ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сальвини, который, очевидно, немного понимал по-английски, кивнул еще до того, как Перквеста закончил переводить. Он выглядел еще более мрачным, чем обычно.

– Один их моих людей ежедневно будет сюда приходить, чтобы проконтролировать занятия всем гарнизоном, включая офицеров, физической подготовкой, – добавил Ларсен. – Первое занятие будет проведено ровно через два часа. Капитан Сальвини несет полную ответственность за выполнение этих приказов, и я спрошу с него лично. Вам, лейтенант Перквеста, предстоит поработать с гарнизоном и привести его в надлежащий вид. Возможно, у нас не так много времени, как представляется.

– Мне кажется, вам не следовало так поступать, шкипер, – говорил Тиллер, в то же время не скрывая восхищения действиями своего командира, когда они спускались с холма к набережной. – Ведь у вас нет соответствующих полномочий.

– То ли еще будет, Тигр, – возразил Ларсен. – То ли еще будет. Наша задача – не пустить сюда немцев, и мы ее выполним, чего бы это нам ни стоило.

Сальвини явно решил не вступать в конфликт с Ларсеном, и в течение часа на каик доставили список имущества, имеющегося на складе, а еще через час Барнсуорт руководил занятиями по физической подготовке в гарнизоне, заставив итальянцев преодолевать импровизированную полосу препятствий.

С наступлением темноты Кристофу подошел на своем каике к шхуне, и ему на борт перегрузили оружие и боеприпасы. Тиллер был несколько раздосадован тем, что Анжелики с отцом не было. Вместо нее Кристофу представил мальчишку по имени Джорджиу. Он застенчиво улыбался и выполнял все команды Кристофу с легкостью и быстротой, которые даются долгой практикой, но ни с кем и словом не перемолвился.

Кристофу рассказал, что родителей мальчика забрали итальянцы и переправили на материк. Их предал коллаборационист с другого острова, обвинивший их в том, что они принадлежали к партизанской группировке. С тех пор Джорджиу почти ни с кем не разговаривал. Все свободное время на борту каика он проводил за тем, что точил нож на оселке и время от времени проверял острие на ногте.

Вскоре после полуночи в порт вошел еще один каик из флотилии шхун Леванта, который весь день простоял на якоре у побережья Турции, укрытый камуфляжными сетками. С борта сошли капрал Уоррингтон и два солдата СБС, а также представитель Греческого Священного дивизиона, после чего каик взял курс на Кос, где была назначена встреча с Джерреттом.

Ларсен познакомил новоприбывших с обстановкой и пояснил, что им следует помочь итальянцам организовать оборону острова, равно как позаботиться о том, чтобы были выполнены его приказы относительно продовольствия и горючего. Затем он поставил перед офицером Греческого священного дивизиона, молодым лейтенантом по имени Кристос, задачу обеспечить мир и спокойствие на острове.

До рассвета, когда подул легкий ветер с холмов, каик Кристофу покинул порт, имея на борту Ларсена, Тиллера и Барнсуорта. Они сделали первую остановку на Пископи к юго-западу от Сими. Как пояснил Кристофу, в переводе с греческого «пископи» означал «наблюдательный пункт», поскольку в давние времена туда направляли людей, которые следили за передвижениями турецких кораблей. Остров был примерно той же длины, что и Сими, – около восьми миль, и не зря носил свое имя, так как уходил далеко ввысь над морем. Но он не обладал столь же важным стратегическим значением, поскольку не стоял на пути движения судов на юг вдоль турецкого побережья, подобно Сими. Поэтому итальянцы содержали на Пископи всего около десятка солдат, которые, казалось, нашли общий язык с местными жителями, и один из них даже женился на гречанке.

Один из греков немного говорил по-итальянски, и с его помощью Ларсен внушил капралу, командовавшему отрядом, что ему следует немедленно связаться по радио с Сими, если появятся немцы. После чего каик отправился на юго-восток. Погода стояла отличная, и на голубом небе не было ни облачка. К вечеру они достигли Калчи. Поскольку не было полной уверенности в том, что немцы еще не высадились на острове, который находился всего в нескольких милях к юго-востоку от Родоса, Кристофу высадил группу СБС вдали от порта.

Меры предосторожности оказались не лишними, так как вскоре им повстречался греческий юноша, поспешивший им навстречу с ближайшего наблюдательного поста. Едва переводя дыхание, он объяснил им на плохом английском, что его зовут Деметриос и что утром на острове высадились десять немцев, прибывших на катере с Родоса и оккупировавших дом у гавани. При виде немцев, рассказал парень, не скрывая презрения, небольшой итальянский гарнизон без единого выстрела растворился в холмах. Немцы обшарили порт, забрали у местных жителей еду и питье и сейчас устроили гулянку в доме, где они поселились.

Ларсен усадил Деметриоса на землю и велел ему нарисовать план расположения дома, где находились немцы, и указать, где они пришвартовали катер. Юноша рассказал, что немцы выставили часового перед домом и один солдат охраняет катер.

Затем парень нарисовал веткой на песке маршрут, которым должна следовать группа СБС, чтобы незаметно подойти к дому с задней стороны. Ларсен ткнул пальцем в Деметриоса и указал на нарисованный им маршрут. Юноша радостно закивал головой.

– Хорошо, проводник у нас есть, – подытожил Ларсен. – Что думаете, ребята?

– Могу снять часового у катера, шкипер, – вызвался Тиллер, – а вы с Билли тем временем займетесь часовым у дома. Потом вы можете занять позиции с фасада и задней части, а я заброшу в дом пару гранат макаронников, которые вам так понравились, шкипер. Фрицы выбегут, как ошпаренные коты, и их можно всех прихлопнуть.

На Сими они обнаружили ящик итальянских гранат, и Ларсен прихватил их с собой, так как в прошлом ему не раз случалось ими пользоваться.

– Нет, не годится. Я бы не хотел, чтобы на улице завязалась перестрелка. Может достаться местным жителям.

– Есть другой вариант, – предложил Барнсуорт. – Можно поджечь дом и спалить гадов.

– И заодно половину зданий в порту, – возразил Ларсен. – К тому же большой пожар привлечет внимание немцев на Родосе, а нам нужно отсюда смыться задолго до того, как они направят новый отряд, чтобы узнать, что случилось с разведгруппой. Нет, это не годится. Думаю, поступим так: вначале разделаемся с часовым у катера, потом с его приятелем возле дома и прикончим всех остальных в доме. Тогда не будет слишком много шума.

Тиллер и Барнсуорт согласно кивнули. Предложенный Ларсеном план им понравился.

Деметриос провел их к высокой стене, окружавшей набережную, и жестом показал, что часовой у катера находится по другую сторону стены, а немного дальше в стене проделан лаз. Они продвигались вперед, осторожно ступая ботинками на резиновой подошве, которыми снабжали коммандос. Пройдя несколько ярдов, останавливались и прислушивались. Вскоре послышался скрип сапог часового о камни набережной. Потом вспыхнувшая спичка указала, что немец находится от них примерно в тридцати ярдах по ту сторону стены.

Ларсен вынул из кобуры пистолет, который выдавали всем солдатам СБС, привинтил глушитель и притронулся к руке Тиллера, дав понять, что готов. Тиллер и Барнсуорт продвинулись вдоль стены, пока не достигли лаза, о котором говорил Деметриос, проникли на другую сторону и притаились за перевернутой вверх дном лодкой.

Вначале могли разглядеть только огонек сигареты, но постепенно стали различать силуэт часового. Тиллер с облегчением отметил, что на голове солдата – полотняное кепи, а не стальная каска, которая могла бы помешать, когда придется сломать ему шею. Пришлось выжидать подходящий момент, и прошла, казалось, целая вечность. Затем они увидели, как огонек сигареты описал дугу, когда часовой бросил окурок в воду, услышали легкий звон, когда он поднял винтовку, и скрип сапог по камням набережной, когда он направился в их сторону.

Солдаты СБС плотнее прижались к борту перевернутой лодки, ожидая, когда часовой пройдет мимо. Тиллер не издал и звука, а немец не видел и не слышал ничего подозрительного, пока вокруг его шеи не обвилась рука сержанта и не сдавила дыхательное горло, в котором застрял крик боли. Но в этот момент часовой круто развернулся. Ужас придал ему нечеловеческую силу, и Тиллер понял, что удавка ослабела и ему не удастся сломать немцу шею без борьбы.

20
{"b":"2","o":1}