ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— У вас в Америке всегда так женятся? — прошептала Тиан.

— Нет, не всегда, — ответил я. И тут появился он.

Бог ты мой, живой Элвис.

Двойник Элвиса не так уж плохо исполнил свою серенаду. Парню было немного за двадцать. И у него был великолепный голос. Он изображал того Элвиса, который показался на публике в кожаном костюме, молодого и энергичного. Толстый Элвис в темных очках не подходил к этому празднику. «Элвис» исполнял песню о том, как глупо верить в то, что любовь поселится в твоем сердце, но как невозможно не влюбиться. Моя мама запрокинула голову, чтобы от слез у нее не потек макияж. Я заметил, что Келли, высокая блондинка с фигурой любительницы пляжного волейбола, выразительно посматривает в сторону «Элвиса». И он это тоже заметил. Позже, извините за грубость, он слонялся вокруг да около гораздо дольше, чем того требовали обстоятельства.

Затем прозвучала еще одна песня, и бабушка с Конни начали помогать маме, подниматься на ноги.

Но моя мама положила руки на ручки кресла, и ее лицо приняло такое выражение, которое обычно можно увидеть на мордочке Рори, когда она задумала какую-то шалость.

— Притворству конец! — прошептала она. Обратившись к Конни и бабушке, она сказала:

— Я вам разрешила отвезти меня. Спасибо за прогулку, но теперь я сама.

Она встала и протянула мне руку.

— Давай сделаем это, Гейб. — Мама шагнула вперед. У нее немного подкосились ноги.

— Не волнуйся, — успокоила меня она. — Я не больна. Это просто каблуки высотой два дюйма, а еще нервы.

На ее лице появилось гордое выражение, как у настоящей Джиллис, и она крепче сжала мою руку. Она прошла к алтарю, как грациозная лань, и Мэтт принял ее в свои объятия.

Это конец романа, но не конец истории.

Глава тридцать шестая

Псалом 65

Излишек багажа

От Джей А. Джиллис

«медиа-панорама»

«Дорогой Читатель,

Прошло немало лет, с тех пор как мы вместе. Именно поэтому мне так непросто расстаться. Я скажу свое «до свидания» быстро, иначе я возьму свои слова обратно. Мне очень сложно представить будущее без этих писем. Вы, очевидно, верили, что главной причиной, которая подвигла меня взяться за эту работу, — уверенность в том, что я могу помочь тем, кто обратится ко мне. Но на самом деле получилось так, что ваши письма поддержали меня, когда в моей жизни наступила черная полоса. Когда я читала о ваших бедах, проблемах и неурядицах, мои собственные казались мне незначительными. Я преодолевала настигшую меня болезнь (у меня диагностировали рассеянный склероз), ложь своего добросердечного бывшего мужа, трудности, с которыми сталкивается мама-инвалид, когда у нее на руках маленькие дети… вы помогли мне не утонуть в этом море печали. Каждый раз, получая от вас весточку, я ощущала надежду. Я могла сделать вдох, я могла сделать выдох, и это была победа. Мы будем продолжать вести рубрику раз в месяц, и я надеюсь, что вы останетесь с нами. Помните, что я очень благодарна вам за то, что вы давали мне возможность помочь вам. Я благодарна вам за то, что вы делились со мной своим опытом. Вы возвращали мне чувство собственного достоинства.

 Искренне ваша, Джулиана Джиллис».
* * *

Идея объединить наши с Гейбом дневники и превратить их в роман…

Я и понятия не имела о том, что он ведет дневниковые записи. Я ведь знала, как ему тяжело сосредоточиться на письме. Конечно, Гейб прочел все, что записывала я.

Вы, наверное, подумали, что с того времени мы все зажили весело и счастливо. На самом деле это не так. Прошли дни, недели, месяцы, и трость стала моим неизменным спутником. Но бывали периоды, когда я занималась балетом. Бывали периоды, когда я оказывалась прикованной к постели. Случалось, что я не смела сесть за руль, чтобы отвезти куда-нибудь мою Рори, но бывало и так, что я готова была ехать хоть на край света. Слава Богу, но до сих пор меня не настигал жестокий рецидив. Но я знала, что каждый год буквально теряю почву под собой. К счастью, совсем понемногу. У меня сильные кости, и я все равно намерена бороться до последнего вздоха. Если это будет зависеть от меня, то я настроена на продолжительную борьбу.

Мэтт пил. Немного больше, чем принято. Он не был пьяницей. Его родители были.

В этом мы с ним похожи. В подобной ситуации есть два выхода. Я не пила. Он пил, когда знал, что это не будет иметь для него особых последствий. Он никогда не позволял себе лишнего, если ему предстояло оперировать, так как Мэтт был великолепным хирургом.

Но пришло время, когда я сказала ему: «Хватит». Он не стал в позу оскорбленной невинности, а замолчал. Затем согласился со мной, сказав, что теперь, став женатым человеком, он не может позволить себе опускаться. Рори воспринимала его, как отца. Он постепенно уходил с этого скользкого пути. Сейчас Мэтт выпивает бокал «Мерло», когда я выпиваю свои полбокала. Он быстро понял, что я не из числа его покорных медсестер и ассистентов и не люблю, когда мои планы строит кто-то другой. Планы на жизнь, даже планы на уикенд. Это открытие стоило нам нескольких очень неромантических вечеров. В народе это называют «нашла коса на камень». Но чего можно было ожидать? Мы не знали друг друга настолько хорошо, чтобы уступать безоговорочно. Когда мы стояли у алтаря в той часовне, мы выступали в роли знакомых незнакомцев. Я не знала, что он моет бокалы для вина вручную. Он не знал, что в ванной всегда залит пол, когда я умываюсь.

Наверное, мы не были влюблены друг в друга, когда поженились.

Я полагаю, что Мэтт женился на той девушке, которую помнил со школьных времен. На заносчивой и красивой Джулиане Джиллис. Я знала, что жизнь с ним мне сулит стабильность и безопасность. Но для меня очень важно, что мы подходили друг другу. Великая испепеляющая страсть не впечатлила бы меня. Я точно знала, что главное — это родство душ. Я уважала его. А он имел основание мной гордиться.

Неужели это звучит напыщенно?

Я не смотрю на вещи сквозь розовые очки. Я говорю правду.

Мэтт стал моим соратником. Он сумел пройти со мной долгий изнурительный путь. Если я падала, споткнувшись обо что-то, и срывалась на нем, то он не подавал виду. Однажды я сказала ему, что он псих, раз женился на женщине, которая на три дня в месяц превращается в восковую фигуру. Он сцепил зубы, но на следующее утро принес две чашки кофе. Я взяла свою, и мы шутливо коснулись ими. Мы двинулись дальше. Если он терял терпение в те дни, когда я не понимала, нужен ли мне ноутбук или фен, он просто начинал подавать все подряд. Сначала он постоянно дарил мне разные наряды, но теперь мы ограничились одним подарком на Рождество, потому что поход по магазинам отнимает у меня слишком много сил.

Мэтт думает, что получает достойную компенсацию за то, что не может рассчитывать на меня как на гостеприимную хозяйку. Компенсация эта состоит в том, что он нашел во мне верного друга. И он прав.

Я больше никогда не беседовала с Лео, кроме как в письмах.

Когда Рори подросла, она отправилась на пару недель летом к отцу. Она вернулась в ярости, так как Джой показалась ей очень авторитарной. Ей не нравилось, как та относится к Каролине. Мне это чуть не разбило сердце, поэтому я написала Кэт. Я умоляла ее приехать в Бостон. Однако она решила направиться в Нью-Йорк, чтобы серьезно заняться балетом, а поселиться собиралась у сестры Джой. Она сообщила мне, что планирует навестить меня следующим летом. Я не знаю, как все получится. Но я знаю свою Каролину. Она никогда не переставала любить меня, но она такая же упрямая, как я, поэтому ей будет стоить огромного труда признать, что жизнь с новой семьей Лео, как бы сильно он ее ни любил, была ошибкой.

Я все же надеюсь, что мы с ней найдем друг друга.

Мы всегда умели это делать. Если бы только она позволила немножко помочь ей! Я бы очень хотела, чтобы моя новоявленная балерина заменила мне ту отчаявшуюся девочку, которая наломала в жизни много дров. Каролина так и осталась маленького роста (около пяти футов и двух дюймов), и я удивлюсь, если она весит больше ста фунтов. Ее оборот вокруг своей оси был изумительным по технике, еще когда она была маленькой, а ее пируэты поражали Ли, моего инструктора по балету.

89
{"b":"19907","o":1}