ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ясенка успела увидеть на лице дамы довольную улыбку. «Что же тут творится? — подумала Ясенка. — Похоже, сработала одна из интриг Марклы, но какая и как?»

Она оставила эту мысль на потом, радуясь, что хотя бы ненадолго вырвалась из лап ее всемилостивейшего величества вдовствующей королевы Исы. Но как же теперь отвязаться от этой ужасной женщины, если придется жить с ней под одной крышей? И снова волна отвращения к извилистой придворной жизни захлестнула ее.

За кого бы ей ни пришлось выйти, она надеялась, что супруг будет разделять ее мысли и они заживут в мире и спокойствии вдали от Ренделшама.

Оберн стоически перенес новость о грядущем переезде Ясенки из дома Харуза в замок Ренделшам. В конце концов, она всего лишь подчинилась приказу королевы, а о том, что произошло во время ее личного разговора с королевой, он не знал. Он сомневался, что Ясенка расскажет Исе о его признании в любви.

Переезд лишал Оберна ее общества, но также выводил Ясенку из-под влияния Харуза, а это было вовсе неплохо. Оберн как влюбленный мужчина видел, что и у Харуза есть на нее виды, и опасался, что маршал задумал что-то недоброе.

2

После того как Ясенка покинула покои вдовствующей королевы и отправилась собирать вещи для переезда в замок Ренделшам, Иса немного поговорила с Марклой, по большей части чтобы утешить ее. Потом пришел слуга с известием о приезде Уиттерна. Так рано королева его не ожидала. Заглянув в список дел, назначенных на день, королева выкроила время для встречи с этим вельможей и несколькими другими. Затем отпустила Марклу, позволив той вернуться в Крагден. Иса и так уже потратила на эту женщину куда больше времени, чем могла себе позволить.

Слуга с поклоном скользнул за дверь, чтобы передать распоряжения королевы. Иса подошла к своему письменному столу набросать письмо. Закончив его и удовлетворившись написанным, Иса сделала копию письма. Затем вызвала гонца и поспешно отправила его в Новый Волд, в замок предводителя Снолли, главы Морских Бродяг, с вежливым приглашением посетить Ренделшам, дабы главный вождь мог принять своего возлюбленного сына в добром здравии с рук на руки самолично. А также, добавила она почти в последний момент, дабы укрепить добрые отношения между двумя их народами. Иса не стала уточнять, в чем будет заключаться это укрепление отношений. Хватит времени подумать об этом при встрече с вождем. Ведь он обязательно захочет получить что-то взамен.

Закончив с этим, вдовствующая королева встретилась с лордом Ройансом и лордом-маршалом Харузом, чтобы сделать внушение королю Флориану. Они собрались за столом Совета, во главе которого сел Ройанс. Уиттерн и Раннора сидели в креслах у дальней стены комнаты, за пределами круга света, отбрасываемого свечами. Раннора положила голову на плечо деда, а тот держал ее руку в своих ладонях. Последним пришел Флориан и сел напротив Ройанса.

— Лорд Уиттерн из Дома Рябины сообщил нам о беде, постигшей его внучку, — начал Ройанс, сурово сдвинув седые брови. Я нашел их жалобу законной. Вы, король Флориан, ответственны перед опекуном этой леди за ее положение. И я скажу вам — прекратите и далее позорить ее.

— А я, — сказал Харуз, — не долго останусь графом Крагдена и лордом-маршалом Ренделшама, если правитель, коего я охраняю своей кровью и мечом, окажется недостойным. Человек, который обращается с высокородными женщинами, как с игрушками, и бросает их, когда они ему надоедают, — не государь мне.

— Вы оба слишком уж вежливы. Я буду говорить прямо. Я научилась этому, общаясь с покойным королем, — сказала Иса. Она встала и подалась вперед, опершись руками о стол, и Флориан сжался в своем кресле. — Флориан, твой папаша хоть и обрюхатил знатную женщину, но, по крайней мере, у него хватало мозгов хранить это в тайне до самого конца. И ты прекрасно знаешь, какую бурю вызвала его неосторожность.

— Вы не смеете так разговаривать со мной, — ответил Флориан, но произнес он это таким жалким тоном, что Иса сразу поняла: сын просто хорохорится.

— Смею и буду! — рявкнула Иса, словно кнутом хлестнула. Она подняла руки так, чтобы Великие Кольца Ренделшама, вместилище истинной мощи Рендела, сверкнули на свету. — Вот это дает мне право! Кольца до сих пор не принимают тебя, иначе бы они давно перешли к тебе, по собственной воле, как перешли ко мне. Тьфу! Ты — король? Ты, избалованная пустышка, вырос таким потому, что у меня было слишком много забот, чтобы заниматься твоим воспитанием. Понял, щенок? Это я сделала тебя королем, заявив об этом перед смертным ложем твоего отца. Могу точно так же и снять с тебя корону.

Флориан побледнел.

— Ты не осмелишься.

— Не заставляй меня доказывать это! Хотя мне и очень не нравится такая мысль, но побочная дочь моего супруга может оказаться куда более достойной трона, чем ты. Так что лучше слушайся меня и в этом деле, и во всех других, потому что у тебя, честно говоря, нет выбора.

Слова вдовствующей королевы эхом раскатились по залу. Король заерзал в кресле, глаза его забегали, словно он искал, куда бы удрать. Он боялся встретиться взглядом с теми, кто сидел за столом Совета. И вдруг его поведение резко изменилось. Он поднял голову и улыбнулся.

— Конечно, я женюсь на Ранноре! — воскликнул он. — Как вы могли подумать, что я ее брошу? Я просто забавлялся. Шутил с вами. И хорошо же я вас одурачил, если вы поверили, что я брошу самое дорогое для меня в мире существо! — Он встал и пошел туда, где ждали Раннора и Уиттерн. Они поднялись ему навстречу. Уиттерн поклонился сюзерену, а Раннора присела в глубоком реверансе.

— Нет-нет, не надо, — сказал Флориан. Он взял Раннору за руку. — Мы будем ровней. Я — твой король, ты — моя королева, если согласишься. Скажи, что ты согласна. Скажи, что будешь рядом со мной, с нашим сыном всегда.

— Если вы этого желаете, — дрожащим голосом сказала Раннора, — и если мой дедушка согласен, то и я согласна.

— О, этого я и жаждал. А вы, милорд Уиттерн? Вы согласны на этот брак?

На лице Уиттерна сменяли друг друга отвращение, презрение и неверие перед лицом такого прожженного цинизма со стороны юного короля. Исе все эти чувства были прекрасно знакомы, поскольку она нередко и сама испытывала такое по отношению к Флориану. Затем вельможа взял себя в руки и кивнул:

— Я согласен, ваше величество.

— Тогда мы устроим свадьбу как можно скорее, — сказал Флориан со странной веселостью. — Мы ведь не станем слишком оттягивать венчание, да? А то слухи пойдут.

И тут, к ужасу и удивлению всех, молодой король захихикал.

Яобим и Хальдин, некогда гордые Морские Бродяги, ныне прикованные к земле, стояли и смотрели, как другие люди, не воины, возводили нечто вроде крыши над маленьким полем. Из-за холодов, неожиданно грянувших среди лета, решено было возвести укрытия над полями, в надежде, что они помогут сохранить остатки тепла и не дадут посевам погибнуть. С другой стороны поля на страже стоял лучник Дордан. Все три воина надели теплые плащи поверх кольчуг. Работники расставили жерди по всему полю. У каждой жерди на верхушке была крестовина. Сейчас они соединяли их полосками ткани. Яобим переступил с ноги на ногу, поправил меч в ножнах. Это стояние на страже порядком утомило его.

— Эх, сейчас бы на «Горгулью», — пробормотал его товарищ. Достаточно громко, чтобы Яобим услышал его. — А то торчу здесь, поля сторожу.

Яобим рассмеялся.

— Вождь приказал, вот и стоим, — сказал он. — Думаешь, нападения трясинного народа — сказочки для детей?

Хальдин вздохнул, оперся на копье.

— Я пока ни одного не видел. И пока не увижу, не поверю…

Крик Дордана перебил его:

— Вон они!

Он уже накладывал стрелу на тетиву.

Яобим к Хальдин бросились к напарнику, стараясь не затоптать растения и не снести защиту, которую с таким трудом возвели их соплеменники. Встав рядом с Дорданом, Яобим прикрыл глаза рукой, пытаясь рассмотреть, что встревожило лучника.

5
{"b":"19825","o":1}