ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В результате проведения этой операции стороны понесли значительные потери. По данным германского командования, общие людские потери немецких войск за период с 29 сентября по 16 ноября составили 17,2 тысячи человек, в том числе 3450 убитыми, более 13 тысяч ранеными и 660 пропавшими без вести.

За это же время советские войска, действовавшие на южном крыле советско-германского фронта, безвозвратно потеряли 143,3 тысячи человек, то есть в 8 раз больше, чем противник. Кроме того, в данной операции советские войска потеряли 101 танк, 3646 орудий и минометов, 240 боевых самолетов.

В период с 17 ноября по 2 декабря под Ростовом было проведено контрнаступление советских войск, которое продолжалось 16 суток. Оно проходило на фронте от 140 до 180 километров и привело к отходу немецких войск на 60–80 километров. По сути дела, это была первая крупная успешная операция, проведенная советскими войсками.

О потерях немецких войск в ходе этой операции сведений нет. Советские войска безвозвратно потеряли 15, 3 тысячи человек и еще 17,8 тысячи ранеными и больными.

ПОРАЖЕНИЕ ПОД МОСКВОЙ

Известно, что первое серьезное поражение немецкие войска понесли в битве под Москвой, после того как 5 декабря 1941 года оборонявшиеся там советские войска перешли в контрнаступление, продолжавшееся до 7 января 1942 года и переросшее в общее наступление советских войск, завершившееся только в апреле 1942 года.

В советской историографии контрнаступлению под Москвой отведено исключительно видное место, и оно представлено не только как крупное поражение немецких войск, но и как большое достижение советского военного искусства. Так, в капитальном научном труде «Разгром немецко-фашистских войск под Москвой», вышедшем в свет в 1964 году под редакций Маршала Советского Союза В. Д. Соколовского, сказано, что «Советские Вооруженные силы в битве под Москвой одержали победу всемирно-исторического значения».

Зарубежные военные историки более сдержанны в своих оценках. Тем не менее известный американский историк Уильям Ширер в книге «Взлет и падение Третьего рейха» пишет, что планы Гитлера в отношении завоевания России 6 декабря оказались сорванными, когда немецкие войска начали отходить из пригородов Москвы.

Вечером 1 декабря генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок сообщил начальнику Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковнику Ф. Гальдеру о том, что его обескровленные войска не способны продолжать наступление на Москву. Гальдер постарался подбодрить командующего группой армий «Центр», заявив: «Нужно попытаться разбить противника, бросив в бой все силы до последнего. Если окончательно выяснится, что разгромить противника все-таки невозможно, тогда нужно будет принять другое решение».

Правомерно задать вопрос о том, какое решение можно было принять после того, как захлебнулась крупная наступательная операция. Логически напрашивается одно – закрепиться на достигнутых рубежах, отразить наступление противника обороной и тем самым выиграть время для перегруппировки войск и подготовки нового наступления. Но есть и второе, более рискованное, но менее затратное – ведением маневренных действий измотать противника и тем самым выиграть время для отвода войск на выгодные для обороны рубежи.

Во всех трудах советских историков говорится о том, что после провала наступления под Москвой немецкие войска перешли к обороне на достигнутых рубежах. Так, в капитальном труде «История военного искусства», разработанном и изданном в 1961 году в Военной академии имени М. В. Фрунзе, было записано, что «войска группы армий «Центр» находились в одноэшелонном оперативном построении при наличии небольших резервов. Оборона противника строилась в виде системы отдельных опорных пунктов, которые, как правило, оборудовались в населенных пунктах, особенно на узлах дорог. Опорные пункты и узлы сопротивления имели круговую оборону; промежутки между ними простреливались ружейно-пулеметным и артиллерийско-минометным огнем. Такие опорные пункты оборонялись гарнизонами до роты пехоты, а узлы сопротивления – батальонами или полком пехоты».

Таким образом, под Москвой немецкие войска впервые в оперативном масштабе были вынуждены перейти к обороне, которая строилась по принципу очаговой. С учетом снежной и достаточно морозной зимы очагами обороны, как правило, являлись населенные пункты, приспособленные для обогрева личного состава и расположенные на дорогах. Промежутки между очагами обороны обеспечивались наблюдением и прикрывались огнем отдельных пулеметных расчетов и огнем артиллерии. Нет сведений о строительстве полевых позиций и их инженерном оборудовании. Такую оборону можно считать только временной и нельзя рассчитывать на ее устойчивость. Следовательно, ее главной задачей было малыми силами задержать наступление противника и обеспечить отход основной массы войск на выгодные рубежи.

Чтобы отрезать немцам путь отхода из Клина, в ночь на 15 декабря в район Теряевой Слободы был выброшен воздушный десант численностью 415 человек. Десантники перехватили дорогу на Теряеву Слободу, уничтожили мосты, разрушили линии связи. В советских источниках указано, что благодаря действиям десантников противнику пришлось отступать по проселочным дорогам, бросая технику и тяжелое вооружение.

Но это информация с одной стороны. Теперь посмотрим, как о контрнаступлении советских под Москвой пишут в своих мемуарах крупные немецкие военачальники.

5 декабря

Ф. Гальдер: «Гудериан решился на отвод войск от Тулы. Мороз 36 градусов ниже нуля. Намеченное наступление 3-й и 4-й танковых групп должно быть отменено. Противник прорвал наш фронт в районе восточнее Калинина. Фон Бок сообщает: силы иссякли. 4-я танковая группа завтра уже не сможет наступать. Завтра он сообщит, есть ли необходимость отвести войска».

Из приказа штаба группы армий «Центр» командующему 4-й армией, 4, 3-й танковыми группами № 2870:

«На случай, если последует приказ на частичный отрыв от противника и на занятие обороны, группа армий устанавливает следующий общий рубеж: Нарские пруды, течение р. Москва до Каринское, Истринское водохранилище, Сенежское озеро, район восточнее Клина, левый фланг 36-й моторизованной дивизии в районе Волжского водохранилища...

Начало отхода, для которого, по расчетам группы армий, потребуется две ночи, будет намечено на вечер 6.12, о чем будет сообщено в особом приказе.

4-й армии и 3-й танковой группе надлежит наметить и доложить в штаб группы армий промежуточный рубеж, который они смогут достигнуть в первую ночь отступления. Это необходимо для достижения полной согласованности между обоими соединениями при отходе».

Г. Гудериан: «Хорошо, что я 5 декабря самостоятельно принял решение о прекращении наступления, ибо в противном случае катастрофа была бы неминуемой».

6 декабря

Ф. Гальдер пишет, что на совещании у Гитлера фюрер заявил: «А тот факт, что наши дивизии держат по 30 километров (ширина полосы обороны), только подтверждает недостаточность сил у противника...

Принципиально нет никаких сомнений и колебаний в отношении сокращения линии фронта. Однако сначала нужно подготовить этот новый рубеж, отрыть стрелковые окопы, установить печи и т.п.».

Несколько ниже:

«В результате наступления противника на северный фланг 3-й танковой группы создалась необходимость отвода наших войск, располагавшихся южнее Волжского водохранилища. Их нужно отвести к Клину...»

Из приказа группы армий «Центр»:

«Правый фланг 3-й танковой группы отходит: в ночь с 6 на 7. 12 на линию Удино, Каменка, Ольгово; в ночь с 7 на 8. 12 – на линию Кочергино, Рогачево. Затем, в случае необходимости, в ночь с 8 на 9.12 – на линию северная оконечность Сенежского озера, Альдьино, Доршево.

4-я танковая группа в тесном взаимодействии с 3-й танковой группой отводит свой северный фланг, соответственно отводом южного фланга 3-й танковой группы, до района Сенежского озера.

48
{"b":"201138","o":1}