ЛитМир - Электронная Библиотека

– И что, хозяин вам это спустил? – хмыкнул Гоги.

– Решили, что проще будет нас по другим зонам разобщить, чем шум поднимать, трупы списывать да за бунт отвечать. У нас уже шестнадцать человек голодовку объявили.

– Пошли, а то глаза слипаются, – проворчал Гоги, потягиваясь с хрустом и зевая во весь свой гнилой рот.

– Да, надо уж, – кивнул Вертолет.

Мирон быстро глянул на своих приятелей и снова уткнулся в кружку носом. Гоги помялся маленько, потом с кряхтением встал и вышел из каптерки. Четвертый «сиделец», невысокий жилистый парень, который за весь вечер не издал ни звука, поймал взгляд Вертолета и мгновенно оказался возле входной двери. Чуть приоткрыв ее, чтобы уловить любой шорох в коридоре спального блока, он прислонился к косяку и замер.

– Ладно, что тебе на пересылке с воли передать велели? – тихо спросил Вертолет.

– Маруха ждет, блины маслом намазала.

– Все?

– Все.

– А про большого «легаша» что, про Иванова?

– А, да! Его можешь теперь не опасаться.

– А если он узнает? – Вертолет приблизился к лицу Мирона, прошипел: – Если узнает, то мне не жить. Я и суток не протяну. Даже здесь. Сучье вымя! И время неудачное. Что же кореша так подвели меня? Могли бы и «маляву» черкануть, а то на твою пробитую голову надежды нет. Ты на память не жалуешься?

– Ты че, Вертолет, я все сказал, как есть.

– Ладно. Все так все. Иди, да поменьше помелом махай про наши дела.

Глава 2

Антон наконец нашел удобный случай, чтобы познакомиться с водителем Солодовым. Водитель исчезнувшего Иванова на время был снят с машины и шлялся по гаражу без дела. Рабочие дни ему шли, и на работу он являться должен был обязательно. Но постоянные допросы и недоверие вымотали молодого парня до предела.

Быков водителя охарактеризовал как потенциально непричастного к делам Иванова. К возможным делам, как он потом поправился. Коля Солодов пару лет назад пришел из армии, отслужив срочную шофером. Покантовавшись с месяц, он ничего путного не придумал, кроме как пойти в полицию. Все по своей же специальности. За два года его оценили как хорошего, аккуратного водителя и посадили на иномарку возить полковника. Солодов конфликтным никогда не был, умел ладить и с сослуживцами, и с начальством. Так он и прижился водителем у Иванова.

Последние события выбили парня из колеи крепко. Сознавая, что он привез супругу своего шефа под пулю убийцы, что он косвенно виновен в смерти Валентины Ивановны, Николай впал в полную депрессию.

Антон нашел Солодова под навесом уличного кафе, разукрашенного разнокалиберными изображениями бутылок и банок с напитком «Балтика». Этим напитком и накачивал себя унылый водитель, сидя в полном одиночестве за дальним столиком.

– Колян! Здорово! – громко и жизнерадостно воскликнул Антон, распахивая объятия и нависая над Солодовым. – Вот не ожидал тебя увидеть здесь. А я только вспоминал о тебе. Помнишь областной военкомат, поезд, нас, бритоголовых?

Солодов удивленно смотрел на незнакомца и явно не ожидал от этой встречи ничего хорошего. Кажется, в этом парне проснулся и основательно укоренился законченный пессимист.

– Не помнишь, что ли? – не унимался Антон. – Забыл кореша? А как мы в поезде пили, как я с полки упал, помнишь?

Антон представления не имел, как ехал в свое время в армию Коля Солодов, но полагал, что у всех это происходит примерно одинаково. Сам Антон через это проходил и навидался всякого. Если он и ошибался, и у Солодова имелись совершенно иные воспоминания об этой яркой части жизни, то это было не страшно. Главное, завязать знакомство. Если Солодов Антона «вспомнит», то контакт произойдет быстрее. Ну а если не вспомнит, то нынешние его проблемы все равно приведут к нужному контакту, только другим, более сложным и витиеватым путем.

– С полки? – попытался улыбнуться Солодов. – Ну-у… вроде помню, а ты…

– Да ладно! – отмахнулся Антон и бухнул на стол четыре бутылки «Балтики 3». – Помню, не помню… Давай-ка за встречу махнем пивка! Ты чего такой смурной? Проблемы? Нет таких проблем, которые не могли бы решить старые друзья. А армейская дружба, она святая.

Осушив залпом почти полностью кружку, куда он перелили пиво, Антон отдышался и кинул в рот несколько орешков из блюдечка. Кажется, жизнерадостность «знакомого» начала действовать на Солодова. Тот факт, что этот парень знает его по имени и фамилии, подспудно говорил о возможном их знакомстве в прошлом.

– Так что у тебя случилось? – Антон дружески положил ладонь на локоть Солодова. – Давай, выкладывай. Я такого человека вожу, он в таком месте работает, что стоит ему глазом моргнуть, и все твои недоброжелатели полетят вверх тормашками. Я тебе говорю! Я за пацанов своих уже несколько раз просил, и отказа никакого. Он мне прямо говорит, что, мол, для тебя, Антоха, все, что хочешь, сделаю. Ты только скажи! Уважает он меня, потому что я водитель хороший, потому что не отказываюсь ни от чего. А вроде и не обязан, а всегда помогаю. Что жене его сумки помочь на этаж поднять, что в магазин с ней. А бывало, и на природу, на пикник. Тут главное, контакт с семьей!

Антон потягивал пиво, покидывал в рот орешки, не забывая подливать и Солодову, а сам все плел и плел паутину. Не очень, конечно, хорошо по отношению к этому парню. Ему и так несладко. Но он ведь из чувства ложной преданности своему пропавшему шефу никакой помощи следствию не оказал. Молчит и хмурится. Может, знал что-то, а может, просто боялся навредить Иванову, ляпнув лишнее…

Минут через двадцать доверие водителя Николая укрепилось окончательно, и Солодов стал посвящать Антона в свои беды. Он излил душу в едином порыве… Устал от безответных вопросов, ему необходимо было выговориться.

– Ты себя не мучай, твоей вины тут нет ни на грош! – тоном эксперта заявлял уже в третий раз Антон. – Не ты, так таксист привез бы Валентину Ивановну домой, на маршрутке могла приехать. Так что всем надо терзаться. Не о том ты голову ломаешь, Коля, не о том. У тебя шеф пропал, понимаешь! Человек, который был тебе благодетелем, который тебе доверял и себя, и свою жену. Это ведь знаешь как… Хороший водитель – это член семьи, согласись…

Антон старательно изображал человека, мысли которого немного уже путались от выпитого, а язык чуть заплетался во рту. Обычно алкоголь на него действовал слабо, Антону как-то удавалось подавлять его действие. И выпить он мог достаточно много. Это потом, когда появлялась возможность расслабиться, когда можно было уже не играть свою роль, опьянение наваливалось тяжелым грузом на голову, на плечи, гирями повисало на ногах. Результатом всего этого была дикая головная боль, поэтому Антон вообще не любил пить. Хотя иногда приходилось делать это для работы.

– Умом-то я это понимаю, – вяло кивал Солодов, – а вот душа противится.

– Ты же человек, ты мужик, ты должен как раз головой и руководствоваться в жизни. Ты пойми, что должен разобраться сам. И в себе, и в ситуации. И не бойся ничего, я тебе помогу… через своего шефа. Главное, постарайся вспомнить, понять, сориентируйся в ситуации. Кто мог желать смерти твоему полковнику, за что?

Солодов начал говорить. Он старательно пытался вспоминать, размышлять, сопоставлять. Получалось у него очень плохо, но Антон его выручал наводящими вопросами, вовремя поворачивал мысли в нужное русло. Через час стали всплывать интересные факты из жизни полковника полиции.

Во-первых, Иванов действительно имел какие-то тайные встречи, которые теперь вспоминались его водителем как подозрительные. Антон попытался помочь разобраться Солодову в том, могли ли эти встречи быть частью работы офицера полиции или они носили личный характер. Он даже предлагал парню критерии оценки этих ситуаций. Получалось, что встречи к работе отношения, скорее всего, не имели. Личности какие-то темные, неприятные, конверты какие-то.

Антон не хотел раскрывать перед Солодовым тайны, связанные с принципом агентурной работы в полиции, хотя, судя по его рассказам, это были не агенты Иванова. Полковник не в уголовном розыске работал, его клиентами были люди с достатком, аферисты с белоснежными манжетами дорогих рубашек, выглядывавшими из рукавов еще более дорогих пиджаков. Экономические преступления совершают те, кто варится в этой самой экономике, а не те, кто тащит кошелек из кармана, телевизор из квартиры или берет прохожего в подворотне на гоп-стоп. А рожи, с которыми иногда встречался Иванов, были как раз характерными для подворотни. Так воспринимал их Солодов.

4
{"b":"196451","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Шестой Дозор
Человек- Паук. Вражеский захват
Голова-жестянка
Прежде чем я упаду
Возвращение
Слепая зона. Призраки
Что за рыбка в вашем ухе?
Сетевой маркетинг на полную мощность. Возьми от жизни все!
Золушка в поисках доминанта. Остаться собой