ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я вышел к обрыву чуть раньше Тани и остановился, подперев бока руками и глядя вниз. Ясное дело: сейчас она подкрадется сзади и радостно столкнет меня в воду.

Ничего подобного. Обернувшись, я увидел, что Таня тихо трясется.

– Эй-эй, Таня… – Я взял ее лицо в ладони. – Ты в порядке? В чем дело?

Пожалуй, я уже знал, в чем дело. Твою мать!..

Психологическое вмешательство – дело тонкое, с приемами Посланников или без них. Бывает, эта магия отказывается работать в момент, когда этого совсем не ждешь.

Гребаный лагерь! Все мое возбуждение прошло само собой, утекая, как слюни из открытого рта. Взамен возбуждения внутри появилась злоба. Гребаная война!

Окажись в этом прекрасном уголке Исаак Карера и Джошуа Кемп, я оторвал бы им все, что можно, на хрен, голой рукой, связал бы веревкой и столкнул в этот гребаный бассейн.

«Они не утонут в воде, если в ней можно дышать», – проговорила внутри та часть моего сознания, что никогда не спит. А если для людей вроде Кемпа и Кареры это вовсе не актуально? Дерьмо не тонет. Точно не тонет.

Вместо дальнейших рассуждений я поймал Танину руку и, обхватив ее за талию, прыгнул вниз, приняв решение за нас двоих.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Я очнулся.

В носу еще стояла щелочная вонь, а живот оказался сплошь залитым свежайшей спермой. Яички гудели так, словно по ним прошлись ботинками. Над головой слабо светился экран дисплея, и лишь в самом его углу мерцал отсчет времени: в реальности прошло всего две минуты.

Я сел, не соображая почти ничего.

– Мать… твою… уф-ф…

Я с трудом продрал горло и огляделся. Откуда-то появилась целая пачка салфеток. Кажется, оборудование заранее знало мои потребности. Набрав в пригоршню обтирочного материала, я вытерся, что называется, «с головы до ног», смахнув с себя все. Кажется, все.

Блядская виртуальность или реальность… Ощущения не желали отпускать меня.

Потому что я еще помнил… Помнил, как мы трахались в нижнем бассейне, медленно погружаясь в воду. Когда Таню оставил ее страх. Или, вернее сказать, мандраж.

Потому что помнил: второй раз мы занимались сексом на пляже.

И потому, что мы любили друг друга еще один раз, находясь в меню выгрузки, как будто в последний… Самый последний…

В последний раз?

Захватив в руку еще салфеток, я вытер лицо и глаза. Медленно одевшись, вернул на место «умный» ствол со всей упряжью и вздрогнул, когда нечаянно задел оружием натруженный член. Обнаружив на стене зеркало, я уставился на свое отражение, стараясь упорядочить все происшедшие за последнее время пертурбации.

Психологический опыт Посланника.

В отношении Вордени я применил это средство, даже не задумываясь. И в настоящее время она в относительном порядке. Что, собственно, и требовалось доказать. Зависимость, проявлявшая себя как психологическая травма, оказалась не более чем побочным эффектом.

И что с того? Такое никогда не было важным. Не имело значения для обычной практики Посланника. На войне как на войне, и нам хватало, о чем беспокоиться. Как правило, к моменту, когда проблема становилась более или менее очевидной, нас вообще не могло быть рядом. И чего не случалось никогда, так это восстановительного лечения, какое Вордени сама себе прописала. И которое прошла.

Я не мог представить, как это скажется.

Не имел понятия, было ли такое прежде. Никогда. Не видел. Ничего. Подобного.

Я не знал, что за чувство она пробудила во мне. В ответ.

И я не мог найти ответ, просто глядя в зеркало.

Вместо этого… Стоя перед зеркалом, я изобразил недоумение, затем ухмылку – и вышел в общий зал, оказавшись в предзакатном полумраке. Вордени ждала снаружи, возле одной из оздоровительных конструкций и…

Не одна.

Эта мысль прохромала, скрипя, сквозь размякшие от виртуальных упражнений нервные окончания, оставшись болезненно вялой, и сразу после этого я обнаружил ствол лазера, проекция которого нарисовалась на полу в самой непосредственной близости от моего затылка.

– Здравствуй, браток. Думаю, ты не хочешь делать резких движений.

Странный акцент. В нем звучали экваториальный надрыв и вместе с тем некоторая искусственность.

– Иначе ты и твоя девчонка лишитесь одного и того же. То есть – головы.

Рука, несомненно, принадлежащая профессионалу, быстро обшарила меня и отобрала «Калашников», отбросив его в глубь комнаты. Я услышал приглушенный удар о пол и звук скольжения.

Постарайся запомнить направление.

Экваториальный акцент.

Кемписты?

Я посмотрел в сторону Вордени, отметив ее неестественную и безвольную позу с поднятыми кверху руками. И фигуру второго, замершую около женщины. К голове Тани был приставлен ствол небольшого ручного бластера. Я обратил внимание на одежду: напавший носил черный, облегающий тело маскировочный костюм и маску из пластика, недостаточно плотно прилегавшую к лицу и колыхавшуюся от движений, не давая распознать его черты. В маске было два отверстия, закрытых голубыми фильтрами для глаз.

За спиной у этого бойца висел рюкзак, в котором несли то, что позволило нападавшим вскрыть оборону «Мандрагоры». Скорее всего они использовали комплект для биоопознавания плюс кодовый сканер и оборудование глушения оповещения. Как минимум.

Высокие технологии. И патронов пачка.

– Ребята, ведь вы уже мертвые.

Я произнес эти слова, стараясь придать голосу максимум спокойствия.

– Эта ты смешно пашутил, браток.

Тот, кто держал меня на мушке, резко потянул за руку, развернув так, чтобы продемонстрировать ствол лазера, теперь уже наставленный мне в лицо. Дресс-код аналогичный. И та же маска. Плюс рюкзак. Позади быковали три идентичных клона, страховавших зал по углам. Стрелки держали лазеры наперевес, наверное, на всякий случай. Мой энтузиазм начал сворачиваться, как изображение на угасающем экране видеомонитора.

Тяни время.

– Ребята, кто вас послал?

– Слушай, ты, – откликнулся голос пришельца, слышимый то ясно, то неразборчиво. – Это не то, что ты думаешь. Нам нужна она, и только. А ты уже спалился. Заткни пасть: может, мы захватим тебя с собой, чтобы место зачистить. А будешь звездеть – посмотрим, что за серое вещество в голове у Посланника. Ну, ты понял, нет?

Я кивнул, безнадежно пытаясь сбросить посткоитальное оцепенение, обесточившее мои системные ресурсы. Слегка изменим позу…

Качай ситуацию по памяти…

– Ладно, давай сюда руки.

Левой рукой он потянулся к ремню, вытащив оттуда контактный разрядник. Хватка руки, державшей лазер, ничуть не изменилась. Маска на лице убийцы заколыхалась, выдавая улыбку:

– По одной, естественно.

Я поднял левую руку, вытянув ее в направлении пришельца. Продолжая разминать правую, преодолевая ее неспособность к действию и уже чувствуя, как кисть начало покалывать.

Он обмотал мою левую кисть чем-то серым и включил контактный разрядник. Заморгал светодиод. Конечно, ему стоило отодвинуть ствол лазера так, чтобы моя рука, падая, не сдвинула оружие своим мертвым весом. Он не сделал этого, и разрядник сработал.

Сейчас. Он щелкнул так слабо, что нейрохимия слуха едва это уловила. Тончайший звук, раздавшийся в отлично кондиционированном зале. Заряд пришел в действие.

Никакой боли. Только холод. Местная анестезия, похожая на ощущение от удара ультравибрационного оружия. Рука забилась, как только что пойманная рыба, и едва не пролетела мимо дула лазера, хоть и оставленного там, где не следовало. Ствол отодвинулся в сторону – совсем немного. С позиции стрелка смещение казалось незначительным. Маска вновь затрепетала в невидимой мне ухмылке.

– Молодец. Давай вторую.

Я улыбнулся и убил его…

Гравитационные микротехнологии: революционный прорыв в области инженерии вооружений. От фирмы «Калашников».

…выстрелами от бедра. Три попадания в грудь, чтобы наверняка пройти то, что он носил вместо жилета, и еще рюкзак. Кровь…

39
{"b":"20085","o":1}