ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Г-н де ла Герш понял, что сейчас придется отступить. Проходя мимо Паппенхейма, он произнес:

— Вы обещали мне следить за мадемуазель де Сувини, но не выполнили своего обещания! Теперь прощайте, граф!

— Прощайте, сеньоры! — отвечал Паппенхейм.

На протяжении всего разговора мадам д`Игомер все время улыбалась, Жан де Верт поправлял усы. Все продолжали молчать.

«Нужно увидеть капитана Якобуса и послать с ним записку моему другу Матеусу! — подумал Жан де Верт. — Скорее всего два дворянина поспешат в замок. Нужно, чтобы они не застали его врасплох.»

Рено постарался ничем не выдать чувств, переполнявших его душу.

Взгляд г-на де ла Герш говорил о том, что тот чувствовал то же самое. К несчастью их гнев не имел выхода. Выдержанность обоих и надменность Валленштейна не позволяла им тут же взяться за оружие. Нужно было переждать. Наступит время, когда они возьмутся за оружие. О графе де Паппенхейме не было сказано ни слова. Его предательство было очевидным.

18. Маленький домик в Нюрнберге

Наступил вечер. Г-н де Шофонтен прогуливался перед домом, в котором они расположились вместе с г-ном де ла Герш. Он был вне себя от ярости от того, что только что произошло. Неожиданно перед ним появился паж и предложил следовать за ним.

— Куда ты меня ведешь? — удивленно спрашивал Рено, не желавший новых приключений.

— Туда, где вы не будете сердиться, — отвечал паж. Каркефу был уже тут как тут:

— Месье маркиз, у меня сложилось впечатление, что в этой стране небезопасно ночью… Лучше не стоит рисковать, оставайтесь дома.

— Речь идет о мадемуазель де Парделан, — прошептал паж на ухо Рено.

— О! Пойдем скорее! Поспешим! Веди меня, я иду за тобой!

Рено уже не шел, а бежал за пажом, все ускорявшем шаг.

Каркефу решил оставить кость, которую с удовольствием обгладывал, и поспешил за хозяином.

Рено шел, не поворачивая головы. Скоро они вышли из города, прошли по извилистой дорожке и углубились в лес. Через несколько шагов перед ними открылась широкая просека, в конце которой можно было разглядеть небольшой павильон.

Рено и паж вошли туда. Каркефу, тем временем, занял удобную позицию около павильона, чтобы при первой возможности броситься на помощь хозяину.

Рено тем временем миновал темную лестницу, паж держал его за руку; под ногами пружинил толстый ковер. Он приглушил звук его шагов. Сердце Рено громко билось и мешало дышать.

«Диана! Сейчас я увижу Диану!» — стучало в его груди.

Откинулась портьера — и в будуаре он увидел мадам д`Игомер, освещенную неясным светом.

Рено машинально сделал шаг назад.

— Вы испугались женщины, месье маркиз? — спросила она.

— Я думал, что речь идет о мадемуазель де Парделан!.. Это предательство! — гневно произнес Рено.

— Вас не обманули, речь, действительно идет о мадемуазель де Парделан. Но кто сказал, что вы должны её увидеть?

Говоря это, мадам д`Игомер дрожала. Никогда раньше Рено не видел её такой бледной и такой взволнованной, разве что в последний день своего пребывания в Сан-Весте. Она была всегда такая спокойная и выдержанная, а сейчас, казалось, она потеряла самообладание. Ее белое платье ещё больше оттеняло её волнение. Лоб и щеки д`Игомер были мертвенно-бледны.

Рено отодвинул портьеру, готовясь уйти. Мягкий и вкрадчивый голос мадам д`Игомер остановил его:

— Чего вы боитесь? Ведь здесь только женщина и ребенок!

— Я не боюсь никого, тем более женщин! — с достоинством произнес Рено.

— Если вы хотите сказать, что от меня зависит участь мадемуазель де Парделан, то это правда, но, чтобы она завтра оказалась на свободе — это зависит только от вас! — продолжала Текла.

— От меня? Что я должен делать? — с готовностью произнес молодой человек. — Я готов отдать за неё жизнь!

— Я это хорошо знаю, но зачем мне об этом говорить? — перебила мадам д`Игомер. — О! Вы выбрали неправильный путь, усугубляя рану в моей душе.

При этом Текла, опустошенная, упала в кресло, лицо её было белее мела. Слезы (а они были настоящими в этот раз) полились из её глаз.

Рено был вынужден поддержать её и почувствовал, как она дрожит.

— Если вы желаете этого, я посвящу свою жизнь вашей защите!

— Послушайте! — нашла в себе силы мадам д`Игомер и продолжила разговор. — Я думала, что я сильней, чем есть на самом деле. Я была уверена в своей ненависти к вам… Но, увидев вас, я поняла, что в моей душе зажглось какое-то пламя…в моем сердце зародилось неведомое доселе чувство! Забытые эмоции вдруг заполнили меня. Долгие месяцы печали, наполненные мыслью о мщении, мои мечты и мои страдания, мои слезы и мое отчаяние вдруг исчезли и ничего не осталось, кроме вас…

На мгновение Текла замолчала. Смешанное чувство удивления и грусти наполнило душу Рено, он хотел заговорить, но д`Игомер остановила его.

— Поверьте мне, — продолжала она. — Я буду такой, какой вы захотите; я буду вашей спутницей в жизни, верной женщиной, опирающейся на вашу руку; я буду вашей служанкой и никто не будет вам больше предан, чем я. О! Какой я буду счастливой, если вы мне позволите быть с вами!.. Если вы хотите, чтобы я полюбила мадемуазель де Парделан, и я на это согласна… но полюбите и вы меня. Если вы не в силах сделать это, откажитесь сразу, не мучайте меня! А помните ли вы о тех днях, проведенных вместе со мной? Помните ли те длинные ночи? О! Если вы их уже забыли, то мое сердце их ещё помнит!

Вы не знаете, как я вас любила тогда! Увы! Я не знала ещё тогда этого сама! Видите, что вы со мной сделали, в какую пропасть я опустилась! Я помню о счастье, испытанном однажды — и я прошу вас об этом помнить! Возьмите мою руку и поклянитесь, что никогда мадемуазель де Парделан не будет называться мадам де Шофонтен! Тогда я дарую ей свободу!

— Но я люблю ее!.. Как я могу отказаться от нее? — воскликнул Рено.

— Как! — заговорила возмущенно д`Игомер. — Вы у меня и она не свободна… Да как вы смеете! О! Вы, наверное, сошли с ума!

— Послушай теперь меня, я прошу вас, успокойтесь! Что вы с ней сделали? Вы обратили её в свою веру? Ведь она невинна, как ребенок, ей нет ещё и двадцати лет!.. Неужели вы позволите увянуть ей в слезах и горе?..

— О! Вы думаете, что она одна будет плакать?

— Вы неумолимы!.. что может заставить вас отказаться от своей безумной затеи? Как я могу обидеть ее? Как вы можете мне предлагать подобное? Я не смогу предать её, ведь она говорила мне: «Я люблю вас!»..

— Но разве не эти же слова когда-то сказал мне человек, которого звали Рено?

При этом мадам д`Игомер встала и её лицо приобрело такое же выражение, что и в замке Сан-Вест; это выражение было хорошо знакомо г-ну де Шофонтену.

Прошла минута и по Текле уже нельзя было сказать, что только что она испытала какие-то эмоции. Рено молча шагнул к двери.

— Итак, — произнесла строго мадам д`Игомер, — вы не отказываетесь от мадемуазель де Парделан?

— Нет и никогда этого не сделаю!

— Тогда она откажется от вас!

Рено вопрошающе взглянул на нее, но Текла, казалось, не заметила его взгляда.

— Я вас больше не задерживаю, месье маркиз, — произнесла она, звоня в колокольчик.

На его звон явился паж и мадам д`Игомер приказала ему проводить Рено.

— Теперь, — прошептала мадам д`Игомер, — я передаю это дело в руки Матеуса, моего верного друга.

Рено тем временем вышел из павильона и нашел Каркефу около дерева. На его вопросительный взгляд г-н де Шофонтен произнес:

«Все плохо!»

— Месье маркиз, — отвечал верный друг, — жизнь так длинна, не нужно отчаиваться!

Но, поняв, что сейчас хозяин не в настроении и не захочет отвечать на его философские шутки, молча последовал за ним.

19. Четверо против одного

Условия обмена были подписаны; ничто более не задерживало Армаа-Луи и Рено в Нюрнберге. Вскоре они покинули лагерь Валленштейна. Проехав несколько миль, они повстречали всадника, приветствовавшего их. Это был граф де Паппенхейм. Он был одет в кирасу и широкое пальто. Прежде, чем Арман-Луи и Рено смогли ответить на приветствие, граф был далеко.

100
{"b":"1965","o":1}