ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сначала он нашел кусок старого ковра и сумел затащить его в ванну. Осторожно положил на него мышь и снова выбрался из ванны. Он подбирал соломинки, вывалившиеся из набивки старого лошадиного хомута, и укладывал их вокруг толстой мыши как гнездо. Закончив укладывать солому, он увидел, что мышь открыла глаза, но, похоже, не может говорить, потому что, когда Мартин спросил: «Ну что, так хорошо?» — она ничего не ответила.

«Во всяком случае, дрожать перестала, — подумал он. — А теперь надо раздобыть ей чего-нибудь поесть».

Мартин был уже во дворе, когда сообразил, что не знает, чем питаются мыши.

«Не могу же я спросить маму, Робина или Ларк, — подумал он. — Они не должны узнать про мою мышку».

Он оглянулся и увидел овцу, которая смотрела на него сквозь перекладины ворот, отделявшие ферму от поля. Дульси Мод однажды говорила котятам, что овцы довольно глупые создания, но, может, эта овца знает про мышей. Он подошел и вежливо к ней обратился:

— Не могли бы вы мне помочь?

— Тебе? — переспросила овца. — Да.

— Могу ли я тебе помочь? — Да.

— Нет, — отрезала овца.

— Но ведь вы даже не знаете, о чем я хотел вас спросить, — удивился Мартин.

Овца задумалась над его словами. Она с хрустом пережевывала жвачку, нижняя челюсть двигалась без остановки, в глазах горел безумный желтый огонь.

— Откуда же я могу знать, о чем ты хотел меня спросить? — изрекла она наконец. — Ты что думаешь, я умею читать мысли?

— Нет! — поспешно согласился Мартин. — Конечно не думаю.

Длинное печальное лицо овцы выглядело расстроенным, и Мартин постарался ее как-то утешить.

— Но я уверен, — продолжил он, — что вы все знаете о мышах и о том, что они любят есть.

— Мыши? — переспросила овца. — Да.

— Полевые?

— Нет, домовые мыши.

— Ничего не знаю о домовых мышах. Откуда? Я же не живу в доме. Я живу в поле.

— Тогда вы знаете о полевых мышах?

— Нет, — ответила овца. — А ты?

— Нет, — вздохнул Мартин.

— Тогда ты глуп, — заявила овца и пошла прочь.

***

Мартин направился к коровнику. Коровы — это он тоже знал от Дульси Мод — были немного поумнее овец. Он шел вдоль перегородки, отделявшей стойла от сложенного в проходе сена, пока не увидел корову, показавшуюся ему довольно разумной.

В этот раз он решил не ходить вокруг да около, а сразу задать интересующий его вопрос.

— Вы знаете, что едят мыши? — спросил он.

Загремев цепью, корова вытянула шею и обнюхала котенка.

— Трава вкусная.

— Для мышей?

— Для коров.

— Да-да, — согласился Мартин, — но вы знаете, что едят мыши?

Корова, похоже, глубоко задумалась. Она закатила глаза и взмахнула длинными светлыми ресницами.

— Взглянем на это так, — начала она. — Все коровы животные. Так?

— Так.

— Все коровы едят траву. — Да.

— Хорошо. Все мыши животные, отсюда следует, что мыши едят траву.

— Нет, это неправильно, — возразил Мартин. — Кошки тоже животные, но они не едят траву.

— Нет, — согласилась корова, — они едят мышей.

— Я не ем, — сказал Мартин.

— Это тоже неправильно. Ты, должно быть, глуп. — Она отвернулась и продолжила беседу со своей соседкой.

Мартин вздохнул. «Поговорю-ка я со свиньей», — решил он. От Дульси Мод он знал, что свиньи гораздо умнее всех остальных животных на ферме.

Он направился в свинарник, вспрыгнул на перегородку первого стойла и посмотрел вниз. Там лежал большой боров и громко храпел, разинув рот. Мартин заметил его большие клыки и решил, что надо быть поосторожнее. А вдруг свиньи едят кошек? Немного лести никогда не помешает, подумал он и негромко кашлянул. А когда боров приоткрыл один глаз, сказал самым вежливым голосом:

— Мама говорит, что свиньи гораздо умнее всех остальных животных на ферме.

Боров поднялся на ноги.

— Несомненно.

Мартин не знал значения этого длинного слова, но понял, что свинья не сердится.

— И я уверен, — продолжал он, — что вы можете сказать мне, что едят мыши. Я уже спрашивал у овцы и у коровы, но они не знают.

— Этого и следовало ожидать, коэффициент умственных способностей вышеупомянутых травоядных крайне низок, — изрек боров. — Хищники, подобные тебе, стоят на несколько более высокой ступени умственного развития, но лишь всеядные отличаются выдающимся интеллектом. К числу всеядных относится и мышь обыкновенная — возможно, лишь в качестве исключения, которое только подтверждает правило, — но на высшей ступени развития находятся свинья и человек. Именно в таком порядке.

Боров замолк, чтобы перевести дух. Мартин несколько секунд сидел молча, ошарашенный потоком малопонятных слов.

— Но я так и не понял, что же все-таки едят мыши, — решился он наконец.

Боров громко хрюкнул.

— Сказать, что ты глуп, — это ничего не сказать, — заявил он, улегся и снова закрыл глаза.

«Остается одно, — подумал Мартин, — пойти и спросить саму мышь. Я больше не могу терять время. Она уже наверняка проголодалась».

Он спрыгнул с перегородки стойла и направился к своему сараю. Но тут он увидел вдалеке дочку фермера и вспомнил о ее кроликах. Дульси Мод ничего не говорила про кроликов, но, может, все-таки стоит спросить у них? Он перепрыгнул через забор и побежал к кроличьим клеткам. Три пары розовых глаз уставились на него. «Что-то они не выглядят такими уж умными, — подумал Мартин. — Надо разговаривать с ними просто и помедленней».

— Что... едят... мыши? — отчетливо произнес он.

— Посиди тут, — недовольно буркнул один из кроликов. — Сам увидишь.

Мартин немного подождал, и вскоре откуда-то появилась мышка, по деревянной ножке вскарабкалась к клеткам, прошмыгнула сквозь железную решетку на дверце одной из них, залезла в кормушку и принялась с аппетитом уплетать кроличью еду

— Вот здорово! — обрадовался Мартин. — Мыши едят кроличью еду!

— Если ты думаешь, что это здорово, — ответили кролики (а они, в свою очередь, тоже говорили медленно и отчетливо), — то... ты... должно быть... глуп.

Глава третья

Какое чудесное имя!

Погруженный в свои мысли Мартин даже не обратил внимания на эти слова. Он наконец узнал, что едят мыши, но как теперь раздобыть этой еды? Где она хранится?

В этот момент он услышал шаги на дорожке. Мышь, которая ела кроличью еду в клетке, услышала их тоже. Она выскочила и бросилась прочь, а Мартин пошел навстречу фермерской дочке и стал тереться об ее ноги.

Оба заговорили одновременно.

Он услышал какие-то непонятные звуки, когда она спросила:

— Чего тебе надо, киска?

А она услышала только мяуканье вместо его вопроса:

— Где вы храните кроличий корм?

Но оба получили ответы на свои вопросы, когда девочка наклонилась, вытащила из-под клетки большую жестяную коробку от печенья и сняла крышку. Она открыла одну из клеток и протянула руку за миской для еды. Пока она стояла к нему спиной, Мартин воспользовался моментом, сунул мордочку в коробку и ухватил полный рот кроличьего корма — маленьких темно-коричневых палочек. Потом медленно, стараясь не привлекать к себе внимания, повернулся и пошел обратно на ферму.

Вдруг он с ужасом заметил приближающуюся мать. А что, если она заговорит с ним? Он же не сможет ей даже ответить с набитым кроличьей едой ртом.

Он повернул в сторону, попытавшись избежать встречи. Но она сделала то же самое, чтобы встретиться с ним.

— Марта, сынок! — сказала Дульси Мод. — Давненько не видела тебя. Как поживаешь? Робин и Ларк стали уже опытными мышеловами. А ты? Помнится, ты всегда так привередничал — ну как, поймал хоть одну мышь?

Несмотря на раздутые щеки, он все-таки сумел издать какое-то невнятное урчание, которое Дульси Мод смогла принять за «да», потому что она довольно кивнула:

— Хорошо. Очень хорошо. Должна сказать, мордочка у тебя заметно округлилась. — Она отвернулась и отправилась дальше по своим делам.

2
{"b":"199986","o":1}