ЛитМир - Электронная Библиотека

Второй день прошел точно так же, как и первый, а третий – как второй, с той лишь разницей, что время до полудня ушло у нас на дорогу к новому месту. Каждый день ненадолго появлялась герцогиня, и вид у нее был такой же пасмурный, как и у Джастина. Четвертый день сложился не так уж плохо, хотя вернуться в гостиницу нам удалось, лишь когда стемнело.

– Возьми в своей комнате смену одежды и приходи ко мне, – сказал Джастин.

– Зачем?

– Вымоешься как следует.

В маленькой клетушке за кухней мне и впрямь удалось вымыться горячей водой с мылом. Оставив там позаимствованные пастушьи наряды и переодевшись в свое, мы вернулись в комнаты. Оказалось, что моя кровать застелена чистой простыней, одежда вычищена щеткой, а сапоги так просто сияют. А на постели лежит маленький кошелек с пятью золотыми.

По моему разумению, эти деньги достались мне недаром. К тому времени, когда мы сели ужинать, столовая уже опустела, огонь в камине горел неярко. Подавал нам сам трактирщик. Телятина была удивительно нежной, соус – пряным и сочным, а золотистое вино – прекрасным, как осень. Пожалуй, мне впервые довелось получить удовольствие от спиртного. Ни Джастин, ни я не открывали рта, пока не покончили с основным блюдом и не взялись за сладкое.

– Ты хорошо потрудился, Леррис, – заметил Серый маг.

– Вижу, ты добываешь деньги тяжким трудом, – промолвил я в ответ на похвалу.

– С такой порчей мне не случалось сталкиваться, почитай, с самого начала, – пробормотал Серый маг, задумчиво поглаживая подбородок.

– Ты поминал Отшельничий. Мол, Отшельничий «зашел слишком далеко». Что ты имел в виду?

– Я ожидал, что действия Отшельничьего против герцога отдадутся рикошетом, но все произошло слишком быстро. Признаки недавние, свежие, как будто...

– Как будто – что?

Я отправил в рот сладкий кусочек.

Он пожал плечами:

– Ну... как будто ты отправился с Антонином.

– А разве такое возможно? Разве можно так быстро посеять такой хаос?

– Наведение порчи не требует больших затрат энергии. Разрушать всегда легче, чем созидать. Но то, с чем мы столкнулись, заставляет подумать, будто Сефии с Антонином помогли – либо Герлис, либо Верлия. Или же Сефия обрела большую силу. А в это... – он покачал головой и отпил вина. – В это верится с трудом.

– А что, Мастера хаоса не работают вместе?

– Сотрудничество противоречит самой сути Белой магии, не считая тех случаев, когда срабатывает связь между мужчиной и женщиной или между учителем и учеником. Кроме того, великие маги редко испытывают необходимость в чем-либо подобном, ибо мало кто дерзает им противостоять.

– Но ты же противостоишь, – решился возразить я.

– Не напрямую. Для этого я недостаточно чист в отношении гармонии, – Джастин поднял бокал. – Ну, хватит. Мы устали, а завтра нам отправляться в Джеллико.

– Что, и там овцы?

– Чему тебя только учили? Это земледельческий край.

– А...

– Хорошие семена дают хорошие урожаи. В Кертисе выращивают масличные бобы, из которых получают ароматное лампадное масло, пользующееся спросом в Хаморе...

Я зевнул. Что ни говори, а некоторые стороны деятельности, сопряженной с гармонией, определенно нагоняли на меня тоску. Но семена на худой конец не пахнут... а коли и пахнут, то не так, как эти проклятущие овцы.

XXXIII

Тянувшаяся по левую руку от нас линия деревьев примерно в кай впереди упиралась в какую-то рощиц. Светившее с ясного светло-голубого неба солнце растопило выпавший снег, оставив обнаженными сжатые поля и пожухлые луга.

Как только мы пересекли Монтгренскую Теснину и перебрались в Кертис, обширные выпасы и огороженные загоны уступили место нивам. Хижины встречались теперь почаще и размерами были побольше, зачастую с приусадебными постройками, но в целом вид местности нагонял скуку. Да и то сказать, что за радость – таращиться без конца на одинаковые поля, изгороди да амбары, и какая в них может быть заключена гармония?

Впрочем, Джастин на сей счет помалкивал, а я к нему не цеплялся.

Неожиданно Гэрлок заржал, встряхнул гривой и замедлил шаг. Роузфут тут же последовала его примеру.

Я вопросительно взглянул на Джастина.

– Пить хотят, – пояснил он.

– А там, впереди, часом не источник?

– Он самый. Насколько мне помнится, там даже есть что-то вроде беседки.

– Беседки?

– Скорее, просто навес, крыша на четырех столбах.

Увы, беседка оказалась разрушенной упавшим на нее дубом. От ее обломков к источнику спускалась тропинка. Я спешился и повел Гэрлока к воде. Пони, однако, беспокойно ржал и всматривался в ближние деревья. Я тоже присмотрелся к ним, однако ничего особенного не увидел. И присутствия хаоса тоже не уловил.

– Пей, лошадка, а я наберу свежей водички...

Бросив поводья на седло, я достал свою флягу.

Гэрлок снова заржал.

– Дружище, тут тебе, конечно, не теплая конюшня, но вода чистая. Чего тебе не хватает?

Стоя чуть выше Гэрлока по течению, я вновь проверил источник чувствами, а потом даже обмакнул ладонь и осторожно слизнул с нее влагу. Все было в порядке – холодная вода и ничего другого. Присев на корточки, я попил, стараясь не навернуться с поросшего бурой травой берега, утер лицо рукавом, наполнил флягу и вставил ее в футляр.

И тут я, наконец, понял, что Джастин куда-то запропал.

Взяв в руки посох, я поднялся вверх по склону, где вместо Серого мага увидел какого-то незнакомого малого, выскочившего из-за здоровенной копны соломы. Он был в кольчуге и маленьком шлеме. Уставив в мою сторону острие обнаженного меча, он прохрипел:

– Еще один паломник...

Удрать от него для меня не составило бы труда, даже не вскакивая на Гэрлока, однако бегство не представлялось мне разумным выходом. Во-первых, я не знал, куда подевался Джастин, а во-вторых, у нападавшего могли быть сообщники, скрывающиеся в засаде с луками, арбалетами или ружьями. Поэтому я расставил ноги, перехватил поудобнее посох, и спросил:

– Чего ты хочешь?

Вопрос, по-моему, вполне разумный, даже если он обращен к грабителю с безумным блеском в глазах и мечом в руке.

– Всего-то навсего твою лошадь и твои деньжата.

– А не многовато?

– Да чтоб ты сдох, проклятый паломник! Все вы одинаковы!

Он взмахнул мечом. Потом еще раз. Я даже подивился такой неловкости. После третьего удара его клинок полетел на твердую глину.

Я выжидал – попробует он подобрать меч или пустит в ход поясной нож?

Его глаза перебегали с посоха на меч и обратно. Потом он вздохнул:

– Может, разойдемся?

Я кивнул. И утратил бдительность. Из засады выскочил второй грабитель. Доверчивость стоила мне продырявленной полы плаща. Я пожалел, что вообще не сбросил это стеснявшее одеяние. Второй грабитель сделал выпад, но поскользнулся, промахнулся и отступил. Я использовал его замешательство, чтобы сбросить плащ, встать в удобную стойку и сосредоточить внимание на своем противнике. Глаза его налились кровью, но руки не дрожали.

Он сделал несколько обманных движений, однако меня они не обманули. Я даже не шелохнулся.

Отступив назад, разбойник вложил меч в ножны, буркнул себе под нос: «Проклятые чародеи», а потом, уже более внятно, произнес:

– Прошу прощения, молодой господин, я не знал, кто ты.

Я тем временем старался держать в поле зрения обоих незадачливых разбойников.

Надетые поверх кольчуг солдатские кожаные куртки у обоих на плечах выцвели малость поменьше, к тому же там имелись маленькие дырочки. Оба явно спороли наплечные знаки различия, причем совсем недавно.

Их кольчуги можно было назвать доспехами лишь с большой натяжкой: они выдержали бы разве что попадание стрелы на излете или слабый скользящий удар. Но мечи вполне годились для боя.

Ни один из них не был отмечен явственной печатью хаоса, хотя, конечно же, и ощущения гармонии от этой парочки не исходило. Более всего они походили на заурядных наемников, которые по истечении контракта решили заняться разбоем.

55
{"b":"19932","o":1}