ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– В самом деле? – спросил Рестинал. Он так и не понял, какое отношение имеют горные бараны к назначению посланников.

– Как следствие, – продолжил премьер, – мы выбрали собственную кандидатуру.

Рестинал едва удержался, чтобы не присвистнуть. Старейшина Торинэ не любил, когда ему противоречили, старейшина Квестор – тоже, а премьер противоречил им обоим, причем с завидной бодростью духа.

– И вы действительно полагаете, что уполномоченные согласятся на нее?

– Да. У них нет другого выбора. Они не захотят, чтобы их винили в случае, если дело будет провалено. Старейшина Торинэ это знает. Вы сами никогда не задавались вопросом, почему именно вам было поручено представить список и получить ответ?

Рестинал кивнул: этот вопрос у него действительно возникал, но растаял перед натиском настойчивости и ободрения со стороны Торинэ.

– Нам известно, какое влияние это может оказать на вашу карьеру, Верлин, – продолжил премьер. – Однако вы способны преодолеть любые трудности. Если же нет, то сомнительно, чтобы ваша карьера продлилась еще сколь либо долго.

Перед уполномоченным министром Верлином Рестиналом начинала открываться картина происходящего, и хотя очертания были еще расплывчаты, то, что он видел, ему уже не нравилось. Старейшина Торинэ собирался сделать из уполномоченного министра по делам межзвездной коммерции козла отпущения, если ему не удастся обратить происходящее себе на пользу.

– Кого же вы предлагаете?

– Натаниэля Фёрстборна Уэйлера.

Имя это ничего Рестиналу не говорило.

Премьер бросил на стол рядом с ним тонкую папку. Рестинал проглядел анкету Уэйлера.

Натаниэль Фёрстборн Уэйлер, старший научный сотрудник Института.

Масса тела 38 стандартных единиц.

Рост 191 сантиметр.

Свободно владеет восемью основными языками Империи, а также фуарданским и древним английским.

Пилот-разведчик класса «Б».

Мастер рукопашного боя.

Техник-энергетик класса «В».

Видный авторитет в области инфраструктурной экономики.

Единственный пост, который он прежде занимал на государственной службе, – должность специального помощника-эколитария при предыдущем министре коммерции.

Несмотря на свой скептицизм, Рестинал был впечатлен.

– Вы уверены, что это лучшая кандидатура?

– А вы знаете кого-либо, кто хотя бы наполовину обладал аналогичной квалификацией?

Рестинал подавил вздох. Картина совершенно ясна: либо соглашаешься на Уэйлера, либо уходишь, лишившись поддержки Института.

И свалить вину, если переговоры сорвутся, будет не на кого.

VI

Статная женщина занимает пост специального помощника. Встреча назначена в ее кабинете; она ждет адмирала.

– Мисс Ку-Смайт, адмирал.

Специальный помощник коротко кивает экрану и встает, приветствуя посетителя.

– Очень профессиональный вид, Марселла.

– Благодарю. – Она жестом приглашает адмирала сесть в одно из двух кресел перед ее столом.

Адмирал садится, держа спину прямой, как бывает только после долгих лет военной выучки.

– Вы пересмотрели свою позицию по вопросу о Координатуре?

Седые волосы адмирала блестят. Хотя начальник Министерства обороны может позволить себе лучшие омолаживающие процедуры, седина добавляет еще один штрих к образу авторитетного руководителя.

– Министерство коммерции окажет поддержку императору. Наша позиция остается неизменной.

– Все это знают. Какой еще официальной позиции можно от вас ожидать? Зачем недоговаривать?

Прежде чем ответить, Марселла садится поудобней, потом негромко кашляет.

– Рано или поздно вы поставите Координатуру в ситуацию, когда власть там захватит Институт. И этот момент не за горами. Вас будто подталкивают к военным действиям. Мы же, напротив, работаем над тем, чтобы сделать торговлю инструментом экспансии. Не имея адекватной юридической поддержки, вы идете на ненужный риск. Вполне возможно, что ваши действия подтолкнут независимые внешние системы к оказанию помощи Координатуре, а ведь там не испытывают к Аккорду особой симпатии. Но вам хочется начать действовать прежде, чем мы нейтрализуем Координатуру. Халстон и фуарданцы расценивают ваши планы как угрозу всем внешним системам.

– Если мы откровенны с ними, – прерывает ее адмирал, – почему они не могут ответить нам взаимностью?

– Такие вещи не предают широкой огласке. Если нам удастся добиться того, чтобы Аккорд подписал договор с Министерством коммерции, мы получим юридический документ, где признано увеличение суверенной территории Империи. Тогда внешние системы на это купятся. – Специальный помощник поджимает губы.

– Почему же вы поддержали наши действия на Хаверзоле?

– Потому что с Хаверзолем у нас имелся торговый договор, перезаключение которого они пытались затянуть, поскольку не хотели выполнять содержавшиеся в нем условия. Это оправдывало военный вариант в глазах императора.

– А какая разница между Хаверзолем и Аккордом?

– Разница вам хорошо известна. Торгового соглашения с Аккордом у нас нет, и в настоящее время мы признаем полную независимость Координатуры. У них в отличие от Хаверзоля наличествуют военные ресурсы, и возможно, что операция обойдется вам намного дороже, чем вы ожидаете.

– Какие ресурсы? Три небольших флота, которые и все вместе не превышают численностью одного нашего Четвертого?

– Помните, как мы потеряли Расселину?

– Это было почти четыреста лет назад.

– И спустя четыреста лет мы еще не восстановили ущерб, причинный Терре, и не вернули себе системы. У вас есть десять полных флотов, вы строите одиннадцатый. Располагая всеми этими кораблями, мы возвращаем себе территории лишь благодаря сочетанию военной силы и торговли. А вы опять намерены положиться исключительно на силу! Это не привело к позитивным результатам тогда; не приведет и сейчас.

– Марселла, мы это уже обсуждали.

– Вопрос…

– Знаю, знаю, вопрос был задан мною. Минкоммерции по-прежнему считает, что ситуация не представляется достаточно критичной?

– Ни в малейшей степени.

Некоторое время собеседники молчат, не глядя друг на друга.

– Что ж, – начинает наконец адмирал, – я ценю ваше мнение.

– Понимаю. – Голос специального помощника делается ниже и мягче. – Настолько, чтобы оставлять подчиненных ждать у меня в приемной. Так было с тех пор, как… – Она продолжает, помолчав: – Однако делалось все всегда независимо от меня. И обычно оказывалось, что так и надо. Не всегда, но обычно. И мы вас поддержим, каково бы ни было ваше решение.

– Я знаю. Мне хотелось бы также получить и личную поддержку. – Адмирал встает, подходит к двери и уже там оглядывается через плечо: – Удачи, Марселла.

– Спасибо.

Дверь закрывается. Специальный помощник обводит взглядом просторный пустой кабинет и лишь через какое-то время подходит к пульту с мигающими огоньками. Каждый из них требует ее внимания.

VII

– Проигрывание ситуации на симуляторах дает сорока процентную вероятность успеха торговых переговоров, вероятность провала – двадцать процентов, вероятность начала прямого вооруженного конфликта – десять процентов и, наконец, тридцать процентов – на непредсказуемый исход.

Голос был приятный, но ровность тона выдавала, что рапорт произносит компьютер.

Директор повернулась к троим сидевшим за столом.

– Итак, мы имеем сорока процентную вероятность того, что ситуация может быть разрешена без войны. Раз эти цифры получили мы, точно так же их получат подчиненные адмирала. Какова вероятность успеха, если нынешний посланник будет смещен с должности?

– Личностные данные не являются значимой составляющей вероятности успеха, – ответил компьютер. – Личностные данные являются значимой составляющей непредсказуемого исхода.

Директор нахмурилась.

– Иными словами, – предположила темноволосая женщина, – персональные характеристики посланника Аккорда способны перевести вероятность из неисчислимого поля в другие варианты. Имеющаяся вероятность успеха основана на структурном анализе ситуации. Говоря кратко, мы еще в состоянии достигнуть мирного решения, но в любой момент это положение может измениться.

4
{"b":"19936","o":1}