ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вероятно, Патрисия тоже далеко не монахиня. Обидно же видеть, как вовсю резвятся родители, а самой прозябать вдали от поклонников. Впрочем, о ее любовных похождениях газеты почти не писали. На людях она появлялась редко, но, когда это все-таки происходило, ей было явно не по себе. Будто девственница, которая никак не возьмет в толк, что делать со своим телом, усмехнулся Брайан. Но нельзя же дожить до двадцати пяти и сохранить невинность!

В дверь постучали. Он бросил последний взгляд на цветную фотографию, на которой Патрисия была изображена с отцом и сестрой – видно, на каком-то светском приеме, – и крикнул:

– Войдите!

Нет, она определенно не в его вкусе. Хотя как знать. Может, стоит пригреть ее лучами своего внимания, и этот роскошный цветок распустится и проявит свой аромат?

– Сэр, машина ждет вас.

– Спасибо, Клиффорд, уже иду.

Брайан подхватил легкую дорожную сумку – паспорт, пара брюк и свитер, что еще нужно непритязательному холостяку? – и направился к выходу.

Шофер почтительно раскрыл перед ним дверцу «роллс-ройса».

– Извините, мистер Лавджой, что пришлось вас поторопить. Надеюсь, я не оторвала вас от дел?

Патрисия Кромптон взглянула на него, откинув со лба прядь волос. Ни малейшего признака улыбки. Эдакая современная деловая женщина, холодная и недоступная. Впрочем, деловые женщины любят выглядеть профессионально, а на ней костюм то ли из хлопка, то ли изо льна, то ли из чего-то еще ужасно мнущегося, вьющиеся волосы лежат как попало, хотя она впихнула в прическу массу заколок и гребешков. Зато с косметикой явно напряженка. Короче говоря, она будто нарочно постаралась выглядеть как можно более непривлекательной. И ей это удалось.

Брайан расплылся в улыбке. Включать свое обаяние на полную мощность он не стал, но решил: крохотная улыбка в чисто деловом стиле не повредит.

– Называйте меня Брайан, – предложил он. – Вам не за что извиняться. Полно народу мечтает провести пару недель на Лазурном берегу в пятизвездочном отеле. И я не прочь отдохнуть, нежась в лучах ласкового солнышка.

Его улыбка осталась без ответа. Патрисия взглянула куда-то сквозь него и заметила:

– Мы едем не с развлекательной целью.

Наша задача – подобрать ткани для новой коллекции галстуков и других аксессуаров из шелка, убедиться, что фабрика в состоянии соответствовать нашим высоким требованиям к качеству материала, и разработать дизайн, решенный в едином стиле.

Вот дрянь! Если бы она только знала, как ненавистны ему женщины, которым пальцем о палец лень ударить, чтобы выглядеть хоть чуть-чуть женственными. Если она думает, что мужчина ценит в женщинах деловую хватку или, избави Господи, какую-то там внутреннюю красоту, то… да, как жестоко она заблуждается! Плевать нам на то, что у вас в душе.

Нам другое подавай.

Впрочем, ему-то какое дело? С какой стати он вообще так завелся?

Может, откровенность на нее больше подействует?

– Вообще-то я юрист, а не дизайнер. Поэтому в этом деле я вам явно не помощник.

Если уж быть до конца честным, то всякие финтифлюшки на галстуках его меньше всего волнуют. Он едет, чтобы вышвырнуть этих надоедливых Кромптонов из бизнеса, и, если получится, без скандала, в рамках закона. На то он и юрист.

Патрисия бросила на него недоуменный взгляд. Ресницы у нее оказались длинные и темные, голубые глаза глядели так, что, будь на ее месте другая женщина, он воспринял бы ее действия как приглашение к флирту. Но, похоже, этой особе и невдомек, какое действие производит подобный взгляд.

А может, она наоборот прекрасно обо всем знает? Уж наверняка распутные родители кое-чему ее научили!

– Значит, вы не берете с собой альбом для рисунков? – спросила она.

– А зачем? – удивился Брайан.

Патрисия пожала плечами.

– Чтобы делать зарисовки, записывать свои замечания. Если, конечно, вы действительно собираетесь посетить фабрику. Если нет, тогда другое дело. Возможно, вы предпочтете остаться на пляже.

Ясно, к чему ты клонишь! Ты-то уж наверняка захочешь, чтобы я оставил тебя в покое.

Зачем мне путаться под ногами и совать во все свой нос?

Но не надейся, не дождешься!

– Напротив, мисс Кромптон. Я обеими руками за то, чтобы проследить, чем будет заниматься эта фабрика. К тому же, – не без иронии закончил Брайан, – смотреть, как вы творите, вероятно, одно удовольствие.

Патрисия снова пожала плечами. Язвительность Брайана не произвела на нее никакого впечатления. Она углубилась в блокнот, лежавший у нее на коленях, давая понять, что разговор закончен.

Будь перед ним другая женщина, Брайан решил бы, что она затеяла сложную игру. Но эта Патрисия явно не из тех, кто любит подобные игры. Ей просто на все наплевать.

И мне тоже, решил Брайан, расстегивая молнию на сумке. Порывшись в ней, он извлек свежий номер «Плейбоя» и с невинным видом раскрыл его на развороте. Уголком глаз взглянул на Патрисию. Та как ни в чем не бывало что-то чертила в блокноте.

Интересно, он и впрямь такой осел, что считает меня несмышленой дурочкой? Будто я не пойму, к чему он клонит.

Зачем ему со мной заигрывать? Хотя у мужчин его типа это, скорее всего, происходит просто в силу привычки.

Вот он откидывает назад свои курчавые волосы, будто она не знает: это классический жест покорителя сердец. Небось в свое время практиковался перед зеркалом. Надо признать, выходит у него неплохо, даже не наигранно. Но ее-то так просто не проведешь.

Еще уселся в самолете с этим дурацким журнальчиком. Делает вид, что никто, кроме обнаженных красоток, его не интересует. А сам нет-нет да и взглянет на нее.

Ну и пусть разглядывает своих моделей! От попытки поддержать светскую беседу он отказался, а ей это как нельзя более на руку. Если повезет, до Лазурного берега они так и долетят молча.

– Меня зовут Патрисия Кромптон. Для меня забронирован номер?

Портье расплылся в улыбке.

– Разумеется, мисс Кромптон. Номер «люкс», семьсот четыре, это на седьмом этаже.

– Благодарю вас.

Патрисия направилась было к лифту, но голос портье остановил ее.

– Мисс Кромптон!

– Да? – повернулась она к нему.

– Чуть не забыл. Для вас тут послание. Из Синушари.

– Вот как?

– Из Синушари? – нахмурился Брайан, извлекший из своей необъятной сумки паспорт. – Это где?

Патрисия пробежала глазами письмо. Оказалось, написал его старый знакомый – Инди Топану, министр туризма Синушари, этого острова, затерянного где-то в Индийском океане. После вежливого вступления, сдобренного целой вереницей любезностей, следовала суть.

«Два дня назад археологи, производившие раскопки в джунглях, сделали удивительное открытие. Под обломками древнего языческого святилища им удалось обнаружить гробницу жены вождя племени Нусанти-Хо, захороненную с подобающими ей царскими почестями. Среди находок, полученных при раскопках, наряду с сосудами для благовоний оказались великолепные ткани, не истлевшие, несмотря на прошествие нескольких столетий, золотые и платиновые украшения, красота которых способна поразить воображение самого взыскательного знатока, множество амулетов, которые также не оставят равнодушными никого, кто…»

Патрисия прервала чтение. Старина Топану пишет, будто он рекламный агент туристической фирмы, завлекающий простаков в романтическое путешествие. В чем же суть?

Ну-ка:

«…может представлять интерес для конкурирующих дизайнерских фирм. Учитывая наше давнее знакомство, оказавшееся, смею надеяться, взаимно приятным, я взял на себя почетную обязанность пригласить вас, мисс Кромптон, первой ознакомиться с находками археологов. Уверен, что они заинтересуют вас как художественно одаренную натуру. Мое правительство в свою очередь будет весьма признательно вам, если именно вы напишете о находке и о нашем острове в вашей прессе».

3
{"b":"20084","o":1}