ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но тридцать семь тысяч лет!

И когда настал момент истины, оказалось, что он не был к этому готов.

Грохочущая темнота обрушилась на него, увлекая за собой в пустоту.

Он не знал, как долго оставался без сознания.

Седон снова очнулся, ощутив резкий, едкий запах. Скорее всего, прошло лишь несколько минут. А может, и часов — его ощущение времени еще не восстановилось. Он находился в той же комнате, в обществе тех же троих механических людей. Ему предложили выпить какой-то жидкости, и он принял ее, не спрашивая о составе, — если бы они хотели усыпить его или отравить, то сделали бы это раньше.

— Мсье Седон, вы можете продолжать?

Легкое нетерпение, прозвучавшее в вопросе, заставило Седона сделать только небольшую паузу. Он в немой тишине выпил прохладную, терпкую жидкость, не думая ни о чем, ничего не чувствуя. Его мышцы слегка дрожали. Наконец он поднял глаза и ответил на вопрос существа:

— Да, могу. Кто вы? — спросил он, переходя в атаку. — Ваша кожа, скорость, с которой вы двигаетесь, глаза — они не такие, как у ваших людей.

Немигающий взгляд Венса словно уперся ему в переносицу.

— Справедливое замечание. Я гвардеец Миротворческих сил. Наша служба охраняет Землю — весь наш мир — от людей, которые хотят возвращения к тому времени, когда на Земле было много правительств, а не одно. В мире миллионы миротворцев. Гвардейцы — Элита землян, лучшие из них. Наши тела преобразовали при помощи механизмов и генной инженерии — так называемых трансформирующих вирусов, — чтобы увеличить нашу скорость, усилить зрение и слух. Мы сильнее обычных людей, и нас труднее повредить. Атеперь, если вы удовлетворены, я хотел бы услышать от вас ответ на тот же вопрос. Кто вы, мсье Седон? — с нажимом произнес миротворец.

Седон знал слово, которое следовало употребить.

— Я Танцор, — уверенно проговорил он. — Я был сослан на эту планету, — он быстро сосчитал в уме, — примерно пятьдесят тысяч лет назад. С другими Танцорами и другими особями, чьи здравомыслие, уравновешенность и генетическая ценность находились под вопросом. Могу предположить, что вы наши потомки. Как давно вы овладели письменностью?

Венс на мгновение отвернулся, как будто консультируясь с кем-то притаившимся в темном углу комнаты.

— По моим сведениям, где-то около три тысячи сотого года до нашей эры. Чуть больше пяти тысяч лет назад. Что вы подразумеваете под термином «танцор»? Вы развлекаете людей?

— Нет. Я не знаю необходимых слов.

— Попытайтесь.

— Танцор — это священник. Судья. Хранитель. Собственник. Президент. Генеральный секретарь. Высшего разряда. Мы лучше, чем вы. Более... дисциплинированны и сбалансированны. С более широким кругом способностей. Вы сказали, что вами только недавно стало руководить какое-то одно... правительство?

— Да. Чуть больше пятидесяти лет. До этого существовало много наций. Сегодня есть только одна Земля. Кое-где в Системе имеются независимые... правительства... нет, это неподходящее слово... Видите, оказывается, я, вроде вас, тоже не знаю, как их назвать. Одно из этих образований называется Общиной Дальнепроходцев, другое — Гильдией Вольных Городов. Есть и еще государства, каждое из которых управляется самостоятельно и по-разному. — Венс на миг задумался. — Итак, вы утверждаете, что были сосланы на Землю пятьдесят тысяч лет назад. Мы же вычислили, что во вневременной шар вы вошли тридцать семь тысяч лет назад. Если я правильно понял, вы прожили тринадцать тысяч лет, разделяющих эти два события?

— Я не понимаю вопроса.

— Вы не постарели. Не изменились с возрастом.

— Нет. Старость — это болезнь. И вполне излечимая, о чем, я думаю, ваши ученые уже начали догадываться. Когда наши дети начали умирать от нее, после высылки в этот мир... — Лицо Седона будто окаменело и потеряло всякое выражение. — Мы обезумели от горя. Впервые с тех пор как Зарадины покинули нас, мы позволили себе умирать подобным образом. И то, что мы не могли помочь им, причиняло нам боль.

— Но вы прожили тринадцать тысяч лет. На Земле. Седон невозмутимо встретил недоверчивый взгляд черных глаз киборга.

— Я не знаю точно, сколько времени прошло. Часов не существовало, а моему летоисчислению по смене сезонов нельзя доверять. У меня превосходная, но не абсолютно совершенная память. В любом случае этот период минимум вдвое превышает временной отрезок, на протяжении которого вы имеете письменность.

Последовала долгая пауза.

«Что-то здесь не так, — подумал Седон. — Похоже, он обиделся».

— Вы не верите мне, когда я называю свой возраст? Существо снова улыбнулось Седону.

— Мне действительно трудно представить себе человека, достигшего того возраста, на котором вы настаиваете.

Он достаточно услышал от офицера Венса и достаточно долго наблюдал за ним, чтобы попробовать рискнуть. Седон чуть наклонился вперед, изменил голос, заставив его звучать на тон ниже, и перешел на Истинную Речь:

— А что вы считаете старостью, комиссар Венс? В сравнении с кроликом я стар, согласен. В сравнении с деревом тоже немолод. Но для горы я не более чем жалкий юнец. Поверьте, по меркам моего народа, я нахожусь сейчас в самом расцвете сил. Зачем мне лгать вам? Какая мне от этого выгода?

Существо по другую сторону барьера замерло, упоенно вслушиваясь в звуки слов. Используй Седон шиата, эффект был бы существенно выше, но и этот их французский тоже обладает достаточно широким диапазоном, чтобы стать оружием в умелых руках. И Седон с восторгом убедился, что очень быстро сумеет полностью им овладеть.

— Вы... — Голос Венса прервался, он резко поднялся из-за стола, повернулся и вышел, не оглядываясь.

Дверь за ним захлопнулась. Одно из существ за спиной Седона спокойно проговорило:

— Пожалуйста, следуйте за нами. Мы проводим вас до вашей комнаты.

Седон был в шоке, он не сводил глаз с того места, где только что сидел офицер Венс. В голове вспугнутой птичьей стаей заметались мысли. «Он понял, что я пытался сделать. Он не знал, как я это делаю, но все равно понимал, что я намереваюсь предпринять...»

— Пожалуйста, следуйте за нами немедленно. Седон беспрекословно встал и пошел за ними.

Стоя на крыше, Венс отдал приказ:

— Дайте ему отдохнуть ночь. Завтра утром языковая программа продолжит опрашивать его до тех пор, пока он будет в состоянии отвечать. Ему не дозволяется разговаривать ни с кем из вас. Если он начнет задавать вопросы, сделайте вид, что не слышите.

С темного ночного неба спустился небольшой шатл, притушил ходовые огни и совершил мягкую посадку в центре крыши так близко, что горячий выхлоп его сопел опалил неподвижное лицо Мохаммеда Венса. Он двинулся к челноку. Миротворец Сэмюэль де Ностри почтительно следовал за ним, держась на шаг позади.

— Так точно, мсье комиссар, — бодро козырнул он. — Все будет исполнено согласно вашим приказаниям.

Не оглядываясь на де Ностри, Венс, бросил через плечо:

— Кормите его, когда он попросит. Разрешайте ему спать в обычные часы. Но как только он откажется отвечать на вопросы, убейте его. — Венс поднялся по трапу и неожиданно повернулся, сверху вниз глядя на младшего офицера. — Если он продержится до полуночи с субботы на воскресенье, убейте его в любом случае. Лучший метод — яд в пищу.

— Будет исполнено, комиссар Венс.

— Я буду в Капитолии. Можешь звонить мне, если что-нибудь случится.

— Слушаюсь. — Де Ностри стоял по стойке «смирно», уставившись немигающим взглядом в жесткое лицо Венса. Тот как будто прочитал его мысли.

— Только дурак ничего не боится, мой мальчик, — криво усмехнулся комиссар и нырнул в открытый люк входного шлюза.

Де Ностри поспешно отдал честь, пригнулся и опрометью бросился к краю крыши. Хорошо, что он обладал скоростью и устойчивостью киборга — шатл стартовал еще до того, как он успел выбежать из опасной зоны, раскаленный вихрь стартовых двигателей сбил бы с ног любого человека, не такого тяжелого, как гвардеец Миротворческих сил.

24
{"b":"20073","o":1}