ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Наконец, по винтовой лестнице мы взмыли на самый верх центральной твердыни замка, носившей название «Столп Децебала», — здесь, под колючей крышей, находился душный кабинет прежнего Траяна. Взмыленные вилы, разминая дымящиеся крылья, опустили мое кресло на пол (дубовые плиты, прошитые толстыми гвоздями из метеоритного железа). Я с любопытством огляделся — и ахнул. Даже в самых бредовых компьютерных играх редко встретишь столь богатую коллекцию архаичной волшебной утвари.

Смех один. Похоже, из виртуального ЗD-боевика «Уничтожитель старушек» я внезапно попал в фэнтезийно-алхимический квест (знаете, есть такие нудные гамесы, где приходится смешивать разноцветные снадобья, выпаривать троллиную мочу и растирать пестиком серу из драконьего уха).

Надо было видеть, с какой необоримой гордостью старый BJ демонстрировал драгоценные амулеты. Многозначительно играя бровями, достал из шкафа дюжину серебряных тарелочек, по которым надлежало катать наливные яблочки с единственной целью тайком подглядеть происходящее за тридевять земель. (Я вежливо выслушал, осмотрел тарелочки и ни одной не разбил.)

Важно поджимая губы, лысый жрец поведал, как общаться с тусклым зеркалом, закрепленным в темном углу кабинета и еще хранившим под слоем пыли гримасничающие отражения прежних хозяев. (Изображая изумление, я цокнул языком.)

Морща желтый лоб, BJ на полном серьезе расписывал, каким образом костяной гребень, с размаху вонзенный в пергаментную карту мира, способен вызвать внезапное произрастание лесных массивов и «вспучивание» горных хребтов. Наконец дрожащими руками протянул мне скрюченный булатный ключ, весивший никак не менее пуда, — и драматическим шепотом сообщил, что с его помощью открывается «Величайшая Троянская Копь».

Я радостно вздрогнул:

— Это… и есть золото Трои?

— Именно так, мой властительный Император… — Старик почтительно поклонился.

Я рассмеялся и выхватил ключ. Я богат! И не надо замешивать снадобья! На эти деньги мы закупим в аптеке готовые яды. Построим новенькие дворцы, акведуки, комплексы ПВО… Наклепаем самолетов и дирижаблей. Натренируем суперрыцарей, снабдив полноприводными Россинантами, лазерными Эскалибурами…

Читатель, разумеется, тоже вообразил бронированную дверь, за которой в уютной пещере расставлены неподъемные сундуки с лавэ. Хе-хе. Каждому геймеру в лучшее верится, но — катится, катится пломбированный вагон! А ведь вот вам кегли, как говорит мой друг Мстислав Бисеров. За железной дверью действительно хранилось золото Трои. Жидкие слитки гудящего зноя. Это была не сокровищница, а… пасека. Тысяча тараканов мне в дисковод! Вместо сундуков там были огромные дубовые ульи — каждый размером с телефонную будку. За-ачем? Кому это нужно?!

Проклятый BJ шепотом пояснил, что в ульях хранится волшебная «медвяна роса» — древнейший носитель информации. Угу. Во как. Помедленнее: я записываю. Миллионы Траяновых пчел, испокон веку скитаясь по земле, не просто собирали цветочный нектар: они подглядывали и подслушивали за людьми. Увиденное влияло на настроение восприимчивых насекомых, а стало быть — и на вкус собранного меда. Вещий дегустатор Траян, пробуя нектар, умудрялся ощутить все, что переживали в свое время его мелкие перепончатокрылые слуги. Горький мед рассказывал о войнах и болезнях, пряный — о страстях и триумфах… Одна медовая росинка на языке гарантировала получасовой сеанс ясновидения. В одной соте, к примеру, легко помещался отчет о схватке двух богатырей. Целый улей хранил сладкую летопись десятилетия. Вот здесь, в гнилой полуразвалившейся колоде, — рассказ о битве Перкуна с Болотом… В этом липовом улье — кисловатая, отдающая гречихой история Кия, Щека и Хорива. Чуть дальше, у стены — медовый слепок Руси времен Аскольда и Игоря…

Поэтический бред! Гнилая фигня в стиле фэнтези! Этого я стерпеть не мог. Где мои унции, желтые слиточки? Где россыпи черного жемчуга? В чем я буду плескаться, разбрасывая к потолку изумрудную пену? Что подарю возлюбленным наложницам? На какие шиши закуплю дирижабли? Над чем я, великий маг, буду чахнуть — над цветочным медом?

И ведь не придерешься: тоже золото… Волшебный улей — это банк данных. А инфо дороже денег, с этим я согласен. Но — меня угнетает плюшевый антураж дешевого голливудского замка на сваях! Бесят факелы и люстры на цепях! Гнетут жрецы в пурпурных балахонах! Где мои лимузины и вертолеты, секьюрити и секретарши? Где в конце-то концов ваш галстук и запонки, мистер BJ?!

Нет, эдак волшебный бизнес не пойдет. Я начинаю — хо-хо! — перестройку. Свет! Мотор! Сменить декорации! Аквариум сюда с морскими гадами! Гигантское окно в ночной город — и чтоб трепалась занавеска! Огромный стол и кожаный диван! Музыка!

Вокруг все весело и быстро завертелось: бледный BJ покатился в угол, в ужасе срывая с шеи стильный желтый галстук от Hermes; вилы испуганно забились под потолок… Я взмахнул руками — клетчатый плед взметнулся пыльной волной — и началась песня. «Это будет мой уютный офис, замшевое сердце империи Траяна», — шептал я, наблюдая, как стремительно раздвигаются стены, уходит вверх зеркальный потолок и отвердевают, золотисто стекленея, наполняясь солидной тяжестью мореного дуба, массивные очертания добротной офисной мебели. «Я стану сверхновой… СУПЕРЗВЕЗДОЙ! Много денег, машина — все дела!» — волнительно вступил оркестр где-то за кадром, и незримый шелковый смычок тотчас скользнул по струнам сердца: маленький сейф с тугой дверцей, зеркальный бар с лафетом для бутылок… Красноватая поверхность стола не должна быть пустой: газеты, любые газеты! кассеты, россыпью видеокассеты! Папиросный пепел кружится воздухе, здесь и там повисли звонкие телефонные трели! Дикторша программы срочных новостей задыхается, как крупная рыба распахивая пунцовый рот на пол-экрана! Пепельницы, стаканы везде, недопитое бренди, обкусанные сигары, десятки шариковых ручек раскатились по наборному паркету! И — теперь — с радостным трепетом — самое главное: здесь, у меня, на письменном столе… Плоский, как златая пластина, и черный, как жирная кожа любимой негритянки. Маленький такой, пахнущий теплым пластиком и крепким капуччино. Вот он, утонченный потомок «Ундервуда», извращенный гибрид печатной машинки с классическими конторскими счетами — помните сухое пощелкивание костяшек… оно еще слышится в мягком хрусте упругой клавиатуры с красноватыми иероглифами (ведь это давно уже не буквы, это сакральные символы, ключи от другой реальности — все эти смайлики, и решетки, и звезды, и улиткообразные «собаки»). Как дрожит эта теплая мышь, как прогибаются ее нежные ребра под пальцами повелителя-юзера! Милое жадное чудовище с атомным микропроцессором внутри… Да, это он. Бялорусский ноутбук «Витебьск», щедро осыпанный бутербродными крошками.

Только — в четыреста раз мощнее прежнего. Потому что отныне у меня есть… медовый Банк! Слышите шипение? — это ползут ласковые змеи толстых кабелей, соединяя хозяйский ноутбук с пчелиными ульями. Уловили бульканье? Это разогретый мед струится в проводах! Несложная программа преобразует вкусовые характеристики меда в четкие буквы виртуальной кириллицы: добро пожаловать в сладкий архив Вещего Траяна! Вот замигали лампочки на ближайшей колоде: изнутри улья гудит и потрескивает — вы думаете, это пчелы? Нет! Это летучие кусачие байты томятся под деревянным корпусом медового стримера. Они ждут своего часа.

Я колдовал себе офис. Дворец лихорадило. Из стен гроздьями полезли разноцветные трубы коммуникаций, запахло озоном и синтетическим моющим средством «Аякс». На дворе гулко и часто взрывались ветхие теремки да горницы: на их месте из ржавой пыли выступали новенькие корпуса. Бастион Рарога задрожал и обвалился: здесь разместится увеселительный комплекс «Crazy Whores» с тотализатором, кунсткамерой и многоуровневыми гаражами на крыше. Лебедям в пруду придется привыкнуть к двухметровой искусственной волне для серфинга. Престарелые жрецы притерпятся к громкой музыке, освоятся в кегельбане и бильярдной. Вот и славненько. На глазах меняется облик родного края. Внедряются новые технологии. Гудят стропила. Постукивают невидимые отбойные молотки. «Столп Децебала» уже вполне смахивает на черную щепку постиндустриального небоскреба, а «Триглавая Твердыня» неуклонно превращается в водонапорную башню сиреневого цвета с желтой надписью: «STEVE TESHILO & THE BANSHEES, Inc».

25
{"b":"19881","o":1}