ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Навредил уже один такой, впредь умнее будет, если выживет, — цыкнула я на сэта.

Тот издал что-то похожее на смешок и снова закрыл глаза. Признаться, это меня не расстроило, уж больно нечеловеческими они были. Хотя количество чудес, рухнувшее на мою бедную голову за сегодняшний вечер, должно было выработать что-то вроде иммунитета, некоторые вещи продолжали выбивать меня из колеи.

— Айс, а как это выглядело со стороны? Я про драку.

— Никак. Сабир принял стойку и уже через миг давился кровью. Сила не применялась. Так что дуэль прошла по правилам.

Гулкий удар гонга перекрыл последние слова, обещанная церемония начиналась.

* * *

В сопровождении пяти до зубов вооруженных сабиров в зал прошли трое подростков. Остальные присутствующие деликатно освободили им дорогу. Подростки держались спокойно и уверенно, только побелевшие костяшки на сжимающих мечи пальцах выдавали волнение. Процессия торжественно прошествовала в дальний конец зала, где виднелся небольшой овальный подиум, окруженный статуями. Я, стараясь не выходить из-под прикрытия колоннады, подобралась ближе, чтобы получше рассмотреть происходящее. Клинок, на всякий случай, прихватила с собой — хоть нести его было тяжело, а все-таки с ним надежнее.

Статуи (всего их было восемь) представляли грубо высеченные фигуры животных, каждое из которых держало в лапах оружие: в отличие от самих зверей, чьи контуры были едва намечены, мечи, щиты, луки, топоры и копья выглядели, как настоящие.

У подножия подиума процессия притормозила. После краткой заминки один из подростков шагнул в круг статуй и сам замер как изваяние. Медленно потянулись томительные секунды ожидания. Парниршка стоял, не двигаясь.

Сначала я подумала, что мне померещилось. Одна из статуй пришла в движение — гигантская змея с крыльями летучей мыши, оплетавшая кольцами устрашающего вида алебарду, чуть приподняла плоскую голову. Но нет, изваяние действительно двигалось — каменная рептилия медленно высвобождала оружие из колец своего тела. Воздух над подиумом сгустился и задрожал, как это бывает при сильной жаре. А за возвышением медленно проступила размытая тень. Я повертела головой в поисках предмета, который ее отбрасывает, но так ничего и не увидела. Пол под ногами едва заметно дрогнул. Кроме меня, на это никто не обратил внимания — обряд продолжался. Подросток почтительно поклонился змее, принял алебарду и спустился с подиума. Марево еще больше сгустилось, тень росла прямо на глазах — в высоту она уже достигла сводов зала.

Ведомая любопытством, я стала осторожно обходить подиум по дуге, чтобы рассмотреть тень не через призму дрожащего воздуха.

А в круг статуй уже поднимался следующий — этот получил щит в комплекте с перевязью метательных ножей. Третий парень отхватил большущий боевой топор. По идее на этом церемония должна была окончиться, но сабиры не расходились, удивленно переглядываясь и перешептываясь. Видимо, что-то шло не так...

Мне удалось обойти возвышение и убедиться, что тень — отнюдь не плод моего больного воображения. Теперь она обрела четкость — проем арки, еще более черный, чем сама стена. Я недоверчиво провела по ней рукой. Пальцы ощутили лишь шероховатую поверхность камня. Морок.

— Вы желаете войти в круг? Родовое оружие может помочь вернуть память, — за моей спиной, словно призрак, материализовался командор. — Естественно, в том случае, если оно у вас было...

Меня терзали смутные сомнения, что этот навязчивый тип никогда от меня не отстанет. И чего прицепился?

Я сделала вид, что последних слов не расслышала:

— А что это за тень?

— Какая тень?

— Вот эта, — я невежливо ткнула пальцем. — Она вообще-то большая, трудно не заметить.

— Не понимаю, о чем вы? Я вижу только стену, — командор пожал плечами. — Так вы желаете?..

Теперь это больше походило на приказ. Мол, пташка, не заговаривай мне зубы, топай в круг, чертовски хочется узнать, кто ты такая.

— Безусловно, желаю «... чтоб ты провалился сквозь землю вместе со своим родовым оружием», — мысленно продолжила я.

Сабир сделал приглашающий жест — пришлось покорно плестись к подиуму. Шепоток в зале усилился, моя персона вызывала интерес не только у командора. Краем глаза я увидела мелькнувшие между колонн силуэты, факелы выхватили из сумерек серебристый и рыжий отблески. Айс и Рысь подбирались ближе к возвышению.

Наверно, позором моим насладиться хотят — сильно сомневаюсь, что хотя бы одна здравомыслящая статуя по доброй воле отдаст мне оружие. Скорее морду набьет самозванке, и плакала тогда легенда горькими слезами.

С этими невеселыми мыслями я залезла на подиум.

Кокон марева не пропускал посторонних звуков ватной стенкой отделяя от зала, который теперь казался нечетким и расплывчатым, зато тень, наоборот, приобрела контуры и стала плотнее. Статуи тоже перестали казаться образцами из коллекции неумехи-скульптора — точность и тщательность, с которыми были переданы каждое перо и чешуйка, вызывали восхищение.

Ждать пришлось недолго. Как я и предчувствовала, неприятности начались почти сразу. По истуканам прошла волна — они оживали, в каменных глазах загорались недобрые огни, когтистые лапы (у кого они были) со скрежетом впивались в постаменты, пасти распахивались в беззвучном реве. Они знали. Четко знали, что никакого отношения к сабирам я не имею, и меня следует немедленно уничтожить, как самозванку. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять: сейчас меня начнут убивать.

Неумолимо, как цунами в Индонезии, статуи надвигались. В маневренности они, конечно, мне уступали, но успешно пользовались тактикой окружения. Держа меч наперевес, я отступала к краю подиума, туда, где виднелся единственный просвет между каменными чудовищами, прямо к темной арке тени.

Та самая крылатая змеюка, что вручала сабиренышу оружие, разгадала маневр и первой начала атаку, хлестнув хвостом по моим ногам. Если бы не меч — уютное место в инвалидной коляске было бы мне обеспечено. Клинок сам рванулся под удар, чуть не вывихнув мне кисть. Посыпались искры — на змеином хвосте осталась щербина. На самом мече не было и царапины, будто он только что резал не камень, а масло. Чудовище отпрянуло, нелепо взмахнув крыльями. Остальные, наученные горьким опытом, притормозили, дав мне возможность сделать еще пару шагов назад.

Теперь статуи переменили тактику и стали действовать осторожнее — нападали по двое: пока одна отвлекала на себя внимание клинка, вторая старалась достать меня. Я, крепко вцепившись в эфес, болталась за мечом, словно воздушный шарик, пытаясь выгадать хоть мгновение. Времени на раздумья не было — только успевай удерживать в руке рвущийся в бой клинок. Действовал он безупречно — ни лапы, ни когти, ни пасти не успевали достичь своей цели.

Я постепенно пятилась к черному провалу арки. До края подиума оставалось не больше метра. Нужна была ровно секунда, чтобы преодолеть это расстояние. Но ее-то как раз мне и не хватило...

Они рванули всем скопом: пасть существа, напоминавшего дракона-маломерка, с хрустом сомкнулась на клинке, задержав его движение на миг, чья-то лапа подсекла ноги, а все тот же змеиный хвост ударил в грудь. Меч вырвало из рук и меня откинуло в сторону.

От удара о камень перехватило дыхание, но инстинкт самосохранения завопил «в сторону!». Пришлось, так и не открывая глаз, быстро перекатиться, морщась от боли, и вскочить на ноги, прекрасно понимая, что следующая атака просто меня расплющит.

Странно, но нападать на меня никто не спешил — статуи замерли в нерешительности, злобно глядя исподлобья куда-то за мою спину. Потом, огрызаясь и щерясь, они стали нехотя отступать на свои прежние места, пока не замерли на постаментах. Тлеющие угли глаз погасли, очертания поплыли, и через миг передо мной стояли абсолютно мертвые истуканы, словно магия, поддерживающая жизнь в камне, испарилась.

Я обернулась посмотреть, что же спугнуло чудищ. Ведь это находилось точнехонько у меня за спиной и могло быть еще хуже, чем восьмерка бешеных статуй.

28
{"b":"19966","o":1}