ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Впрочем, расстреляв первый колчан стрел (я мог дать стопроцентную уверенность, что она ни разу не промахнулась, хотя штук десять стрел всё же срикошетило, а ещё около пяти стрел умудрились отбить), она не стала расстреливать второй. Второй колчан стрел оставила на потом, будет нас прикрывать. Волна нападавших, таковой уже не являлась, Ушастая поработала на славу, теперь это была просто груда копошащегося 'мяса'. Когда Солина выкосила первый ряд бегущих, их товарищи по оружию просто споткнулись об тела своих же и с грохотом навернулись, в свою очередь делая подлянку другим. В итоге на ногах остался стоять только последний ряд нападающих. Видимо, ждать, пока все встанут, им не захотелось, а может тем, кто хоть кого-нибудь убьет, причиталась какая-то премия (а может ещё что-нибудь). Человек шестьдесят, что остались стоять на ногах, оббежали копошащуюся кучу людей и с ревом устремились прямо на нас. Сделав знак Ушастой, чтобы пока не стреляла, я взял в обе руки свой двуручник и приготовился им хорошенько поработать, рядом подобрался Кронд, а за нашими спинами солдаты. Нападающие на нас идиоты мало того, что ринулись вперёд всех, так ещё и нападали 'клином'. Будь они на конях, это безусловно была бы правильная тактика, но пешком… с этого карикатуру можно рисовать - 'Атака идиотов', а затем внести во все тактически учебники и обвести красным.

Когда первый был от меня буквально в трёх шагах (причем он бежал с таким радостным лицом, будто я умру только от одного его вида, и ему ничего не будет), я прыгнул в его сторону, только слегка в бок. Двуручник же услужливо выставил на уровне горла бегущего. Скорость бегущего, мой прыжок ему на встречу, слабое сопротивление для меча, и тело нападавшего побежало дальше, ещё не осознав, что оно уже мертво, а голова уже ничем не соединена с ним. Только времени оглянуться у меня уже не было. Срубив голову первому, я нырнул под стремительно летящий меч второго и рубанул нападающего по ногам. Рядом просвистел меч Кронда и на меня начал заваливаться живой труп с разорванным горлом. Шаг вперёд, резко выпрямляюсь и распарываю ещё одного вместе с кольчугой от паха и до левого плеча. Немного смещаюсь влево и со всей силы бью кулаком в челюсть какому-то особо шустрому вояке, меч же втыкаю в бок ещё одному. Бросив взгляд в сторону, мгновенно выставил меч над незащищенной спиной Кронда. Смертельный удар от него я отбил, но и за этого мне самому пришлось парировать удар меча своим кинжалом. Уведя меч нападающего в сторону, я оказался совершенно раскрытым для атаки, даже пнуть никого не мог, а вот меня смогли. Отлетев от удара на щиты солдат, я едва их не повалил. Они, в свою очередь, не растерялись и сильным толчком буквально выстрелили мной в нападавших. В длинной прыжке срубил голову пнувшему меня воину. Приземлившись, сделал два быстрых шага назад и опять прыжок вперёд, при этом рубящий удар мечом сверху и наискось, вгоняя лезвие меча в основание шеи и высвобождая его уже у правой подмышки. Кто-то начал заходить с права, схватив меч левой рукой, правой метнул нож в горло нападавшему. Рядом воин сражался с Крондом, при этом стоя ко мне боком. Грех было не воспользоваться таким шансом. Схватив его за шиворот, заставил обежать меня полукругом и запустил его прямо на услужливо подставленную пику. Над самым ухом просвистела стрела, попав в кого с омерзительным чавкающим звуком. Резко развернувшись, я увидел опрокидывающегося навзничь воина со стрелой в глазнице. Мельком показав большой палец эльфийки, я резко парировал удар ещё одного, после чего со всей силы врезал ему головой в переносицу, судя по хлынувшей крови из ушей и сломанного носа, этот уже был не жилец. Крутанув над головой меч, опустил его ещё на одного, того не спас ни шлем, ни щит, подставленный под летящий меч. Сделал опять два шага назад, и затем, парировав удар, со всей силы пнул ногой в колено нападавшему, тот взвыл, но в следующее мгновение я распорол ему горло, и он повалился на спину, судорожно дёргаясь. Отпрыгнув на свою исходную позицию, один за другим метнул пять ножей, при этом ни разу не промахнувшись. Метнул бы больше, но просто не успел, в этот момент до меня добралось сразу трое. Благодаря своей скорости резко поднырнул под мечи, выпрямившись уже сбоку самого крайнего. Резко толкнув его на меч Кронда, я пнул другого в пах, а затем со всей силы ударил мечом по третьему. Тот даже успел поставить блок, но мой меч благодаря длине проскользнул по лезвию противника и больно оцарапал ему руку, резко дёрнувшись, он подписал себе смертный приговор. Укол в грудь и мгновенная смерть. Подлетевший четвертый воин откровенно разевал рот от всего происходящего, я же сделал выпад в его сторону, буквально нанизав его на свой меч. Оттолкнув хрипящего воина, развернулся и пнул в кадык второго, уже начавшего приходить в себя. Оглянувшись, я понял, что сражаться больше не с кем, все из тех шестидесяти были мертвы или умирали.

На всякий случай я прошёл и добил всех умирающих. Будет обидно, если кто-нибудь из них вцепится в ногу в ненужный момент. Причем, когда я умерщвлял всех этих людей, чувствовал одну лишь брезгливость и ничего более. Не знаю, была ли это защитная реакция организма, для того чтобы сохранить мои остатки нервов. Может последствия вмешательства Дженуса, а, скорее всего, и то и другое, но я точно знал, что раньше бы такого никогда не сделал. Будь я в нормальном состоянии, не сделал бы и сейчас. На данный момент, они представляли реальную угрозу для всех нас, и я просто сделал то, что должен был сделать. По крайне мере, я сам себя так оправдывал, но, судя по потрясенным лицам моих спутников, это оправдание было довольно слабое. Ну и хрен с ним! Это моя проблема, забота или ещё что-то, а не их, так что пошли они все… лесом… далеким.

Встав опять рядом с Крондом (единственный, кто смотрел на меня чуть ли не с восторгом) я только сейчас удосужился посмотреть на свой двуручник. Мда… его теперь только на переплавку, ни какой починкой тут даже не пахнет. Я уж собирался, было отбросить его в сторону, но тут мой взгляд задержался на наших врагах и я решил, что напоследок он мне ещё поможет сделать 'доброе дело'.

Нападающие теперь совсем не напоминали ту толпу, которая была всего пару минут назад. Теперь это были хорошо обученные наёмники. Построившись в три ряда, они двинулись этой стеной на нас. Когда до них осталось метров двадцать, я сделал знак эльфийки, разрешив ей стрелять на своё усмотрение. Что же, теперь мой черёд. Подождав, пока нападающие приблизятся на десятиметровое расстояние, я для начала раскрутил двуручник и со всей силы запустил его в строй надвигающихся солдат. Бросок оказался на редкость удачен, одного даже убило, а ещё одного оглушило. В образовавшуюся брешь я 'разрядил' весь свой запас метательных ножей, а эльфийка добавила стрелами. Когда кидаться стало больше не чем, я отстегнул и скинул с себя сначала один пояс для ножей, а затем и другой. Потом снял ножны со спины и, вытащив из них меч, откинул в сторону, левой рукой покрепче ухватил кинжал.

После этой массовой чистки перед нами стоял отряд, состоящий почти из сотни человек. Причем особой уверенности в своей победе они не питали, даже наоборот. Постояв минуты две, они поняли, ножей, чтобы кидаться, у меня больше нет, а стрелы, по-видимому, закончились (это они так думали), поэтому они решили напасть. Подбадривая себя криком, они бросились в атаку. Что ж… у них был шанс, они его упустили, винить кроме себя им некому. Перехватив меч и кинжал, я прыгнул на встречу нападающим. Кто не спрятался, я не виноват.

Десять минут спустя всё было кончено. Живым никто не ушёл. С нашей же стороны было только парочка легкораненых, и то один из-за того, что поскользнулся на крови и неудачно упал, а второго зацепил свой же. Кое-как отыскав свои валяющиеся ножны, я вложил в них уже тщательно оттертый от крови меч и устало поплёлся в направлении обоза, чтобы как следует отмыться от крови. Я был буквально с ног до головы покрыт её, причем в большинстве чужой, своя просто не успевала натечь из тех царапин, что я получил, они тут же закрывались.

44
{"b":"19891","o":1}