ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ох, не верится, подумала Дани. Но, впрочем, враждебность Оливера ничуть не должна ее заботить! Она здесь по приглашению Конни Ковердейл, и общество ее сына совершенно не интересует ее! Здравствуйте, до свидания – этого ей вполне достаточно.

Она демонстративно взглянула на свои часики. Они даже не подошли к цели визита!

– Боюсь, уже поздно, Конни...

– А сколько ты потратила на дорогу, деточка? – с интересом осведомилась Конни.

– Чуть больше часа, – отозвалась Дани. – Но у меня сегодня еще одна встреча, поэтому...

– Как мило с твоей стороны, что ты отложила воскресные дела, – кивнула Конни. – Я сама теперь редко в город выбираюсь.

– Я получила огромное удовольствие, – вежливо сказала Дани. – Но у меня не так уж много времени.

– Неужели ты не любишь весну! – воскликнула Конни. – Смотри – все возвращается к жизни.

Дани очень любила весну, но совсем не по той причине, что Конни. Просто она так уставала приезжать на работу в темноте и уезжать тоже в темноте!

– Конечно, – кивнула она. – Конни, вы позвонили мне на работу совершенно неожиданно и договорились о встрече. Не кажется ли вам, что пора объяснить мне, для чего я вам понадобилась?

Восемь дней назад, когда Дани подозвали к телефону на кафедре, она даже растерялась, когда узнала, что на проводе Конни Ковердейл. Ее настолько поразил сам факт, что живая легенда звонит по телефону, как все смертные, что она согласилась на встречу, даже не поинтересовавшись, зачем.

За восемь дней у Дани была возможность поразмыслить над тем, с какой целью Конни ее разыскала. Однако она ни на шаг не приблизилась к разгадке. Она и с Джонни это обсуждала, но тот лишь язвил по поводу того, что Дани вхожа в такие круги, что ему теперь и близко к ней не подойти! Никакой существенной версии он не выдвинул.

Джонни.

Дани невольно улыбнулась, вспомнив про своего коллегу. Он преподавал программирование, и свое фанатичное увлечение новейшими разработками ему удалось передать студентам. Они обожали Джонни. Чтобы попасть к нему на курс, среди старшекурсников был негласный конкурс.

Притяжение противоположностей, с нежной улыбкой подумала Дани. Для нее самым интересным всегда было прошлое. Джонни же был устремлен в будущее.

Из-за Джонни Дани и торопилась сегодня в город. У них было назначено традиционное субботнее свидание.

Конни взглянула ей прямо в глаза. Взглянула пристально, словно силясь что-то разглядеть в глубине ее зрачков. Теперь, без улыбки, Конни выглядела на свои семьдесят с лишком лет. Дани поразилась этой мгновенной перемене.

– Но, дорогая... – проговорила Конни. – Ты, несомненно, уже догадалась о причине, по которой я просила тебя навестить меня.

Дани озадаченно покачала головой.

– Не имею ни малейшего понятия, простите меня, Конни. Все, что вы мне сказали по телефону, – что нам нужно поговорить. Больше мне ничего не известно.

– Но... не хочешь же ты сказать, что приехала сюда, даже не зная, для чего я тебя зову?

На лице Конни было написано полнейшее недоумение. Дани начала забавлять эта почти театральная сцена.

– Именно так, – улыбаясь, подтвердила она. – Вы мне об этом не сообщили.

– Ох, как нехорошо получилось. – Конни сокрушенно прижала руки к груди. – Как неловко. Понимаешь, я прочитала твою книгу о Лео Гарди.

– Ваш сын успел мне это сказать.

Удивительно, но у Дани язык не повернулся Назвать Оливера по имени.

– Он тоже прочитал мою книгу, – продолжила Дани. – Мне это очень приятно, даже лестно...

– Девочка моя, – прервала ее Конни. – Естественно, я позвала тебя не для того, чтобы хвалить твою книгу. Хотя она заслуживает самых высоких отзывов. Но это я могла сказать и по телефону. Нет, дорогая моя. Я позвала тебя потому, что хочу поручить тебе написать мою биографию. Совершенно достоверную на этот раз, – добавила Конни со стальной ноткой в голосе.

Дани открыла рот.

Нет, это какая-то шутка.

2

– И что, она это всерьез? – Джонни открыл рот точно так же, как Дани несколько часов назад.

– Она утверждает, что всерьез, – вздохнула Дани. – Говорит, она много лет искала человека, который сумеет сделать это как следует. Донести до читателей правду.

– И она считает, что ты – то, что нужно! – взволнованно приподнялся на стуле Джонни. – Но это же... это просто лотерейный билет!

Дани совсем не разделяла его восторга.

– Я пыталась объяснить ей, что я вовсе не писатель-биограф.

Но Конни и слушать ничего не желала. Она взволнованно говорила о том, что ей много лет, что людей она чувствует по первому взгляду, а ее, Дани, по первым строкам книги. Что она, Дани, и есть тот автор, кто сможет передать на бумаге жизнь, мысли и чувства Конни. По книге про Лео Гарди она поняла, что именно так надо писать ее биографию – правдиво и тепло, не замалчивая факты, но и не выпячивая скабрезности.

– И правильно! Так оно и есть! Старуха разбирается в людях, это точно. Лучше тебя никто эту книжку не напишет.

Он вскочил и обежал столик. Наклонился к Дани и чмокнул ее в щеку. Худощавый, невысокий (без каблуков Дани была одного с ним роста), с длинными светлыми волосами, которые в беспорядке спадают ему на лоб и рассыпаются по плечам... Дани тепло улыбнулась. Мальчишка, настоящий мальчишка. В толпе студентов его и не отличишь от шумных юнцов.

– Спасибо вам за комплимент, сэр, – засмеялась Дани.

– Да какой комплимент, – махнул рукой Джонни.

И движения у него порывистые, угловатые, как у подростка. Того и гляди, смахнет что-нибудь со стола. Дани отодвинула подальше от края бокал с минеральной водой.

– А мы с тобой не такие уж и умные, надо признать, – сообщил Джонни, возвращаясь на свое место за столиком. – Сколько говорили о том, для чего ты ей могла понадобиться, а про книжку-то и не подумали! Мне и сейчас не верится, честное слово!

Дани и сама не могла поверить. До сих пор. И, хотя ей, несомненно, приятно было такое признание своего труда, она вовсе не была уверена, что ей следует браться за работу. Совсем не была уверена.

Дело не в самой работе. Наоборот, она не сомневалась, что работа доставит ей профессиональное удовлетворение. История человека ничуть не менее занимательна, чем история цивилизации. Причину, по которой Дани боялась взяться за биографию Конни, можно было бы обозначить двумя словами – Оливер Ковердейл.

В этот вечер ей не удалось перемолвиться с ним ни словом. Он не почтил их своим присутствием, когда они пили чай, и не объявился, когда Конни провожала Дани до машины. И все же Дани не сомневалась, какова будет его реакция на известие о том, что она берется писать биографию Конни. Он будет убежден, что Дани хитростью выманила у Конни согласие на книгу! Поэтому Дани попросила неделю на раздумье.

– Я надеюсь, ты сразу же согласилась? – словно прочитав ее мысли, выпалил Джонни. – Ох, нет, Дани, только не вздумай сказать мне, что ты отказалась! Такой шанс! Сорок лет все писаки мира осаждали Конни Ковердейл, чтобы выманить у нее согласие на книгу! Наконец-то она раскроет секрет своей любви. Назовет отца ребенка! Это же настоящая бомба!

Вот и еще одна причина, по которой Дани колебалась. Оливер и так ее терпеть не может. А уж если она окажется виновницей семейных разоблачений... Да он ее из-под земли достанет!

– Мы с ней не обсуждали этот вопрос, – покачала головой Дани. – Она, наверное, к этому готова. Но не в этом дело, Джонни. Помнишь, мы с тобой смеялись: теперь я буду вращаться среди богатых и знаменитых? Так вот. Я – историк, научный работник.

– А кто тебе мешает быть богатым и знаменитым научным работником? – засмеялся Джонни.

Богатый и знаменитый историк. Что за чушь! Это и звучит абсурдно. Нет уж, ее удел – библиотечная пыль. Жизнь ее вполне устраивает. Она читает лекции, ведет научную работу. В каникулы ездит то на раскопки, то по историческим местам. Иногда ее отправляют на конгрессы, и тогда она возвращается с новыми идеями. Заваливает свою квартирку рукописями и книгами, и в результате в научном сборнике появляется очередная статья, написанная ясным, лаконичным, но в то же время образным стилем. А еще по выходным она ездит к родителям или к деду в гости. Ну и Джонни, конечно.

3
{"b":"19937","o":1}