ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Даже ты, говоришь? – рассмеялся Гуннар. – Да ты такие вещи всегда чувствуешь первой.

– Не всегда, – возразила она, ловко наматывая поводья на железное кольцо коновязи. – Придет время, когда тебе придется искать кого-то другого.

– Может быть, ты и права, – отозвался Гуннар, подняв глаза на вышедших из дверей малого класса молодого человека и женщину.

– Мастер Гуннар, – обратилась к нему рыжеволосая женщина, – ты прочел последний реферат?

Гуннар кивнул.

– Да, и попозже хотел бы кое-что с тобой обсудить. Ты по-прежнему путаешь реальное гармоническое начало с абстрактным понятием «добра». Но гармония вовсе не идентична добру, точно так же как хаос сам по себе не есть зло. Тебе стоило подумать…

– Но я думала, еще как думала!

Гуннар вздохнул.

– Мы обсудим это, но попозже.

– Да, мастер Гуннар.

Молодой человек посмотрел на Гуннара с неодобрением, но когда маг встретил его взгляд, побледнел. Повернувшись, парочка скрылась за дверьми аудитории.

– Здорово у тебя получается, Гуннар, – с мягким смешком заметила Элизабет. – Этак ты на всех страху нагонишь.

– Половина из них, включая моего собственного сына, уже сейчас меня терпеть не могут. Я уж не говорю о Братстве: Тэлрин считает, что Институт создан мною в пику Братству, как соперничающая организация. Как будто я хоть когда-нибудь совался в политику. Пойдем в сад, – добавил он, указывая на мощеную дорожку. – Там спокойнее, меньше вероятность того, что к нам прицепятся с глупостями.

– Зря ты считаешь, будто Леррис тебя терпеть не может. Ты был слишком суров с ним, да и Сардит тоже, но, наверное, все обернулось к лучшему. Объяснения не всегда помогают, но когда дети сами сталкиваются с последствиями своих поступков, они многое понимают лучше.

– Надо же, какая мудрость. А ведь у тебя никогда не было детей.

– У меня были ты и Джастин.

– Маленькая сестренка, ты сама сделала свой выбор и, надеюсь, об этом не жалеешь. Как дела у Сардита?

– Прекрасно. Гармония дерева – это все, что нужно ему для счастья. А как Донара?

– У нее тоже все хорошо. Она получает удовольствие, привнося гармонию в свои изделия из глины.

Рассмеявшись, они направились к скамье из черного камня, находившейся напротив поля, повторявшего очертания материка Кандар, где был высажен невысокий, по пояс человеку, маис. Пониже маисовой посадки тянулась полоса стриженой травы, шириной примерно в сотню локтей, за которой начинались сады. Такая же полоса, только выше по склону, плавно поднималась к широким фасадным окнам главного корпуса Института.

Элизабет уселась с восточного края скамьи, подвернув одну ногу под себя.

– Никогда не мог понять, почему ты сидишь в такой позе, – сказал Гуннар.

– Просто так. Мне удобно, – откликнулась она, расправляя плечи. – Понимаю, ты занят, времени у тебя в обрез, но ведь тебе никогда не пришло бы в голову самому наведаться к сестренке и объяснить, что к чему. Ни тебе, ни Джастину, от вас обоих этого не дождешься. Вот мне и пришлось явиться самой. Хаос распространяется, а вот соответствующего усиления гармонического начала я не ощущаю. Неужели принцип Равновесия больше не срабатывает? Мне это казалось невозможным.

– Это действительно невозможно, – отозвался Гуннар с другого края скамьи. – Нарастание хаоса должно компенсироваться, иначе не может быть. Просто мы не знаем, где сейчас концентрируется избыточная гармония.

– Насчет гармонии не знаем, а вот хаос, по большей части, концентрируется в Кандаре, – заметила Элизабет. – Я беспокоюсь о Леррисе и Джастине.

– Я тоже, – отозвался Гуннар, скользнув взглядом по оседлавшим вершины западных холмов облакам.

– А что мы будем делать?

– То, что должны. – Рослый маг пожал плечами. – То, что должны.

– Но мне кажется, что в мире происходят большие перемены.

– Это правда, особенно в Хаморе. Империя изменилась, и прежней она уже не станет. Но Совет, похоже, этого не понимает.

Гуннар приметил, что по тропе поднимаются три одетые в черное фигуры, и встал.

– Они и Братство будут винить в происходящем Институт. Или меня. Или Лерриса.

– Ты говорил с ними?

– К сожалению. Но у них одно на уме: думают, будто я мечу на место кого-нибудь из них. Как будто я, будь у меня охота, не мог бы войти в Совет много лет назад.

Он хмыкнул.

– Если получишь весточку от Джастина или Лерриса…

– …сразу дам тебе знать.

Элизабет встала и обняла брата.

– Похоже, твои студенты нашли тебя и здесь.

– Как всегда.

Рука об руку они двинулись по тропинке навстречу троице в черном.

Ветер за их спинами шелестел стеблями маиса, высаженного в форме материка Кандар.

XXIII

На следующее утро мы с Кристал явились с докладом в личные покои самодержицы. Каси выглядела усталой, с растрепанным волосами и темными кругами под глазами. Стекло одной из ламп почернело от сажи, а бумаг и свитков на рабочем столе было даже больше, чем обычно.

– Что ты узнал?

– Феррел мертва. Я обнаружил место ее гибели…

Последовал рассказ о долине смерти, а также о серном источнике, близ которого стояли войска Хидлена. Правда, то впечатление ужаса, какое производила долина, передать словами было трудно, равно как и объяснить ей, сколь устрашающей мощью обладает Герлис.

Кристал пришлось выслушать все от начала до конца во второй раз.

– Так, выходит, серный источник охраняет не такой уж большой отряд?

– Ну, для Берфира две-три сотни бойцов и вправду не так уж много, но тем не менее это десять-пятнадцать полностью укомплектованных взводов.

– Раньше их там было больше, – заметила Каси.

– А много ли войск снял оттуда герцог? – вступила в разговор Кристал.

– Вряд ли много, но сколько точно, мне установить не удалось. Могу лишь повторить, что сейчас у источника не больше пятнадцати взводов, да еще два рассредоточены по дорогам.

Я прокашлялся, чувствуя себя так, будто боролся и с холодом, и с хаотической по своей природе инфекцией.

– А людей Феррел убили огненными стрелами? Огнем, порожденным хаосом?

– Нет, хидленцы использовали старинное оружие – ракеты. Перевозят на повозках пусковые установки, что-то вроде спаренных пушечных стволов. Сами ракеты – это железные цилиндры, в которых заключен порох. При попадании в цель заряд взрывается. Огненные стрелы маг использовал потом, чтобы замести следы.

– Ракеты, – задумчиво проговорила Каси. – Да, в старинных летописях говорится о таком оружии: бойцы с Отшельничьего применяли его еще до гибели Фрвена. Сама идея довольно проста, но, похоже, есть какая-то забытая хитрость, не зная которой их не изготовить.

Самодержица смахнула упавшую на лоб прядь черных, тронутых серебром волос.

Мне подумалось, что упомянутая ею «хитрость» если и забыта, то, во всяком случае, не Братством. К такому выводу подталкивало меня воспоминание о виденных мною в гавани Найлана трех черных кораблях.

– Люди опасаются использовать порох, потому что чародей может воспламенить заряд на расстоянии, – промолвила, размышляя вслух, Кристал. – Но белых магов не так уж много. Стало быть, и риск не слишком велик.

– А ты повторила бы тот фокус с порохом снова? – спросила у нее Каси.

– Только в том случае, если бы у меня не было другого выхода, – призналась Кристал.

– В данном случае, – продолжил я, – порох заключен в корпус из стали, по своим свойствам близкой к холодному железу. Подорвать такой заряд, да еще и со значительного расстояния, способен лишь очень сильный маг.

– В наши дни мастеров хаоса не так уж много.

– Меня беспокоит и кое-что другое, – продолжил я, уставясь на заваленный документами стол.

Затем последовал рассказ о войсках и ракетах, которые перебрасывались на север.

Каси, чьи волосы были взлохмачены так, будто она частенько ерошила их пятерней, потерла подбородок и чуть заметно кивнула.

– Возможно, тут нет особой загадки. Берфир просто не видит смысла держать у наших рубежей сильное войско. Ему прекрасно известно, что мы не можем позволить себе развязать с ним масштабную войну, и нашего вторжения в Южный Хидлен он не опасается. Но зачем ему вообще понадобился этот источник?

36
{"b":"19934","o":1}