ЛитМир - Электронная Библиотека

— О... — Сильвия была неприятно удивлена таким признанием. — Но это же плохо, — добавила она.

Лицо Тайго сразу же стало непроницаемым.

— У меня на это другая точка зрения.

— Я бы так не смогла, — сказала Сильвия, глядя ему прямо в глаза. — Я считаю, что семейные дела должны быть на первом месте.

— В самом деле?

Уоттс слегка улыбнулся ее запальчивости. Лицо его смягчилось.

— Мне трудно об этом судить, — продолжал он. — Мать погибла в экспедиции, которую организовал отец. Думается, он терзался этим всю оставшуюся жизнь. У них была настоящая любовь, и он еще долгие годы не мог оправиться после ее смерти. Все это время мы жили в разных странах, и у меня были няни и воспитатели. В конце концов в возрасте восьми лет я попал в школу-интернат в Англии. И с тех пор у нас с отцом не было настоящих контактов, пока... — Тут Тайго неожиданно смолк. — В общем, пока для меня не наступили тяжелые времена, — коротко закончил он и после паузы добавил:

— Он оказался очень сильным человеком, и мы обнаружили, что у нас с ним значительно больше общего, чем нам казалось.

— Значит, вам пришлось много попутешествовать в юном возрасте?

— Главное в том, как это происходило... Но были и положительные стороны, которые я в то время просто не мог оценить. Я бегло говорю на французском, немецком, итальянском и греческом, а также имею поверхностное представление о нескольких других языках, чем я также обязан кочевому образу жизни в раннем возрасте. И когда я начал изучать иностранные языки в школе, то понял, что многое почерпнул в детстве.

— Это хорошо, — сказала Сильвия, но ее резануло по сердцу то, что Тайго в детстве был лишен материнской любви и о нем заботились чужие люди.

— Вам нравилось учиться в школе? — спросила она, надевая жакет и стараясь, чтобы голос ее звучал как можно непринужденнее. Тайго не должен заметить, что ее необыкновенно интересовали все подробности его личной жизни.

— Да, нравилось... Большинство других мальчиков не могли дождаться дня, когда они наконец отправятся домой, чтобы повидаться с родными. Но ко мне это не имело отношения — я находил жизнь в интернате содержательной и интересной. Мой отец выбрал для меня хорошую школу и не скупился на деньги, когда в них возникала нужда, для разных мероприятий.

— Это хорошо...

Но ему некому было поведать свои детские секреты, поделиться горестями, а ведь это так важно в подростковом возрасте. Во всех делах он оставался один, с болью подумала Сильвия.

— Ну а вы как жили? — неожиданно спросил Тайго. — Сколько детей было в вашей семье?

— Не слишком много, — с улыбкой ответила Сильвия. — Помимо меня и родителей в семье жила еще собака. Папа с мамой хотели иметь еще детей, но их больше не было. Мой отец умер, когда мне едва исполнилось двенадцать лет. Насколько я помню, именно с этого момента Джонатан начал меня опекать. Он чудесно относился ко мне и к моей маме. Я этого никогда не забуду.

— Да, такое нельзя забыть, — чужим голосом произнес Тайго.

Сильвия не заметила произошедшей в нем перемены и спокойно принялась застегивать замки чемодана. Когда она снова обернулась к Тайго, тот внимательно рассматривал большую фотографию в рамке, стоявшую на кофейном столике, на которой были изображены Сильвия и Джонатан.

...Сильвия с самого начала решила, что дочь должна знать, как выглядит ее отец, хотя бы по фотографии, поскольку живым она его уже не увидит никогда. Идея ее оказалась очень удачной. Когда кто-то из детей спросил Кэтрин, где ее отец, поскольку он никогда не брал ее из садика, она без колебаний и достаточно весело заявила, что папа ее на небе и что он любит есть на завтрак мармелад с поджаренным хлебом.

— А что это за выдумка с завтраком? — спросил у Сильвии наставник, который обычно сообщал родителям содержание разговоров их детей.

— Дело в том, что сама Кэтрин любит есть на завтрак мармелад с поджаренным хлебом, — спокойно ответила Сильвия, а про себя подумала, что дочь осталась верна памяти отца...

— Сильвия?

Она отогнала от себя воспоминания. Тайго пристально смотрел на нее. Губы его были плотно сжаты.

— Вы давно с ним виделись? — спросил он.

— Виделись?.. — Вопрос прозвучал слишком неожиданно. — С кем? С Джонатаном? Нет...

— А существует вероятность того, что вы когда-нибудь снова будете вместе?

— Тайго...

— Сильвия, ответьте мне только «да» или «нет»... Может ли такое быть?

— Нет, — ответила Сильвия, набрав в легкие побольше воздуха. — Но...

— Нам пора двигаться. — Тайго взял чемодан. — Нам нужно поторопиться, чтобы успеть именно на этот рейс.

Он знал, что Сильвия хотела поговорить с ним о Джонатане, но он этого не хотел.

В такси Тайго устроился поудобнее и молча отвернулся к окну. Сильвия следила за ним из-под опущенных ресниц. Да он просто загадка... В какой-то момент она почувствовала, что совершенно сбита с толку. Еще никогда в жизни ей не доводилось встречать человека, которого бы она так мало понимала.

Уладив формальности с билетами, они прошли в самолет и удобно расположились в нем. Внешне Тайго был с ней очень обходителен, но... От него прямо-таки веяло холодом. Сильвия почувствовала нечто сходное с ознобом.

— Тайго?

Сильвия дотронулась ладонью до его руки, почувствовав при этом, как напряглись его мускулы.

— Я сделала что-либо такое, что вас раздражает? Я имею в виду — в последнее время...

— Раздражает?

Тайго повернулся к ней с холодным выражением лица, готовясь, по-видимому, возразить ей. Однако в этот момент глаза их встретились, и невысказанные слова застряли у Тайго в горле. Сильвия почувствовала, что она словно тонет в голубизне его глаз. Время растворилось в каком-то сиреневом тумане, а сердце ее стучало. словно колокол. В следующее мгновение лицо Тайго оказалось совсем рядом и его теплые губы, как бы дразня, слегка коснулись ее полуоткрытого рта, желая вызвать в ней чувственность.

— Такая податливая и красивая... Сильвия скорее угадала, чем расслышала его слова, поскольку Тайго произнес их шепотом и в следующее мгновение выпрямился и уселся прямо в своем кресле. Глаза его вдруг сделались затуманенными и бездонными.

— Вы не сделали ничего такого, что бы меня раздражало, Сильвия.

Она вся внутренне сжалась. Уоттс был опасен. Да, да... Он был опасен.

— Приятно слышать, — лучезарно улыбнулась Сильвия и потянулась к пачке красочных журналов, которые только что положила перед ними стюардесса. — Значит, все в порядке.

Конечно, легкий флирт ничего не значил. Она тоже не придавала этому большого значения.

В аэропорту их встретил Крис Хибберт — генеральный менеджер отделения фирмы Уоттса в Шотландии. Это был высокий благообразный джентльмен, который тут же начал извиняться перед шефом. Он считал, что катастрофа неизбежна.

— Успокойтесь, Крис, — сказал Уоттс.

Поведение шефа удивило Сильвию. Она ожидала, что он в своей обычной манере обрушится на подчиненного, обвинив его во всех смертных грехах, и обольет его холодным презрением. Однако притом что лицо шефа хранило суровое выражение, оно не было враждебным, и говорил Уоттс не повышая голоса. Втроем они направились к ожидавшей их машине.

— Дело далеко еще не закончено, — сказал Тайго.

— Если вы хотите моей отставки...

— Мне определенно не нужна ваша отставка, — довольно резко прервал его Уоттс. — Я хочу с вами работать и работать так, чтобы мы без потерь справились с этой ситуацией. Честно говоря, Крис, у меня тоже есть копии платежных документов и сроки выполнения этого заказа мне известны, но и я сам не заметил подвоха. Камуфляж был искусный. Вы поверили Полу Ханаку, а он дал вам ложные сведения. Но ведь, черт возьми, я тоже ему доверял! Так что, похоже, нас всех надули, — мрачно резюмировал он.

— Я слышал, что вы его уволили, — сказал Крис.

По его голосу можно было догадаться, что он испытывает огромное облегчение. Видимо, он и не ожидал, что шеф так объективно отнесется к случившемуся.

17
{"b":"19911","o":1}