ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты... ты вспомнила?

Натали перегнулась через стол, держа в руке старую папку.

– Это было спрятано, и спрятано хорошо. Кто-то хотел быть совершенно уверен, что я никогда не увижу этих бумаг. Но я все-таки нашла их. – Она подняла папку и помахала ей перед его носом. – Между прочим, предполагалось, что и ты ее не увидишь, – добавила она язвительно. – Эта маленькая папочка лежала в сейфе Джуда Райкена в архиве корпорации.

Джордан изменился в лице.

– Архив? Как ты туда попала?

– Один мой приятель, имени которого я не назову, умеет открывать сейфы. Как настоящий специалист, он ухитрился вскрыть его за полчаса.

Натали умолчала о том, что она сделала две ксерокопии содержимого, положив одну назад в досье. А оригинал теперь у старшего инспектора Вольфера. Если Джуд сам не захочет огласки или Вольфер с доктором Паратом не сочтут необходимым учинить формальный иск, все так и останется. Они договорились, что достаточно просто пригрозить. Райкен, скорее всего не посмеет возбудить дело, он знает, что виновен и что у них есть доказательства. Натали понимала – ей не выдержать длинного изматывающего процесса, даже мысль о газетной шумихе с фотографиями на первых страницах была непереносима. Нужно все закончить быстро и тихо.

– У меня и ключа от этого сейфа не было, сказал Джордан. – Теперь, правда, он полагается мне, как совладельцу. Если бы ты подождала, я бы провел тебя в архив на законных основаниях.

– Я не могла больше ждать. Ни единой секунды. – Натали откинулась на спинку кресла, обмахиваясь папкой как веером. – Видишь ли, ты и Джуд поставили меня в очень сложное положение. – Рывком выпрямившись, она взглянула на него со злостью. – Как ты мог так поступить со мной?

– Мы хотели помочь тебе, – оправдывался Джордан, – доктор Парат считал, что это может вернуть тебе память.

– Понимаю. Как это мило с его стороны. А ты взял роль исполнителя...

На это возразить было нечего. Выражение лица Натали постепенно смягчалось.

– Я была в полном смятении, ничего не понимала, но меня тянуло к тебе, Джордан. Внезапно ее лицо опять стало холодным. – А ты этим воспользовался.

– Но и со мной творилось что-то несусветное.

– Ты должен был сказать мне правду. – Натали была тверда. – А так я чувствую себя полной дурой. Быть куклой, которой манипулируют! За какую идиотку ты, должно быть, меня принимаешь.

Джордан смотрел, как она встала и подошла к окну. Солнце осветило ее волосы, создавая неуловимый световой эффект. Глядя на ее прямую, напряженную спину, он чувствовал, как она страдает. Все его существо рвалось к ней. Ведь это действительно была Натали, женщина, которую он любил, его молитвы были услышаны. Она вспомнила, она наконец все вспомнила, он сможет поговорить с ней, и она поймет. Но ничего не получалось. Похоже, теперь-то все и запуталось окончательно. Он подошел к ней.

– Ты имеешь полное право сердиться. Но если бы ты только знала, через что я прошел... – Джордан замолчал, боясь, что у него сорвется голос. Натали не шевелилась. – Я не смог устоять перед нахлынувшими чувствами, я ничего не соображал. – Он осторожно обнял ее. Казалось, она не обратила на это внимания, по крайней мере вначале. А он все говорил, и его полные боли слова успокаивали ее.

– Натали... Я так люблю тебя.

Она поежилась. Сильный запах «Хвойного аромата» щекотал нос, и она прижалась к нему. Нелепо, но такой пустяк как запах, всколыхнул столько воспоминаний. Да, теперь она вспомнила, от него всегда так пахло.

– Ты все еще поливаешь себя «Хвойным ароматом», так ведь называется твой одеколон? – прошептала она.

– Ты и это помнишь?

– Да. – Она закрыла глаза. – Да, я действительно помню. – Натали задумалась, и в ее памяти стали всплывать отдельные картинки.

Джордан спрятал лицо в ее волосы.

– А помнишь, как ты обзывала меня?

Этого она не могла припомнить. Как бывает иной раз с машиной: мотор несколько раз провернулся, задрожал, чихнул и заглох. В ее сознании мелькали даже не сами картинки, а как бы отражения их. Это было похоже на моментальные снимки.

– Попытайся, Натали, попытайся вспомнить, – шептал Джордан. – В самом углу юридической библиотеки, самый последний стол. Помнишь, ты всегда садилась туда, чтобы видеть, что делают остальные.

Зажигание включилось, мотор заработал. Отдельными вспышками замелькали картинки из прошлого. Библиотека, стол. Затем возник бар, куда они ходили после занятий. Вот улица, вход в кафе, господи, как же оно называлось?

Джордан пришел на помощь.

– Попробуй вспомнить кафе «У очага». Мы с тобой часто ходили туда прямо из библиотеки.

Натали улыбнулась. Возник еще один снимок. Это был Джордан. Таким она впервые увидела его. Он что-то пил, И ей не понравилось, как он одет.

– У тебя еще цел тот уродливый твидовый пиджак с заплатами на локтях? – внезапно спросила она.

Джордан засмеялся:

– Нет, ты ведь грозилась сжечь его... А помнишь, что произошло, когда я все-таки его надел?

Натали очень напрягалась, но тщетно. Она тоскливо вздохнула.

– Нет. Ничего не получается.

– Ну, попытайся. Помнишь, ты подошла к двери, а там стоял я в твидовом пиджаке, чтобы подразнить тебя. У тебя в руках были ножницы. Ты схватила меня за рукав и...

Натали засмеялась:

– Отрезала эти дурацкие заплаты и сделала из них прихватки для чайника.

– Вот до чего тебе отвратителен мой вкус. Все новые воспоминания обрушивались на нее, возникали новые кадры, новые сцены, и она улыбнулась.

– Да, я помню. О, Джордан, у меня ведь сохранились эти заплатки. Я спрятала их в голубую фетровую коробку.

– Я тоже сохранил все, что ты дарила мне. – Он обнял ее, крепко прижимая к себе. – Пришло время вернуть тебе все долги.

Натали расслабилась в его объятиях. К ней подступили воспоминания, возвращая наконец всю прожитую жизнь, Она как бы путешествовала во времени, свободно попадая в любой отрезок прошлого. Воспоминания больше не выглядели отдельными эпизодами или отрывками, а стали уже целыми историями с началом и концом. Все они были связаны друг с другом, все обрели свой смысл. Потрясенная, она едва стояла на ногах, но Джордан крепко держал ее.

– Спокойней, прошу тебя. Пожалуй, это слишком для тебя...

– Нет, нет, Джордан! Я вспоминаю! Наконец вспоминаю! Все встает на свои места!

– А о нас ты что-нибудь помнишь? – спросил Джордан. Унять дрожь в голосе ему не удалось.

– Да, помню. – Натали повернулась и уголком глаза увидела его лицо. – Ты всегда был нервным и скованным.

– Что? Только это ты и помнишь?

– У тебя была привычка складывать книги в правом углу стола как-то по-особому. Ты бесился, если кто-нибудь передвигал их хотя бы на дюйм.

– Только в самом начале. Я действительно сначала жутко волновался. Сама ведь знаешь, как действует атмосфера юридического факультета.

– Да, знаю, – повторила она машинально.

– Знаешь? Это хорошо. Выходит, ты все-таки замечала меня. А мне ведь казалось, что я потратил уйму сил, чтобы привлечь твое внимание.

Натали засмеялась.

– Неужели кто-то мог пройти мимо мистера «Порядок»? Тетради у тебя были всегда так аккуратно разложены, а эти твои ручки...

– Ох, и не напоминай.

– У тебя всегда было на всякий пожарный случай три ручки. Верно? – Она обернулась и посмотрела на него, внимательно вглядываясь в лицо, некогда такое любимое. Потом ее взгляд упал на его стол, и она улыбнулась. – Как, мистер Бреннер! Деловые бумаги разбросаны по всему столу. Да тот ли это Бреннер, которого я когда-то знавала?

Джордан поцеловал ее, и она закрыла глаза.

– Я сильно изменился с тех пор, Натали. Ты излечила меня.

– Я?

– А ты помнишь, как?

Натали покачала головой.

– Мы были на озере. На мне был новый костюм, который, конечно, тебе не нравился, и ты...

– Спихнула тебя в воду, – закончила Натали с ноткой триумфа в голосе. И засмеялась тем серебристым смехом, который всегда так очаровывал его. – Да. А потом… – Она замолчала, глаза ее затуманились от воспоминаний о том, что произошло. – О, Джордан...

48
{"b":"20080","o":1}