ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Наконец она произнесла:

– Красивое небо.

– Красивое. Ответь мне на один вопрос. По археологии.

– Да, пожалуйста.

– Куда они делись?

– Марсиане?

– Да.

– Ну… Космос велик. Кто…

– Нет, эти марсиане. Команда корабля. Как можно бросить такую громаду? Вероятно, постройка стоила денег, сопоставимых с бюджетом планеты. Их планеты. Корабль вполне работоспособен. Он согрет, поддерживает атмосферу. Работает причальный порт. Почему?

– Кто теперь скажет. Наверное, торопились.

– О-о, только не…

– Очевидно, покидали целый сектор космоса. Их уничтожали, или было взаимное уничтожение. Смотри, они оставили очень много. Города…

– Таня, город невозможно забрать с собой. Его придется так или иначе оставить. Но корабль… Почему его не забрали с собой?

– У Харлана они оставили орбитальные станции.

– Автоматические.

– Хорошо. Этот корабль тоже работает автоматически.

– Корабль построен для экипажа. Не нужно быть археологом, чтобы докопаться до этого.

– Ковач, отчего бы тебе не отправиться на «Нагини» и хорошенько не отдохнуть. И никто не станет обследовать корабль. От тебя одна головная боль.

– Это радиация.

– Нет, я не…

На лбу забормотал сдвинутый вверх переговорник. Моргнув от неожиданности, я надел гарнитуру как положено.

– …просто ле…… десь, – неразборчиво произнес голос Вонгсават. Она говорила возбужденно и с очевидным напряжением. – Чтобы это… было… не думаю… умереть или помучи…

– Вонгсават, Ковач на связи. Погоди. Говори медленнее и с самого начала.

– Я сказала, – с выражением повторила пилот, – Та… нашли… тело. Расчл…… ело. Част… нападе…… верено в причальн… ация. И…… глядит… убило… его.

– Понял, мы на подходе. – Я встал на ноги и старался произносить слова раздельно, понимая, что Вонгсават плохо меня слышит. – Повторяю. Мы в пути. Стойте на месте, стойте спина к спине, не двигайтесь с места. Стреляйте по всему, что видите.

– Что такое? – спросила Вордени.

– У нас проблемы.

Посмотрев кругом, я услышал голос Сутъяди:

– Все на выход!

На головой зависло тело марсианина, смотревшего на меня мертвыми глазницами. Далекого, как ангел, и столь же бессильного.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Он лежал в одном из раздутых тоннелей, уходившем в глубь корабля почти на километр. Труп был в скафандре и хорошо сохранился. В голубоватом свечении стен я увидел за лицевым стеклом обтянутый кожей череп. Каких-то особых повреждений на теле заметно не было.

Наклонившись, я всмотрелся в то, что осталось от лица.

– Выглядит неплохо сохранившимся.

– Стерильный воздух, – ответил Депре.

У бедра он держал изготовленный к стрельбе лазер, а глаза непрерывно сканировали пространство над нашими головами. Амели Вонгсават была на десять метров дальше и стояла у входа в следующий пузырь. Оружие явно мешало нашему пилоту.

– Не только стерильный, но и бактерицидный. Если скафандр не слишком хорош. Что интересно, в баллоне треть от полной зарядки. Этот человек скончался не от удушья.

– Скафандр поврежден?

– Если и поврежден, то не скажу где.

Я присел на корточки.

– В чем тут смысл? Воздух пригоден для дыхания. Почему закрыт шлем?

– От чего умирают, находясь в исправном скафандре внутри пригодной для дыхания среды? Не знаю, что еще думать.

– Движение, – сообщила Вонгсават.

Обнажив интерфейсный ствол правой руки, я немедленно усилил позицию рядом с Вонгсават. Нижняя часть проема возвышалась почти на метр от пола. По бокам она закруглялась вверх наподобие карикатурной улыбки, чтобы еще выше, У самой «крыши», сойтись наконец в одной точке. Перед нами было открытое с двух сторон пространство и ступенька высотой в метр. Мечта снайпера.

Согнувшись в три погибели, Депре с «Санджетом» на боку укрылся по левую сторону. Я притулился напротив, рядом с Вонгсават.

– По-моему, что-то упало, – негромко сказала пилот. – Не в этом зале. В следующем, наверное.

– Понял.

Стимуляторы холодной волной прошли по конечностям, и я услышал, как застучало сердце. Не знаю как, но система продолжала работать, невзирая на пострадиационную интоксикацию. Теперь предстоящее боестолкновение казалось почти удовольствием в сравнении со всеми призраками, безликими нанобами и мертвецами сразу двух рас.

Все это уже позади. В груди появилось приятное ощущение: наконец можно кого-то убить.

Депре медленно поднял свой лазер.

Слушай.

Теперь я слышал. Из пространства зала доносились негромкие шаркающие звуки. Тренированное подсознание Посланника сняло с мышц излишнее напряжение, изолировав чувство тревоги под спокойной поверхностью рефлекса.

В противоположном от нас выходе из зала появился неясный белесый объект. Вдохнув, я двинулся на него.

– Амели, это ты? – голос принадлежал Шнайдеру. Амели шумно выдохнула, практически одновременно со мной. Потом встала на ноги.

– Шнайдер? Что ты здесь делаешь? Я практически убил тебя.

– Да? Вот это по-дружески.

Появившись у проема, Шнайдер закинул ногу на возвышение. Его лазер был небрежно повешен через плечо.

– Просишь у вас помощи, а получаешь, как всегда, по шапке.

– Это что, еще один археолог? – вопрошал Хэнд, следуя по коридору за Шнайдером. Его правая рука сжимала казавшийся совершенно неуместным бластер. Вдруг я понял, что впервые увидел Хэнда с оружием. Оно совершенно ему не шло. Убивало в нем ауру человека с верхнего этажа корпорации. Казалось диссонансом, таким же несоответствием, как документальные кадры в ролике с Лапинией.

Хэнд не принадлежал к тем, кто сам держит в руках оружие. По крайней мере такое, как заурядный бластер.

В его кармане лежит контактный разрядник.

Готовое к бою подсознание успокаивалось медленно. Свойство Посланника.

– Подойди. Сам увидишь, – сказал я, обращаясь к Шнайдеру.

Вновь прибывшие без всякой задней мысли направились к нам через открытое пространство, травмируя мои израненные боевые инстинкты. Схватившись за край проема, Хэнд пристально вглядывался в лицо покойника. Внезапно я увидел, что его собственные черты выдают действие радиации. Хэнд был бледен и, судя по позе, еле держался на ногах. Опираясь на отбортовку проема, он явно экономил силы. Уголок рта слегка подергивался. Тик, которого не было в момент нашего входа в причальный порт.

В сравнении с ним Шнайдер просто излучал здоровье. Внутри прошла волна неожиданной симпатии к Хэнду.

Хэнд, добро пожаловать в наш гребаный клуб. Добро пожаловать на дно. Мы с тобой на Санкции IV.

– Он в скафандре.

Хэнд рассуждал вполне трезво.

– Точно подмечено.

– От чего он умер?

– Мы не знаем.

Еще одна волна. Усталость.

– Честно говоря, я совершенно не настроен на аутопсию. Как только буй заработает, мы валим отсюда.

Хэнд странно посмотрел в мою сторону:

– Возможно, нам понадобится твое участие.

– Ладно, здесь вы сумеете нам помочь.

Я подошел к трупу в скафандре и взял его за ногу.

– Теперь это твое.

– Ты собираешься его использовать?

– Мы, Хэнд. Думаю, мы его возьмем. Вряд ли этот парень станет возражать.

Большую часть следующего часа мы волокли тело сквозь коридоры и залы марсианского корабля. Пока не оказались на «Нагини». Много времени отнимал поиск маячков и нарисованных иллюминиевой краской стрел. Но воздействие радиации уже не позволяло нам быстро двигаться. Меня и Хэнда несколько раз стошнило, так что тело пришлось волочь Депре со Шнайдером.

Последним жертвам взрыва над Заубервиллем осталось мучиться совсем недолго. Под конец, когда неудобную ношу пропихивали через последний проход, выходивший к причальному порту, заметно устал даже Депре в своем замечательно стойком теле «Маори». Перед моими глазами плыло голубое свечение. Вонгсават тоже выглядела бледновато с потухшими, словно пьяными глазами.

80
{"b":"20085","o":1}