ЛитМир - Электронная Библиотека

– Бруно, это вы? – с трудом скрывая радость, поинтересовался Порфирий.

– Конечно, босс.

– И что… с вами все в порядке?

– Абсолютный порядок, босс.

– Вы уверены? Скажите прямо, как ваше здоровье?

– Чудесно, босс. Я в прекрасном настроении: работа идет хорошо. Буквально через несколько минут представлю вам подробный отчет о наследственности пропавшего мальчика.

– Да Гефест с ней, с наследственностью. Вы-то как?

– Гм. А разве со мною должно что-то случиться?

– Конкуренты провели серию успешных психических атак против некоторых сотрудников нашего Департамента, – сказал Литот, приглядываясь к блеску в глазах Бруно: просто легкая усталость? Или, может быть, наркотики?

– Ментальные закладки? – презрительно улыбнулся юный семиквестор. – Наверное, наш друг Братэлло сейчас валяется где-нибудь в стрип-баре под стойкой…

– Вы почти угадали, Бруно. Радуйтесь, что этого не произошло с вами. От таких вещей никто не застрахован.

– Простите, босс, – Феникс Бруно мягко склонил голову. – И все-таки мне думается, что со мной такого не произойдет никогда…

– Не надо прекословить, семиквестор. А теперь слушайте приказ: быстро собирайтесь и выезжайте ко мне. Это прямо сейчас. Вам от Мичуринского пять минут езды.

– Мы летим в Фолгоград на цеппелине? – невинно хлопая ресницами, поинтересовался юный детектив.

– Гм. Откуда у вас такая информация?

– В программе новостей сказали, – играя бровью, ответил Бруно. – Сообщили, что, мол, центурион Литот зафрахтовал на свое имя воздушное судно до Фолгограда… Выдвигаются версии о том, что на юге страны произошло какое-то крупное преступление, раз уж столичного центуриона посылают в этот регион с такой срочностью…

– Хватит болтовни, семиквестор. Через семь минут жду вас у себя, – сухо сказал Литот и погасил экран.

– Прикажете подготовить ваши дорожные чемоданы, великолепный? – поинтересовался Захар.

Центурион ответил не сразу. Он встал, дважды обошел письменный стол, потом аккуратно сломал в пальцах стеклянный карандаш. И только потом сказал:

– Собери-ка мне мини-комплект. Один военный рюкзак, и ничего больше. Шар уже на подлете?

– Через десять минут подчалит, профессор.

– Очень хорошо. Значит, и успею прочитать еще одну главу из дневника пропавшего мальчика.

Наперсток на палец, колечко на нижнюю губу…

– Тит Индепенденс Ермак, личный дневник, почитать, – скомандовал он, чувствуя, как душу нежно обнимает легкое пламя нетерпеливого интереса.

«Доступ к личному ящику гражданина заблокирован», – прозвучало в наушниках.

– Что? – не понял Литот.

Компьютерный женский голос внятно повторил чудовищное сообщение.

Порфирий как сидел, так и обмяк в своем креслице.

– Когда… кем заблокирован?

«Неустановленный администратор, – ответил голос. – Блокировка установлена две минуты назад. Причина: технический сбой в системе хранения данных. Пожалуйста, обратитесь к базе данных позже».

Ровно десять минут профессор Порфирий Литот просидел недвижно в своем кресле. Почерневшее лицо его было страшно. Возможно, он думал о том, как отомстить Черному Эрго за то, что тот ухитрился-таки отключить его от системы Совести…

Захар говорил что-то про цеппелин, про подчиненных, которые уже прибыли и ожидают приказаний, про собранный в дорогу походный рюкзак. Профессор не откликался. Наконец он вцепился руками в письменный стол, тяжело, будто старик, поднялся на ноги.

– Захар… Кто там у нас остался из архетипических злодеев для битья? Надо бы размяться.

Вскоре по широкому искусственному газону перед северным вестибюлем Главного здания Университета Права пронесся небольшой электрический джип. На дальнем конце лужайки на изумрудной траве колыхалась огромная тень: роскошный трехпалубный цеппелин «Дипломат Андрей Козырев» завис в сотне метров над землей, пришвартованный к специальной посадочной мачте.

Джип с визгом затормозил у подножия мачты, красиво крутанув вороным крупом и взметнув ввысь вонючую тучку зеленых пластиковых ошметков (на травяном ковре остались горячие проплешины). Из джипа посыпались пассажиры в одинаковых штурмовых скафандрах; их было четверо. Едва поместившись в ажурной кабинке лифта, они взметнулись вверх по шахте – и вывалились на причальный мостик, блестя модными боевыми доспехами.

– Радуйтесь, профессор. Радуйтесь, семиквестор. Рады видеть вас, господа! – тщательно улыбаясь, хрупкая темнокожая стюардесса встретила их на пороге стыковочного шлюза. – Дирижабль в вашем распоряжении, чувствуйте себя как дома. Радуйтесь, семиквестор. Радуйтесь, майор…

Скафандры молча прогрохотали титановыми башмаками мимо стюардессы, не удостоив ее даже полупоклоном. И только самый последний из путешественников внезапно дернулся, надвинулся на бедную девушку металлическим плечом, блеснул затемненными глазницами шлема и молвил:

– Умри, морда нерусская.

Сказав сие, горделиво прошествовал в салон повышенной комфортности.

Через пять минут один за другим отстегнулись пневматические ванты, гигантские пропеллеры пришли в движение, и титаническая надувная сигара медленно отползла от причального мостика – и неспешно, будто поднимаясь по пологой воздушной лестнице, начала свое восхождение на небеса.

Бело-красная громада летающего парохода удивительно красиво смотрелась на фоне темнеющего московского неба, пронзительно гармонируя с багровыми облаками, алыми сигнальными маяками небоскребов, розовыми разливами света на рекламных панно. Пропуская воздушного бегемота, замер оживленный аэротрафик над улицей Косыгина, сгрудились в блистающее облако гирокоптеры над смотровой площадкой Воробьевых гор, только оранжевые молнии воздушных скутеров неотложки, да серые каракатицы мусорных вертолетов, прижимаясь к верхушкам фонарей, продолжали сновать над набережными, над самой землей.

Один из мусорных вертолетов резко взмыл к небу, за пару секунд забираясь на непривычную для этих машин высоту. Видимо, пилот опаздывал на базу после напряженного рабочего дня и рассчитывал перескочить на другую сторону реки прежде, чем взлетающий дирижабль полностью перекроет движение. К сожалению, мусорщик не учел направления турбулентных воздушных потоков, возникших под корпусом «Дипломата Андрея Козырева», – и старенький вертолетик буквально засосало под самое брюхо роскошного судна. Мусорная машина врубилась в переднюю часть пассажирской гондолы, аккуратно срезав нижнюю палубу – точнее, ту ее часть, где находились трехуровневые пассажирские каюты VIP-класса с наилучшим панорамным обзором, с бассейнами, бильярдом и сауной в каждом номере.

Срезанный кусок, бешено вертясь и теряя в полете осколки панорамных иллюминаторов, блестящие листы обшивки и мебель из выпотрошенных кают, обрушился наземь где-то на территории музея-усадьбы «Офигительное» [46]. Взрыв получился небольшой, из-за деревьев пламени практически не было заметно, а вот столб дыма, лениво поднявшийся к свинцому потемневшему небу, привлек внимание многочисленных посетителей плавучих ресторанов и уютных кафе на обеих сторонах Москвы-реки.

О трагической гибели перспективного детектива сообщили все телеканалы.

продолжение следует

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

ДОКУМЕНТЫ ЭПОХИ

Специальное предложение: закажи чучела своих родителей! До генварских календ пришли их фотографии по адресу: Б. Э-на-Москве, проспект Перестройки, д. 380, офис 251 19 и получишь скидку 20 процентов от стоимости каждого чучела!

Документ № L Публикация в электронном журнале для молодых родителей «Спланированная семья»:

Рубрика: РАЗВИВАЮЩИЕ ИГРЫ

Набор детский игрушечный

«ВЕСЕЛАЯ ГИЛЬОТИНКА».

Хорошее развлечение для ребят от 5 до 12 лет. Игрушечная гильотина – точная копия настоящего устройства, разработанного в эпоху Величайшей Французской Революции, выполнена из экологически чистого пластика оптимистических цветов и снабжена электрическим устройством опускания «ножа». В базовый комплект входят три восковых чучела – английского короля Карла, французской королевской семьи Людовика XVI и Марии-Антуанетты. Игрушка дает детям наглядное представление об известных событиях европейской истории, дети узнают также о некоторых особенностях строения человеческого тела. Головы издают звуки, закатывают глаза, после отсечения от «тела» голова меняет цвет (бледнеет). Высокая степень правдоподобности казни достигается использованием нового состава, имитирующего кровь.

вернуться

46

«Офигительное» – музей-усадьба известного московского журналиста, писателя и государственного деятеля А. Миронова (1973—?) на месте бывшего Экспериментального биогеоценозного парка Факультета почвоведения МГУ. До крушения лайнера «Дипломат Андрей Козырев» на территории усадьбы сохранялось два памятника архитектуры начала XXI века – сарай деревянный дровяной (щедевр молдаванского зодчества, созданный трудом наемных мастеров с берегов Днестра, которые, по преданию, были ослеплены заказчиком, чтобы нигде уже на земле не было создано другого сооружения, превосходящего этот сарай по своему уродству), а также баня деревянная в стиле «подольский постмодерн» (недострой середины века). После катастрофы оба бесценных памятника сгорели в огне и полностью утрачены.

77
{"b":"19880","o":1}