ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мне нужен совет, мсье Шоумак.

Экс-журналист с параноидальным страхом спросил:

— Вы не такая, как остальные, нет?

— Нет.

— Вы настоящая. С сердцем. С кровью и внутренностями. Хотите быть моим другом? Дэнис глубоко вздохнула:

— Мсье Шоумак, меня интересует кое-что. Я знаю, что вы писали на разные темы и эрудированы больше любого, кого я прочла. Я хочу знать... возможно ли, что до нас существовала Другая цивилизация? Или что человеческая раса возникла на другой планете?

Шоумак с удивлением посмотрел на нее, продолжая держать в руке пластиковый шар, таймер взрывателя которого отсчитывал секунды: 12... 11...

— Что?

— Э-э... послушайте, вы можете бросить это?

— А? Да, конечно.

Таймер досчитал уже до пяти, Шоумак, казалось, был несказанно удивлен тем, что граната все еще у него в руках. Он швырнул ее назад, через плечо. На этот раз она взорвалась, не успев достигнуть земли и не так громко, как предыдущая.

— Так на чем мы остановились?

— Я просто не могу думать и четко формулировать вопросы, пока вы этим занимаетесь. Меня ваши гранаты немного нервируют.

— Прекращаю. — Шоумак расстегнул молнию на куртке и достал из-за пазухи ручной компьютер. — Вы имеете в виду что-то вроде Атлантиды?

Дэнис кивнула:

— Я слышала очень странные рассказы о мсье Ободи.

— Мне он тоже поведал эту безумную и душераздирающую историю. О том, как был изгнан с родной планеты и попал во вневременной шар и что мы все отдаленные потомки его ссыльных друзей. Все это чушь собачья. — Шоумак пожал плечами, открывая компьютер. «Франко-ДЕК», как заметила Дэнис, та же упрощенная модель, что выдавали всем повстанцам. — Пока мы беседовали и выпивали, все, о чем он рассказывал, казалось разумным. Я слушал и поддакивал, потом он меня отослал. Думаю, просто не знал, что со мной делать.

— Как вы считаете, он говорил правду?

— Ни единого шанса. Он сумасшедший мерзавец, вот что я считаю. — На экране монитора компьютера появилась информация. — Вот слушайте: средний палеолит начался около трехсот тысяч лет назад и закончился около тридцати тысяч лет назад. Люди того периода делали орудия труда путем откалывания от камней тонких пластинок. Поздний палеолит начался около тридцати тысяч лет назад и длился до конца ледникового периода. Люди изготавливали скребки, каменные молотки, пробойники, резцы, сверла. Говорят, что они варили еду в коре или шкурах. — Шоумак поднял взгляд от дисплея. — Маловероятно, что в ту эпоху кто-то мог создавать поля замедления.

— Маловероятно? Шоумак фыркнул:

— Это всего лишь проявление сарказма с моей стороны, дорогуша. Никто не создавал полей замедления в те времена, понятно? Не было такого. Если бы тридцать тысяч лет назад существовала промышленная инфраструктура, способная сотворить что-либо подобное, давно обнаружилось бы огромное количество окаменелостей. Нельзя было бы и шагу ступить, чтобы не наткнуться на остатки какого-нибудь стратоскреба.

— Значит, на Земле не было другой цивилизации. А как насчет утверждения Ободи, что его выслали откуда-то еще? Я уже слышала одно опровержение, которое делает его весьма неправдоподобным.

Шоумак захлопнул крышку компьютера:

— Генетика? Да. Люди появились на Земле. Все, конец дискуссии. Не то чтобы нигде больше не обнаружили жизнь — последние исследования на Тау Кита в шестьдесят девятом показали это совершенно ясно. И они знают о нас, хотя результаты исследований передали с орбиты, чтобы сбить со следа инопланетян, если они вдруг окажутся плохими парнями. Слежение за траекторией не слишком им тогда поможет. Паранойя, но так работают Космические силы. Глупо, конечно. Мы посылали радио, а потом и телесигналы с тридцатых годов прошлого столетия. Все подряд гнали в космос, начиная с «Я люблю Люси» до детской порнографии. — Шоумак цинично ухмыльнулся. — Но Ободи — человек, и это означает, что он родился здесь, на Земле. Возможно, в Талсе, или Кливленде, или где-то еще вроде этого. На месте Ободи я бы назвался сменившим внешность пришельцем, прибывшим сюда, чтобы пригласить человечество в состав Галактической Империи. Тоже, конечно, глупо, но в подобной версии гораздо меньше идиотских неувязок, чем в той, что сочинил он.

Дэнис тихо заметила:

— Вы рассуждаете на редкость логично, особенно для того, кто столько выпил.

— Трансформирующий вирус, — отмахнулся Шоумак. — Быстро выводит алкоголь из моей кровеносной системы и не позволяет мне слишком пьянеть. Подпольщики заставили меня сделать инъекцию до приезда. Если я буду продолжать пить, то все равно забалдею. А инъекция рано или поздно перестанет действовать. Надеюсь, что рано.

— Понятно.

— Все мы приносим жертвы ради общего дела. Это моя.

— Это жертва?

Шоумак заговорил с мягкой пьяной серьезностью, и голос его неожиданно зазвучал очень проникновенно:

— О да. Когда я пью, то не думаю об этой сволочи Ичабоде, который трахал меня, отнимал у меня время и врал, что любит меня. — И очень рассудительно добавил: — Я часто вспоминаю его, особенно с тех пор как попал сюда. Когда не пьян. Или когда не работаю. Признаться, сначала с ним было довольно мило.

— Знаю.

— Я думал, что это продлится.

— Он тоже.

Шоумак сорвал очки жестом актера, играющего Супермена, и без выражения уставился на нее.

— Я никогда не забуду, как он меня бросил.

— Так это он вас бросил?

Его взгляд вновь затуманился. Он тупо уставился в пространство, куда-то чуть правее от Дэнис.

— Да, — через мгновение ответил Терри. — Все можно было исправить, но он не захотел.

— Помнить важно, — мягко проговорила Дэнис. — Но еще важнее — простить.

— Неужели следует прощать все? Неужели никто никогда не поступал так с вами? Не предавал, не убивал вашего доверия до такой степени, что вы не смогли бы простить?

— Вы можете быть очень красноречивым, когда захотите. Шоумак вздохнул и внезапно показался ей совершенно трезвым.

— Я писатель. Это моя чертова работа. — Он сделал затяжной глоток из бутылки, опустошив ее. — Писатель на пенсии, — с неожиданным весельем добавил он. — Это была моя работа. — Он улыбнулся Дэнис и тщательно осмотрел бутылку. — Пустая. Значит, наша беседа закончена.

Дэнис встала:

— Ладно. Могу я задать вам последний вопрос?

— Пожалуйста. Но только один.

— Вы можете отправить сообщение с вашего компьютера? Шоумак захлопал глазами:

— Конечно.

— Давайте поменяемся. С моего нельзя послать вызов, вам следует помнить об этом и не пытаться. И еще вы должны забыть, что мы с вами поменялись.

Терри Шоумак снова заморгал. Выглядел он трезвым, но фокусировал зрение с трудом.

— Хорошо, — согласился он после долгого тупого молчания, — это разумно.

Дэнис обворожительно улыбнулась ему.

После того как Шоумак ушел, Дэнис колебалась не больше секунды, после чего набрала на клавиатуре: «113102-КМЕТ». Облизнула внезапно пересохшие губы и спросила:

— Ральф?

у Дэнис сложилось впечатление, что Джимми намеревался вернуться за ней в тот же день, и она не знала, что воспрепятствовало этому. И не могла себе представить, по какой причине он так пренебрег ею.

Человек, отвечающий за солдат — членов ОДР, второй помощник режиссера, оказался угрюмым японцем американского происхождения по имени Джо Тагоми. Он впал в холодную ярость, узнав, что Дэнис разрешили большую часть дня безо всякого присмотра бродить по территории.

— Вас зовут Даймара?

— Да.

— С этой минуты вы солдат. Выполняете приказы всех, кто вам их отдает. Пока мне не доложат об изменениях, а о них еще не доложили, вы не имеете никакого звания и положения.

От нее явно не ждали никакого ответа, поэтому Дэнис промолчала. Тагоми препоручил ее командиру отделения и вернулся в свою лабораторию. И только поздно вечером, лежа в большом трейлере на койке, которую ей выделили, Дэнис поняла, что так обеспокоило ее в облике Тагоми. Он неправильно двигался. Когда он уходил, то держался так, словно его бедра и плечи скреплены между собой монокристаллическими прутьями.

57
{"b":"20073","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Каникулы в Санкт-Петербурге
Ленивая скотина -2. Волшебный пендель
Когда ты станешь моей
Практика радости. Как управлять гневом
Ее кровная месть
Девочка, которая ждет
Я беременна, что делать?
Всё та же я
Отступники