ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Умею! - видимо, опять её гордость задел - Но чтобы сделать свой лук, по закону нашего народа, надо достигнуть определенного возраста. Когда пройдут двадцать пять раз холодные дни, только тогда разрешается сделать свой собственный лук. Я родилась всего восемнадцать холодных дней назад, так что свой лук я смогу сделать только ещё через семь холодных дней.

Холодные дни это типа зима у них так зовётся (точнее жалкое подобие на оную), а так же это значит, что Эльфы считаются взрослыми только после двадцати пяти лет и Солине только восемнадцать. Хм…молоденькая попалась.

- Ладно, Ушастая…

- Солина!

- …давай запрыгивай на теперь уже свою лошадку и поехали, а то скоро начнёт садиться солнце и поздно уже будет куда-либо ехать.

Бросив ей поводья от заводной лошади, я развернул своего Снежка, и неспешно тронулся в путь. Через некоторое время сзади послышалось легкое цоканье копыт, наступающих на выпирающие корни деревьев, а ещё через минуту рядом со мной пристроилась эльфийка. Так, никуда особо не торопясь, в полном молчании, мы и ехали по этому крайне не дружелюбному лесу. И, судя по тому, что я знаю о нем, ехать нам предстояло довольно долго.

Глава 3

Когда солнце начало опускаться к горизонту, я поспешил найти место, где можно устроиться на ночлег. Как всегда, такое местечко нашлось под деревом, между здоровенных корней. Быстренько насобирав дров для костра, я развел его, затем подогрел на нем немного мяса. Точно не уверенный, будет ли Остроухая есть это, я также достал побольше хлеба, всякой зелени, к которой даже не притрагивался и лепешек. Но, как выяснилось, против мяса Эльфийка ничего не имела против, правда, ела она не в пример крестьянам, изящно, аккуратно, маленькими кусочками. Только вот когда я положил на тарелку свой кусок, она слегка удивилась (естественно, я же должен был схватить мясо грязными руками и, громко чавкая, начать жрать его). Потом, видимо, не захотела портить себе аппетит, отвернулась от меня, но не надолго. Привлеченная звуками льющейся воды, она опять повернулась и, увидев, что я мою руки, слегка ошалела (явно ждала, что я даже не потрудился отойти подальше, чтобы справить нужду). Под её пристальным взглядом нарезал мясо маленькими ломтиками, и, в её представлении, достав какую-то странную штуку (вилку), начал ей тыкать в нарезанные ломтики. Ловко подцепляя их и отправляя себе в рот, при этом старательно и тихо пережевывая. Другой же рукой в это время держал толстенную книгу. Это настолько не соответствовало образу грязных, волосатых (и так далее по списку) людей, что она просидела с открытым ртом минут пять. Потом, наконец, вспомнив, что у неё тоже есть еда, продолжила есть, при этом стараясь быть ещё аккуратнее. Впрочем, это ей так и не удалось. Она всё же подцепляла мясо руками, а я вилкой (здесь даже не знают про такую гениальную вещь, я кузница извел в конец, пока он под моим присмотром не сковал её из самого мягкого металла, который у него был). Эльфийка меня разглядывала на протяжении всей трапезы. Но я, как обычно, при чтении вообще мало на что обращал внимания, только изредка вспоминая про мясо на тарелке. Когда доел, сполоснул всю посуду и руки, затем всё, аккуратно упаковав, сложил в седельные сумки, вместе с тем, что не было съедено. А потом опять погрузился в чтение и вообще перестал реагировать хоть на что-то. Именно поэтому я и пропустил тот момент, когда Эльфийка, свернувшись калачиком, улеглась спать в небольшой ямке возле костра. Зато когда я, наконец, оторвался от книжки, вспомнив, что теперь вроде как не один, моментально подскочил, увидев это. Еле сдержав порыв, чтобы не заорать на весь лес (Дура!!), я начал чуть ли не рычать от злобы в попытке успокоиться. Эльфы это самые мерзлячие существа во всем этом гребаном мире. Сон на голой земле даже в теплые дни для них может иметь самые губительные последствия, а тут эта Остроухая учудила. Сделав парочку глубоких вдохов, я ещё для верности досчитал до десяти, и только потом начал действовать. Встряхнув свой плащ, на котором лежал, постелил его поближе к костру, а затем со всей возможной осторожностью и нежностью, перенёс спящую девушку на него. Видимо этот день у неё выдался очень тяжелым (кто бы сомневался?), так что она даже не проснулась. Накрыв её сверху ещё двумя своими рубахами, я достал так же запасные штаны и, бросив их рядом со Снежком, уже привычно пристроился под боком у своего любимчика. Хорошо, что я сначала дома спал на одном единственном матрасе и на полу, а затем у Ярослава вообще наподобие простыни, а то так бы хрен смог спать на земле (хотя по началу всё равно было не очень). Кто хоть раз спал, на полу или земле, меня поймет. К этому надо привыкнуть, зато, когда привыкнешь, уже становится совершенно всё равно, на чем спать, главное чтобы было тепло.

Наутро я не стал будить свою попутчицу, вместо этого прогулялся к небольшому родничку, который проехали вчера. Затем проделал немного сокращенную разминку, чтобы не вспотеть. А потом, так как Эльфийка так и не проснулась, уселся на корень, прислонившись к дереву, и продолжил вчерашнее чтение. Пока я изучал только основы магии, но того, что прочитал, хватило на то, чтобы научится извлекать небольшой огонёк (мне и этого было достаточно, а то от метода камня с кремнием я впадал в уныние). Причем это спустя пару десятков книг прочитанных мной за всё то время, которое я находился здесь. Причины в моем медленном обучении всего две. Первая, это авторы книг, которые толком сами не знали что писать, что важно, а что нет. Вторая, это опять же из-за книг. Невозможно хорошо научиться по учебнику, нужен учитель. Можно запомнить абсолютно всё, но нельзя применить эти знания на практике без того, кто бы показал, как это правильно делается. Это равносильно тому, что изучать восточные единоборства по книжкам. Ты можешь запомнить хоть все известные приемы, но это сделает тебя лишь сильнее в уличной драке, против того, кто действительно изучал их, ты будешь всё равно, что ребёнок против здорового мужика. Если бы у меня были базовые знания, то я бы смог сам всему научиться, но для этого надо найти настоящего мага. Что в дальнейшем я и планировал сделать, а пока довольствовался книгами.

Спустя три часа, проснулась моя спутница. Выбравшись из-под моих рубашек, она непонимающе огляделась. Затем, увидев мою ехидную улыбочку, со стоном повалилась обратно (точно так же было со мной на утро, когда я в первый раз проснулся в этом мире у Ярослава).

- Утро доброе! - жизнерадостным тоном поприветствовал её, прекрасно понимая, что для неё это утро, какое угодно, но только не доброе - Солнце встало, день чудесный! Где ж ты мой, кабель прелестный? Теперь давай быстренько вставай, рожу мыть и рожу бри…хотя тебе только мыть, а потом легкий перекус и дальше в путь. Итак из-за тебя потерял уйму времени.

Та сначала покраснела, оттого, что столько спала, затем до неё дошло, на чем она спала, из-за этого стремительно побелела. Не знаю, что ей там пришло в голову, но она подскочила с такой скоростью, что я даже восхитился.

- Тебе надо было родиться Хамелеоном. С твоим искусством менять цвет и скоростью, тебе бы не было равных - едко прокомментировал её действия.

К сожалению, весь сарказм ушел впустую, ну или почти впустую. Видимо, решив для себя, что всё же именно она напросилась в попутчики, а не я, старалась не обращать внимания на мои слова. Эльфийка же тем временем уже аккуратно сложила все мои вещи, на которых спала в седельную сумку. Затем, взяв фляжку с водой, скрылась минут на десять за ближайшим деревом. Я же за это время, потушил и закопал костёр, а потом, сложив оставшиеся вещи, взобрался на Снежка.

После двух часов молчаливой поездки, я от скуки решил завести разговор с Остроухой. Читать уже надоело до жути, а тут ещё такая особа рядом. Придя к выводу, что ничего плохого всё равно не будет, я, повернувшись к ней, произнёс:

- Ушастая…

- Солина!

-… почему ты сбежала? Это, конечно, не моё дело, но раз уж я спас тебя, да ещё в попутчицы взял, то может, расскажешь?

16
{"b":"19891","o":1}