ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мартин подождал, пока мать скроется из виду. Потом бросился к сараю и поспешно вскарабкался по лестнице на чердак. Он вскочил на комод рядом с ванной и, с облегчением открыв рот, высыпал свою ношу. Челюсти болели от напряжения.

— Смотри, что я тебе принес! — радостно крикнул он.

Но ответа не услышал.

На какое-то ужасное мгновение Мартин подумал, что мышь все-таки сбежала, но тут зашевелилась солома, которая теперь оказалась скатанной в аккуратный шар. Из дырочки на боку шара вылезла мышка и принялась с аппетитом уплетать кроличий корм.

Но это была не его мышка! Это была не его толстенькая мышь со странным именем. Беременная, так она, кажется, назвалась. А эта мышь была просто тощая!

— Эй, послушай, — удивился Мартин, — ты же не Беременная!

— Это точно, — подтвердила мышь, засовывая в рот еще одну палочку корма и принимаясь усердно хрустеть ею.

— Я тебя не понимаю.

Мышь пристально посмотрела на него черными глазами-бусинками.

— А я не понимаю тебя. Но все равно большое спасибо за еду. Если хочешь, можешь заглянуть.

— Заглянуть?

— Ну да, в гнездо. Только осторожно.

Мартин спрыгнул в ванну и осторожно снял несколько соломинок с шара-гнезда.

В нем лежали восемь крошечных мышат, слепых и безволосых.

— Ой, какие! — восхитился Мартин. — Ну разве они не прелесть!

— Это благодаря тебе, Мартин, — сказала мышь. — Я слышала, что у кошки девять жизней, а ты столько же жизней спас — мою и моих детей. Я тебе очень благодарна.

— Да ладно, — смутился Мартин, — чего уж там... я... э...

— Боюсь, я ввела тебя в заблуждение относительно своего имени, — продолжала мышь. — На самом деле меня зовут Друзилла.

— Какое чудесное имя!

Мышь снова принялась за еду, а Мартин воспользовался моментом и обратился к ней как следует.

— Тебе нравится эта еда, Друзилла? — поинтересовался он.

— Высший класс! — отозвалась она.

— Этого хватит?

— И не на один день! Принес во рту, да? — Да.

Друзилла облизнула губы.

— Не хотелось бы тебя еще беспокоить, Мартин, — вздохнула она, — ты и так был очень добр, но мне очень хочется пить, просто умираю от жажды.

— Да, конечно, — кивнул Мартин.

— Боюсь, тебе будет трудновато принести воду таким же образом. Ты позволишь дать тебе совет?

— Конечно, Друзилла.

— Если ты поставишь лапы в лужу, а потом быстро вернешься, на них останется достаточно влаги. Мне нужно совсем немного. Ты не возражаешь?

— Конечно нет, Друзилла, — заверил ее Мартин. — Уже иду, я быстро.

***

Выйдя во двор, он огляделся в поисках лужи, но погода последнее время была сухая и теплая, луж нигде не было. Мартин почувствовал облегчение: как и все кошки, он не любил мочить лапы.

Но тут он вспомнил нежный голосок: «Я просто умираю от жажды».

Конечно, в корыте, из которого поили скот, воды было полно, но котенок побоялся свалиться туда и отправился к пруду, где плавали утки. Вода в пруду выглядела ужасно мокрой, и все же Мартин собрался с духом. Он быстро макнул туда одну лапу, потом осторожно вошел в воду. Утки так и покатились со смеху.

Как раз в этот момент на стене, окружавшей утиный пруд, показались Робин и Ларк. Они остановились напротив Мартина, уселись, обернув передние лапы хвостом, и внимательно уставились на стоящего в воде брата.

— Он не только девчонка, — начал Робин.

— И не только неженка, — поддержала его Ларк.

— Он... — продолжили оба, а Мартин приготовился, что сейчас его снова назовут так, как уже называли овца, корова, свинья и кролики, когда рядом раздался громкий лай. Черно-белая колли фермера любила гоняться за кошками. Мартин подождал, пока брата и сестру отгонят подальше. Потом вышел из воды и пошел к своей любимице.

Он старался идти не слишком быстро, чтобы вода не отряхнулась с лап, но и не слишком медленно, чтобы она не успела стечь, поэтому передвигался немного странно, осторожно ставя перед собой лапы так, словно шел по тонкому льду.

Наконец он снова оказался в ванне.

— Мартин! — обрадовалась Друзилла, жадно слизывая капли воды, стекавшие с кошачьих лап на дно ванны.

Мартин спрыгнул на комод и принялся вылизывать лапы. Он с нежностью взирал на свою мышку — теперь у нее есть уютное гнездышко, еда и вода — все, что нужно домашнему любимцу.

— Друзилла, как чувствуют себя твои малыши?

— Спасибо, прекрасно. На самом деле все хорошо, кроме одного.

— Что такое?

— Ну, если я правильно понимаю, ты решил держать меня как пленницу, так?

— Не пленницу, а любимицу Как кролики у девочки.

— Ну хорошо. Я не жалуюсь. Лучше уж быть твоей любимицей, чем завтраком. Для обычного кота я им бы и стала. Но, видишь ли, Мартин, домашним любимцам вроде кроликов нужны не только постель, еда и вода. Есть еще кое-что, что девочка должна регулярно делать для своих кроликов.

— Что же это, Друзилла? — не понял Мартин.

— За ними еще нужно и убирать. Они не приучены ходить в туалет. А я не приучена ходить в ванну.

Глава четвертая

Теперь у меня их девять!

— О! — только и мог сказать Мартин.

«Ну и что же с этим делать?» — размышлял он. Как и все кошки, Мартин был очень щепетилен в этом вопросе. К тому же Дульси Мод приучила котят к аккуратности с самого рождения.

— Когда вам нужно в туалет, — говорила она, — найдите клочок земли, выройте ямку, а закончив свое дело, закидайте все землей. Все кошки так делают.

«Но вряд ли так же делают и мыши, — думал Мартин. — Да и в ванне ямку не выкопаешь».

Вдруг его взгляд упал на затычку в дне ванны. А что под ней? Отверстие для слива!

Мартин подождал, пока Друзилла вернулась в гнездо к малышам, и тихонько спрыгнул в ванну. Он заметил, что на пробке сохранился даже обрывок цепочки — полдюжины мелких латунных звеньев, прикрепленных к круглому куску старой коричневой резины.

Он ухватил цепочку зубами и потянул.

На мгновение у Мартина перехватило дыхание. Сливное отверстие было достаточно большим, чтобы через него могла проскочить мышь. Неужели он сейчас готовит для своей любимицы способ побега? Он заглянул в дырку и с облегчением обнаружил, что отверстие перекрыто решеткой наподобие спиц велосипедного колеса. В решетке оказалось целых шесть отверстий, но они были слишком маленькими даже для его похудевшей Друзиллы.

Нет, это не путь для побега. Это — идеальный туалет.

Тут солома зашуршала, и Друзилла оказалась рядом с Мартином. В смущении он пытался сообразить, как же объяснить ей эту санитарную проблему. Но его волнения были напрасны.

— Вот это да! — обрадовалась Друзилла. — Дамский туалет!

***

Прошло несколько недель. Мышата подрастали с каждым днем, и казалось, что в ванне все в полном порядке. К концу второй недели у малышей прорезались зубки, а к концу третьей они были готовы опробовать их на настоящей твердой пище. Как только мышата начали вылезать из гнезда, такие нарядные, в своих серых шелковистых шкурках, Друзилла стала приучать их к туалету, а Мартин принялся добывать еду, чтобы удовлетворить их здоровый молодой аппетит. Еще раньше Друзилла ему кое-что объяснила.

— Что такое «всеядный»? — спросил он ее как-то раз.

— А что?

— Мне кто-то сказал, что мыши всеядные, — объяснил Мартин.

— Так и есть.

— Что это значит?

— Это значит, что они могут есть все что угодно.

— А! — сказал Мартин. — Понятно.

— Как люди, — добавила Друзилла.

— И свиньи. — Да.

Теперь Мартин кормил своих мышей самой разной едой. На ферме было из чего выбирать.

Он таскал еду у коров, овец и свиней, приносил зерно от кур и уток и даже умудрился стащить хлебные крошки, которые хозяйка насыпала для птичек. Яблока, которое он нашел под деревом в саду, всему семейству хватило надолго. Оно оказалось таким сочным, что пару дней Мартину даже не надо было ходить к пруду за водой. Однажды он даже принес кусочек собственной кошачьей еды, консервированного мяса со вкусом печени, но Друзилла строго отчитала его за это.

3
{"b":"199986","o":1}