ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Не кормите обезьяну! Как выйти из замкнутого круга беспокойства и тревоги
Справочник здоровья для всей семьи
Танцующая для дракона
Любовник из модного каталога
Бесконечная шутка
Самонаблюдение. Дневник Петра Осипова. От великого хаоса к квантовому росту. 2009/2018
Игра престолов. Часть I
Сценарии жизни людей
Содержание  
A
A

— Плейбой или нет, а лишнее желание я выиграл, — сказал я. — Веснушка нашлась — значит, ты проспорила. В бизнесе я уважаю точность.

— А я — гигиену труда. — Ведьма скривилась в улыбке. — И не намерена лишний раз рисковать с таким грязным подонком, как ты. Можешь не размахивать своими справками: все равно в этих лесах ни один шаман не проверит тебя на СПИД достаточно квалифицированно…

Я вздрогнул. Я вспомнил, что давно хочу спросить ее кое о чем — об очень важном.

— Слушай сюда, нечисть инфантильная. — Я нахмурился. — Скажи мне честно: по-твоему, сейчас какой век на дворе, а? Хочется, наконец, узнать, где я нахожусь: в московском интернате для несовершеннолетних интердевочек или посреди собственной горницы в Стожаровой Хате… Если я в интернате — то почему за окнами не шумит проспект Явлинского? С другой стороны, если я в Стожаровой Хате — то откуда ты знаешь про СПИД?

— А кто это? — спросила ведьма и уселась на кровати по-турецки, предусмотрительно скрестив руки на подоле тесного платьица. — Наверное, кто-нибудь из твоих новых фрэндов?

— Как же ты не знаешь о СПИДе, когда ты первая о нем заикнулась! — не выдержал я. — Абзац, подруга. Предлагаю закончить этот глупый гейм [58]. Я выиграл. Никакого колокола не было. Все это — Диснейленд в духе русского средневековья, а ты — актриса, сексапильная, но не достаточно талантливая для того, чтобы сыграть роль местной Бабы-Яги.

Метанка замерла в своей позе лотоса и даже ресницами перестала моргать.

— Сейчас ты энергично рассказываешь мне, кто организовал весь этот маскарад, а затем объяснишь, как добраться до ближайшего села. Нормального села — с пьяными мужиками и силосной башней, понимаешь? Да! Еще ты дашь мне в долг двести рублей на билет до Москвы, я записываю твой телефончик, и потом…

— Послушай, Славка, — Метанка вдруг улыбнулась как-то грустно, — ты болтаешь уже с полчаса и еще ни разу меня не поцеловал… Нет… — Она остановила мое поползновение легким толчком маленького кулака. — Теперь не надо. Я обиделась.

— Ага, — сказал я радостно. — Тогда я тоже обиделся. Пойду, пожалуй, в сад — играть с моим пояском. Он такой забавный: весь розовый, с кистями… Обожаю на нем узелки затягивать.

— Сволочь ты, понял? Знает ведь, придурок, что мне без пояска не жить, и глумится… Ла-адно… Вот выполню последнее желание, тогда отыграюсь. Узнаешь, как девушек эксплуатировать!

Я вздрогнул от такой наглости.

— Позвольте! То есть как это последнее? Что-то мне изменяет врожденная память! Я гражданин свободной страны и умею считать до четырех. Изначально мне полагалось три желания. Два из них ты уже отработала, это я признаю. Осталось еще третье желание плюс бонус — за веснушку. Итого в сухом остатке: два желания!

— Хам. Хам и подлец. — Метанка уселась на край кровати и безуспешно попыталась заплакать. — Подленькая разбойная тварь. Узурпатор. Ему мало того, что мне отрезали косу… Сначала заставляет жить с этим наглым Рогволодом, а теперь еще придирается к веснушкам!

Я смотрел на нее и умилялся. В подсознании зазвучали первые такты радостного, жизнеутверждающего рок-н-ролла. Я уничтожу этого Рогволода. Девчонка заманит его — она кого угодно заманит. Кроме меня, разумеется. Да. Она знает свое дело. У нее мягкие бледные губы и подвижный язык… Разграбив караван, конкуренты устроят в лесу привал — алыберское вино свалит как минимум половину банды. Разгоряченный Рогволод уединится с Метанкой в зарослях и тут же успешно получит по черепу.

Девчонка по-прежнему хныкала. В вырезе темного платьица смутно вздыхала ее грудь — просто удивительно, как я мог принять эту женщину за несовершеннолетнюю хозяйкину дочку…

— Милое дитя! — сказал я, усаживаясь рядом и с кровью отрывая взгляд от глубокого выреза. — Не плачь, мой ангел. Все мужчины — обманщики. Я обещаю, что женюсь на тебе, когда приеду из командировки. Ребенка назови как хочешь. Я буду писать тебе долгие-долгие письма. Жди меня, и через много лет я вернусь ветхим и больным стариком. Мы заживем счастливо и умрем в один день. Как видишь, у нас все впереди — так что не надо плакать.

— Я не плачу, — хмуро сказала Метанка и убрала мою руку со своего колена. — Я злюсь. Нет, ты скажи мне честно: я очень страшная в этой прическе?

— Да я готов изнасиловать тебя на месте, клянусь честью мундира! Едва сдерживаюсь. Тебе безумно идет светлое каре: ты похожа на высветленную Джоди Фостер. Или нет — на Сандру Буллок! А эти милые веснушки просто пробуждают во мне мужчину…

— У-убью гада! — зашипела Метанка и потянулась руками к моему горлу. Я бодро вскочил на ноги и заверил ее, что пошутил. И как она могла поверить, что мужчину так волнуют какие-то там веснушки…

— Нет, я серьезно: прическа весьма стильная. Уверен, что от «Сити Луке». И дорого взяли?

— Бесплатно обслужили, — криво усмехнулась ведьма и закусила губку. Она уже почти успокоилась и только теребила пальцами тонкие золотые браслетики на левом запястье. — А главное, мастер престижный попался: на все Залесье знаменит. Рогволодом звать. Обожает девочек стричь. Ты, говорит, моя подружка — ну так и коса тебе ни к чему. Будешь, значит, моей навеки. Потому что без косы кто ж тебя еще возьмет? И отрубил.

— То есть как отрубил? — заинтересовался я. — Саморучно, топором?

— Мечом, мой мальчик, — двуручным мечом. Я чуть не погибла от страха. Хорошо еще, что спала и ничего не почувствовала. Проснулась — а косы нету.

— Ага, вот видишь: есть на земле мерзавцы и покруче меня, — сказал я. — Ведь я тебя не бью и морально не насилую.

— А я ценю, — прозрачно улыбнулась ведьма и легко спрыгнула с кровати. Зеленый взгляд блеснул как-то странно, и я почувствовал, как прохладная ладошка легла на плечо. — Я ведь тебя, сволочь такую, почти простила. Потому что ты немножко красивый и страшно умный.

Я вдруг вспомнил, что за последние сорок минут еще ни разу не погладил ее по головке. Или по спине… Но — Метанка уже исчезла и вскоре очутилась на подоконнике. Честное слово, она забывает, что носит мини!

— Ну ладно, мой мальчик, давай приблизимся к бизнесу, — деловито сказала она, поправив прическу и медленно закладывая ногу на ногу (я замер). — Нужно обсудить детали операции. Итак, после битвы — во время дележа добычи — я должна увлечь Рогволода в заранее обусловленный кустарник. Правее устья Сольцы — там, где ягодник у расщепленного дуба. Тихое такое местечко — я помню, мы там с сестрами по вечерам песни распевали — весной в половодье… Так вот, ровно в одиннадцать вечера мы должны быть на месте — и тогда твои бандиты храбро нападут на безоружного княжича, и потом…

— А вот это ты верно подметила, — подчеркнул я. — Проследи, пожалуйста, чтобы он был без оружия. А то еще поранит кого-нибудь, во мраке-то…

— Не бойся, тебе это не угрожает, — ухмыльнулась ведьма. — Ты умрешь совсем молоденьким — от венерического заболевания. Тут и гадать не нужно — вся твоя героическая судьба на лице написана.

Я внимательно посмотрел на нее и спросил, что еще написано на моем лице. Ведьма приложила пальчик к губам и сделала вид, что соображает.

— Well… Тут написано, что сразу после поимки Рогволода ты… ага!.. ты вернешь мне поясок, и… мы расстанемся подружками!

Я улыбнулся.

— Никогда не верь тому, что написано на лице мужчины, — сказал я грустно и нравоучительно добавил: — Лица людей врут, как московские газеты. Впрочем… разве ты знаешь, что такое московские газеты?.. Ты в Москве-то была хоть разок? Или ее еще не построили?

— Одну минуту. — Ведьма вдруг озабоченно вздрогнула. — Совсем забыла: я хочу есть. У меня строжайшая диета, по часам. Значит, так: три части свежего вишневого меда, одна часть взбитого яичного желтка и полторы унции толченых лимонных корочек… Да! Когда будешь добавлять цитрусовый порошок, не забудь слегка подогреть смесь…

— Угу, — сказал я. — Обычно я добавляю еще немного гвоздики и полтора грамма фруктового ванилина. Выдержав полтора часа в молодом красном вине, вбрызгиваю восемь капель ромашкового масла и высыпаю четверть унции размельченного кокосового ореха. Потом взбиваю все это до кипения, довожу до белого каления, выбрасываю в мусоропровод и жду, пока жена приготовит мне нормальный ужин.

вернуться

58

«Гейм» — игра (от англ. — game). Не правда ли, нужно быть Мстиславом, чтобы попытаться закончить русский «гейм» в самом его начале. — С.Т.

17
{"b":"19879","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Змеиный король
Смертные машины
В – значит виктория
Убежать от замужества
Голос
Карьера убийцы
Зеленые тени, Белый Кит
Уроки голоса для родителей. Как превратить ваши природные «вокальные» данные в эффективный инструмент воспитания
Книга жизни. Для тех, кто отчаялся найти врачей, которые могут вылечить