ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Господа, — вмешался в разговор Эктор, — теперь моя очередь говорить. Его светлость может ждать. Его происхождение служит ему защитой, но я — другое дело. Согласитесь, что я значу? Простой дворянин, все достояние которого — его честное имя. И этому достояние осквернено. Я буду защищать его до смерти. Имя, которое я хочу дать мадмуазель Блетарен, я принесу ей незапятнанным. Я объяснюсь с королем.

— С королем? — воскликнул Рипарфон. — В подобную минуту и о таком предмете?

— Я рискую своим будущим, своей свободой, может быть, жизнью, если хотите. Но я с ним объяснюсь.

— И прекрасно сделаете, — кивнул Поль.

— Наследник оставил некоторые выписки относительно дела мсье Блетарена, — продолжал Эктор. — Они находятся в его кабинете в Версале. Бумаги, которые меня интересуют, не были найдены: я справлялся и знаю это. Но я пойду сам в комнаты наследника, и когда бумаги будут в моих руках, я передам их королю, и он все узнает.

— Вы ставите на карту все, — заметил Рипарфон.

— Так ставьте же скорее, — произнес герцог. — Решительные меры всегда самые лучшие.

— Вы выиграли в первый раз, и выиграете во второй, — прибавил Поль.

Эктор пожал друзьям руки и вышел.

Он знал камердинера наследника и отправился к нему, едва приехав в Версаль.

Камердинер его выслушал.

— Я слышал мимоходом о приготовленных им выписках и отопру вам его кабинет. Туда входил только его секретарь. Один из придворных лакеев и я, мы вместе имеем один ключ от кабинета и оба туда не входили.

Эктор последовал за камердинером. Часы, в углу коридора пробили пять.

— Сейчас здесь будет его высочество герцог Беррийский…Я должен вручить ему некоторые вещи, оставшиеся от покойного наследника, — сказал камердинер.

Эктор вступил в кабинет, дверь которого, завешенная драпировкой, была полуоткрыта.

За столом, спиной ко входу, сидел мужчина. Большое зеркало, висевшее напротив на стене, отражало его лицо. Он ничего не слышал. Перед ним стояли две-три открытые шкатулки и лежала куча развернутых бумаг, которые он просматривал с лихорадочной поспешностью.

Человек был в платье придворного лакея.

Эктор остановился на пороге; шум его шагов заглушали складки драпировки и ковер на полу.

Взглянув в зеркало, Эктор узнал лакея, уже виденного им однажды в кабинете наследника в Марли, в тот день, когда он искал ящик с испанским табаком.

Эта случайность его поразила. В голове его мелькнуло странное подозрение.

Шкатулки опоражнивались одна за другой, вверяя свои тайны жадному вниманию лакея. Просматривая бумаги, он клал их на прежнее место и переходил к другим. Оставался лишь один ящик. Он нажал замок и отворил его.

В руки ему попался запечатанный пакет, лакей прочел надпись, проворно разорвал конверт, жадно пробежал глазами содержавшиеся в нем бумаги и вскричал вполголоса:

— Наконец-то!

Тут Эктор шевельнулся, и лакей поднял глаза. Взгляды их встретились в зеркале. Лакей побледнел и быстро бросил бумаги в огонь, пылавший в камине.

— Негодяй! — вскричал Эктор, устремившись к нему.

Но быстрее кошки лакей бросился в противоположный конец кабинета. Парик сполз с головы, открыв бледное чело шевалье.

Это было подобно кошмарному видению.

Эктор выхватил шпагу и прыгнул, как тигр. Но шевалье открыл дверь, скрытую в стене, и бросился бежать.

— Поздно! — вскричал он.

Эктор с разгону ударился лбом о захлопнувшуюся дверь.

Схватив обеими руками золоченые рамы, он изо все сил их рванул. Дверь немного подалась, но не отворилась. Эктор провел трепещущей рукой по лбу и прислушался. Ни малейшего звука не долетало из коридора.

Он хотел было поднять тяжелое кресло, чтобы ударить им в дверь, но остановился.

— Поздно! Поздно! — сказал он глухим голосом.

Это было предсказание цыганки, и через семь лет оно вновь поражало его слух.

Эктор обратил глаза к камину. Последние листы бумаги догорали. Он вынул лоскуток, наполовину уничтоженный пламенем, на котором ещё виднелись некоторые буквы. То было имя Блетарена, написанное рукой наследника.

Вздох вырвался из груди Эктора. Черный пепел полетел вокруг него, гонимый дыханием.

— Бедная Кристина! — сказал он, пряча на груди остатки бумаги.

Немного пепла, немного дыма — вот все, что осталось от его надежд.

— Поздно, поздно, — невольно прошептал Эктор.

Наконец он встал, бледный, но решившийся.

— Теперь к королю, — сказал он себе.

И вышел.

ГЛАВА 47. МОНАХИ — ФРАНЦИСКАНЦЫ ИЗ БЛУА

Эктор подошел к королю в ту минуту, когда Людовик XIV выходил от мадам Ментенон.

— Вам нужно говорить со мной, мсье? — спросил король.

— Да, ваше величество, — отвечал Эктор, — дело идет о моей жизни и моей чести. Я пришел просить моего короля спасти их.

Король любил, чтобы признавали его могущество. К тому же он сохранил от своей первой беседы с Эктором хорошее о нем воспоминание.

— Следуйте за мной, — отвечал король, входя в свой кабинет.

— Монсиньор, — сказал Эктор, преклонив колени, — позволит ли мне ваше величество воскресить ужасное воспоминание?

— Воспоминание, мсье? Какое?

— То, которое мне следовало забыть: воспоминание о разговоре, случайно слышанном мной в одном из постоялых дворов Фландрии.

Людовик XIV слегка ударил по ковру концом своей трости.

— Вы пробуждаете воспоминания, всегда живущие во мне, когда я желал бы их забыть, — сказал он. — Зачем напоминать мне эти низости?

— Потому, что дело идет о чести дворянина, а честь дворянина — ваша собственная, ваше величество!

— Говорите, мсье, я вас слушаю. — Эктор поднялся, а король сел в кресло, скрестив ноги, оперевшись руками на трость и глядя на Эктора в упор.

— Монсиньор, — сказал Эктор, — было совершено ужасное преступление: внук вашего величества, его высочество наследник умер от яда.

— Что вы посмели сказать, мсье? — вскричал король, приподнимаясь с кресла.

— Правду, ваше величество…Я говорю по убеждению моей совести, выслушайте же меня.

— Берегитесь, мсье, подобные слова заводят слишком далеко, — предупредил король.

— Они не могут вести дальше могилы, ваше величество, и я приношу свою жизнь в жертву.

— Вы сами того хотите. Продолжайте, — ответил Людовик XIV, снова садясь.

Глубокий ужас выражался на его лице, где королевское достоинство напрасно боролось с чувством страха, пробужденного словами Эктора.

— Преступление, поразившее его высочество наследника, сначала убило его покойную супругу, — произнес Эктор.

Людовик XIV вздрогнул.

— И тот, кого обвиняют во всех этих преступлениях, перед вами, ваше величество.

— Вы! — вскричал король, снова вставая.

— Да, ваше величество!

Король посмотрел на Эктора.

— Это невозможно,..

— О, ваше величество, благодарю вас за это слово! Я его ожидал. Оно достаточно для моего оправдания, и я не требую лучшего, но обвинен был и другой…

— Другой?

— Герцог Орлеанский, ваше величество!

— Бурбон, мсье! — вскричал Людовик XIV, у которого взыграла родовая гордость. — Бурбон! И вы смеете говорить это мне…

— Это голос клеветы, и я повторяю его для того, чтобы открыть истину.

Глаза старого короля сверкнули.

— Не трудитесь, мсье, — сказал он. — Герцог Орлеанский одной с нами крови…С его именем не нуждаются в оправданиях. Я король, и я ему покровительствую.

— Я передам эти слова его светлости, и он сокрушит клевету своим презрением. Но это ещё не все, государь.

— Что же еще? — сказал король, нахмурив брови.

— Преступление было совершено…Виновный существует, и я его знаю! Час назад он был здесь, при дворе.

— В Версале?

— Да, в Версале, возле вашего величества. Теперь он бежал.

— Его имя, мсье, его вы знаете?

— Помните, ваше величество, мнимого купца, беседовавшего с принцем Евгением в гостинице «Серебряный кубок»? Случай открыл мне его имя…шевалье Сент-Клер.

69
{"b":"1966","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сердце того, что было утеряно
Вторая эра машин. Работа, прогресс и процветание в эпоху новейших технологий
От разработчика до руководителя. Менеджмент для IT-специалистов
Найди меня
Сегодня – позавчера. Испытание сталью
А что, если они нам не враги? Как болезни спасают людей от вымирания
О лебединых крыльях, котах и чудесах
Про деньги, которые не у всех есть
Черная Пантера. Кто он?