ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Гейзер данных забил в сети. Тристин ответил, ведя «Уиллис» к «Токугаве». Он был слишком занят, чтобы раздраженно махать руками, но именно раздражение испытывал, думая о тройдах, разведчиках и параглайдерах.

Центральная четверка корветов перехватила среднюю тройку ревяк. Вылетели торпеды. Взаимно перекрытые щиты корветов выдержали. Ревячьи нет. Четыре их судна превратились в энергию, осталось одно с экранами, мерцающими янтарем, оно уходило по кривой вовне, пока не пропало из поля наблюдения. Тристин подметил, где исчез ревяка, но не мог обнаружить никаких следов, подводя «Уиллис» ближе к «Морригану». Они сомкнули щиты.

Две группы ревячьих разведчиков объединились в попытке вклиниться меж двух четверок корветов, сдвоив щиты и устремившись к дальнему концу линии крейсеров. Прямо на «Верещатник», объединивший щиты с «Изданаги».

Две оставшиеся группы ревяк скомбинировались и пошли на «Уиллис» и «Морригана». В свой черед одна из групп корветов Коалиции ринулась вниз, наперехват ревякам, атакующим «Уиллис». Три корвета, переживших первый удар, и еще одна четверка отправились наперехват тройкам, нацелившимся на «Верещатник» и «Изданаги».

Тристин ждал, поскольку любая торпеда, которую он выпустил бы, могла засечь источник излучения одного из корветов, прежде чем отыскала бы врага. Космос так велик, что без поиска излучений или очень точной наводки ни одна торпеда ни во что не попадет.

Три вражеских судна, державшие путь к «Уиллису», понеслись в вираже на корветы-перехватчики, другие три – к «Морригану».

Началась стрельба торпедами. Репрезентативный экран наполнился стремительными голубоватыми и зеленоватыми линиями. Два разведчика взорвались, став энергией, как и один из корветов, а следом и второй. Вознесся в небеса еще один ревяка, теперь три разведчика скользили между корветами и «Морриганом». Тристин произвел расчет и передал команду по сети: «Огонь один! Два!» Обе торпеды были нацелены в ревячьего разведчика, ближайшего к «Морригану». За ними последовали две торпеды с «Морригана».

Тристин вывел «Уиллиса» на курс лоб в лоб и, как только аппараты были перезаряжены, выпалил еще двумя торпедами, на этот раз в волочащегося сбоку ревяку. «Морриган» опять поддержал его своими торпедами. Две ревячьи торпеды полыхнули о щиты «Морригана», щиты хотя и трепетали янтарным цветом, но устояли. Ревячьи нет, и разведчики стали пылью и энергией. Тройд тяжело плыл вперед. Один из корветов, по-видимому, пытаясь чего-то избежать, пошел в вираже к тройду. Яркая вспышка вырвалась из массы железа и никеля, и корвет исчез. Тристин изучал данные даже когда разворачивал «Уиллиса».

– Модифицированная дюза. У них на тройде достаточно энергии, чтобы откалывать такие дьявольские номера, – заметил Джеймс.

Дюза, которая может дыхнуть достаточно мощно, чтобы разнести щиты корвета с расстояния в четыре сотни кайев?

Две группы крейсеров рвались вперед, пробиваясь к тройду.

– Приближаемся к точке пуска, – объявил Тристин.

– Понял, – Джеймс связался с Лиамом: «Регулярные торпеды в полную готовность. Загрузить красные».

– Загружаем красные один и два, капитан. Три и четыре в состоянии готовности.

На экране «Уиллис» стремительно придвигался к большому дрожащему пятну, изображающему тройд ревяк, но данные дальномеров и показания приборов относительных скоростей говорили, что, скорее, это корабль-астероид надвигается на крейсер.

– Точка пять, – объявил Тристин.

– Управление у меня.

– У вас, сэр.

– Красный один готов, – голос Лиама был спокоен и отдавал металлом.

– Запускаем красный один.

– Красный один пошел, – отозвался Лиам.

– Красный два!

– Красный два пошел.

Опять перерыв для перезарядки.

– Красный три!

– Красный три пошел!

– Красный четыре!

– Красный четыре пошел!

– Переход на стандартные торпеды.

– Переходим на стандартные.

– Щиты!

– Щиты на месте, капитан, – отрапортовал Тристин.

– Прячемся.

– Спрятались.

Хотя судовое тяготение никто не регулировал, Тристин ощутил перегрузку, когда «Уиллис» развернулся и с ускорением понесся прочь от тройда. Кокпит походил на вентилируемый гроб, и Тристин сосредоточился на имплантатной имитации курса выброса с тройда. «Рассчитать», – передал он, приказывая компьютеру объявить о миге, когда должен пройти фронт волны.

– Фронт волны миновал, – замелькали слова на его ментальном экране. Тристин выждал несколько секунд, прежде чем объявить:

– Плюс три после удара.

– Отменить прятки. Управление у вас, лейтенант.

– Принимаем внешние данные. Управление у меня.

Экран показал десять корветов, насевших на двух последних ревячьих разведчиков близ орбиты Кали. И слабую точку излучения за щитами «Токугавы». Тристин взвел имплантат. Слишком поздно.

Иии. Мощный поток белой энергии, то, что осталось от «Токугавы», пробежал по звеньям системы и вызвал безумный трепет всех мышц Тристина. На миг его мысли остановились, а нервы словно выгорели до кончиков пальцев. Ревяка, который недавно исчез из ноля видимости, находился где-то неподалеку, невидимый за щитами. Похоже, надеялся, что какой-нибудь идиот пальнет в него, не отключив собственные щиты. И дождался. «Токугава» уничтожил сам себя. Правда, радоваться ему пришлось недолго. От удара трех торпед с «Мисимы» и «Верещатника» дерзкий ревяка превратился в энергию.

– Полагаю, у нас будет новый маршал, – и Джеймс покачал головой.

Тристин, стараясь не хмуриться, проверил экраны. Ревячьих разведчиков не осталось, экраны крейсера фиксировали лишь теплые осколки сплава железа с никелем.

– Скользящая команда, это Скользящий Контроль в резерве. Возвращаемся на базу. Возвращаемся на базу.

Тристин задал «Уиллису» тридцатиградусный поворот и убавил поток энергии к двигателям, машинально проверив аккумуляторы.

Прекрасно. Ни грубого заикания, ни икоты, ни убывающих пиков задержек при передаче энергии в любом из двух направлений. Он поздравил сам себя.

– Нынче вышло лучше, – объявил Джеймс. – Утешает, когда у тебя чуть больше кораблей.

– На этот раз.

– У них отставание на десять лет, – добавил капитан.

– Я тоже так думал, когда был внизу на Периметре.

– Вы полагаете, они постоянно наращивают силы, которые бросают против нас?

– Так или иначе. – Тристин опять проверил аккумуляторы. Течение энергии оставалось ровным. Он опять сократил поступление в двигатели, поскольку «Уиллис» шел замыкающим в колонне кораблей, а на подходе к станции предстояло пройти «бутылочное горлышко».

– Железная Булава-два, это Скользящий контроль в резерве, доложите обстановку.

Тристин пробежался по ремонтным панелям. «Уиллис» не получил ни одного повреждения, все его системы функционировали. Мелкие сбои там и сям не в счет. Разве что осталось только восемь торпед. Снабженцы не позволяли Лиаму набрать их с избытком, что бы ни значили связи майора Сасаки, и уж во всяком случае теперь, после поспешного и неприятного отбытия командира Френкеля. «Уиллис» получил все, что требовал. И немедленно Но ничего лишнего.

Тристин перекинул сведения о состоянии Джеймсу.

– Зеленый, сэр, разве что несколько датчиков и торпеды вне сектора.

– Скользящий Контроль, это Булава-два. Состояние зеленый бета. Вооружение…

– Понял, Булава-два. Запрашиваем о состоянии припасов.

– Скользящий Контроль, это Булава-два. Предварительно оцениваем состояние припасов как зеленое.

– Спасибо, двойка.

Тристин поглядел на капитана.

– Они пытаются прикинуть, как изменить график смен. Прикидывают, кого быстрей загрузить. Вероятно, причина – взрыв «Токугавы».

Тристин вытер лоб рукавом. Почему он так часто потеет, а Джеймс, если не берет на себя управление при старте и швартовке, кажется таким свежим?

Подождав, пока другие крейсера не завершат подход, «Уиллис» подполз к причалу внешнего контроля, подтягиваясь к стене из металла и композита медленно, еще медленней, и со слабым «звяк!» соединился со станцией.

60
{"b":"19933","o":1}