем, кто такие они. После всего, что случилось — о каком милосердии может идти речь?

Все, что мы можем сделать — это снова запустить Манншенна. Но пока у нас на борту маяк, они все равно выйдут на нас, и никакая случайная прецессия нас не спасет. Он снова рассмеялся.

— И их тоже ничто не спасет. Помилуй Боже эти маленькие черненькие сердца.

Граймс смотрел на экраны. Сорок километров, тридцать…

— АЛГЭ, сэр? — спросил он.

— Да. Теперь ваш ход.

В третий раз из сопел вырвался газ, плотным облаком окружив судно. Бросив взгляд на датчики внешних термометров, Крейвен спокойно заметил:

— Опять лазеры… Обшивка греется. И быстро.

В рубке действительно становилось жарко. Граймс нажал кнопку и открыл пусковые установки. Газовый экран не только защищал от лазеров, но и скрывал корабль от глаз наблюдателей. Противник не ожидает, что жертва вооружена.

Первый залп. Ракеты рванулись из своих гнезд, и корабль содрогнулся. Вот они — шесть крошечных точек на экранах. Их примитивный электронный интеллект решает лишь одну задачу — найти цель и уничтожить ее. Но его хватает на то, чтобы просчитать несложный маневр противника и слегка изменить курс, если останется топливо. Шесть ракет… вот их осталось четыре, потом одна. Последняя почти достигла цели. Вальдегренские фрегаты вновь пустили в ход свои лазеры — теперь для защиты.

— Не думаю, что они обстреляют нас ракетами, — спокойно заметил Крейвен. — Во всяком случае, пока. Им нужен груз, — он ухмыльнулся. — Но мы заставили их поволноваться.

Граймс не потрудился ответить. На панели снова вспыхнули индикаторы значит, следующие шесть ракет готовы. Он еще не пускал в ход антиракеты. Может, немного поупражняться на больших мишенях? Но антиракет хватит только на три полных залпа, лазеров нет… Стоит ли зря расходовать боезапас?

Кто-то из астронавтов прозвал антиракеты «гадкими скотинками», и название прижилось. Они походили на противокорабельные ракеты — в той же мере, как терьер на мастифа. Их боеголовки были меньше, но отличались большей надежностью. Возможно, АР были «умнее» больших ракет. Несколько дней назад, руководствуясь скорее смутными подозрениями, чем логическим анализом, Граймс позволил себе внести в их программу некоторые изменения.

Он нажал кнопку, активизируя новую программу, и дал залп. Судно снова вздрогнуло. Мичман видел, как крошечные точки быстро ползут по экрану, приближаясь к пятнам-мишеням. Они летели очень быстро, то и дело меняя курс, описывая сложные петли вокруг линии, соединяющей их с целью. Одну сбили лазером через десять секунд после залпа. Но остальные по-прежнему неслись вперед. Вальдегренские фрегаты напоминали людей, которые размахивают палками, отбиваясь от стаи мелких, но злобных созданий — роль палок исполняли лазеры. Разумеется, оставался выход, гарантирующий спасение запустить Манншенна и уйти в искривленный континуум, куда ракеты, конечно, не последуют. Но вальдегренские капитаны, похоже, еще не до конца осознали, что их жертва уже не беззащитна — и более того, способна отвечать ударом на удар.

Еще две ракеты погасли, сбитые вражескими лазерами. Из уцелевших три упорно приближались к фрегату, который поравнялся с «Э.С.», а одна — к тому, что следовал в траверзе. Граймс выпустил новую партию антиракет, тут же дал полный залп противокорабельными… и напоследок, сообразив, что ракеты давно рассеяли газовое облако вокруг судна, включил газоэмиттер.

Крейвен издал торжествующий возглас. Три антиракеты наконец достигли цели. Три вспышки на корпусе фрегата обозначили попадание — похоже, у самых орудийных портов. Еще три ракеты были совсем близко, их нагоняли более яркие точки — противокорабельные ракеты. Конечно, серьезного урона антиракеты не нанесут, но вооружение наверняка пострадало, возможно даже, лазеры вышли из строя. В то же время достаточно одной ПКР, чтобы фрегат был уничтожен, а три…

Так и получилось.

Эта картина была доступна лишь всевидящему оку радаров. То, что тысячи электронов рисовали на флуоресцентных экранах, представляло собой лишь грубую схему — но и она впечатляла. Крупное световое пятно и шесть движущихся искр — три крошечных и три побольше — встретились. На экране возникла яркая бесформенная клякса, которая начала медленно расплываться, потом развалилась на части… Казалось, бледный огненный цветок лениво развернул лепестки — и облетел.

— А теперь номер два делает ноги, — саркастически объявил капитан Крейвен.

Так и получилось. Светящийся силуэт неприятельского фрегата исчез. По тусклому экрану скользили лишь несколько искр — ракеты, которые не успели попасть в цель. Они не могли сбить друг друга — это заложено в программу. Также они не могли развернуться и атаковать единственную доступную цель «Эпсилон Секстана». Скорее всего, у них просто не хватило бы топлива. Но увы, практика иногда опровергает теорию — известны случаи, когда корабли были уничтожены собственными ракетами. Граймс нажал кнопку, отдавая команду на самоуничтожение.

— Будем подбирать уцелевших, сэр? — спросил он, указав на несколько ярких пятен на экране. — Если кто-то выжил…

— Если выжил, это их проблемы, — мстительно буркнул Крейвен. — Нам еще предстоит погоня за номером два.

Глава 18

«Предстоит погоня…»

Как обычно, проще было сказать, чем сделать. Уцелевший фрегат запустил Манншенна и ускользнул. Единственный способ установить контакт между двумя судами в искривленном ПВК — синхронизация уровней прецессии. Маяк Карлотти на «Эпсилоне Секстана» был теперь не просто бесполезен. Это действительно был всего лишь маяк — пассивное орудие, при помощи которого можно было лишь обнаружить себя (или противника — но только в том случае, если вальдегренский фрегат сам захочет отыскать «Эпсилон Секстана»), Ни Крейвен, ни Граймс не обладали достаточными познаниями, чтобы копаться в этом устройстве. «Имамы» полагали, что смогут разобраться, но одни лишь математические расчеты обещали занять от нескольких дней до недель. В итоге получалось, что работающий маяк приносит пользу только противникам.

Поэтому его отключили.

В создавшейся ситуации Крейвен видел только один путь — задействовать псионика. Он вызвал офицера и объяснил ему ситуацию. Телепат все еще не отошел от последствий атаки и выглядел неважно. Его лицо казалось вялым и безвольным, что создавало превратное мнение о его интеллекте.

— Вы полагаете, капитан, наши офицеры — и я в том числе — горят желанием продолжать драку? — спросил юноша. — В конце концов, одного мы уже уничтожили. Может быть, разумнее просто доставить груз на Уэйверли?

— Что до меня, — заявил Бакстер, который появился в рубке в сопровождении Джейн Пентекост, — и проч’х приграничников, я скажу так. Если враг повернулс’ к тебе задн’цей — вмажь ему по задн’це. И покрепче. И наш’ «имамы» тоже так думают. Я переговорил с ними, — он покосился на телепата. Наш юн’ слухач должен и сам знать, и получше нас, каково общее мнение.

— Мы не подслушиваем, — холодно отозвался псионик. — Но я готов подчиниться мнению большинства.

— А приказы капитана в эту категорию не входят? — поинтересовался Крейвен — скорее снисходительно, нежели сердито.

— Законные приказы, сэр? — спросил Граймс, который до этой минуты молчал, как рыба.

— Заткнись! — посоветовала Джейн Пентекост.

— К сожалению, сэр, — продолжал телепат, — я не обладаю чутьем на направление. Как вам известно, это довольно редкий дар.

20
{"b":"196450","o":1}