ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

По воспоминаниям свидетелей, к 22 июня Брестская крепость, как и сам город Брест, к обороне не готовилась. Тот же генерал Г. Гудериан пишет: «Тщательное наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе Брестской крепости, который просматривался с наших наблюдательных пунктов, под звуки оркестра они производили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войсками. Работы по укреплению берега едва ли хоть сколько-нибудь продвинулись вперед за последние недели. Перспектива сохранения момента внезапности была настолько велика, что возник вопрос, стоит ли при таких обстоятельствах проводить артиллерийскую подготовку в течение часа, как это предусматривалось приказом».

Наступление немецких войск для советского командования на тактическом уровне было внезапным. Немецкая бомбардировочная и штурмовая авиация нанесла по Бресту бомбо-штурмовой удар.

Танковые соединения танковой группы Г. Гудериана сразу же начали охватывать Брестский укрепленный район с севера и с юга. Непосредственно на Брест и Брестскую крепость двинулся 12-й армейский корпус генерала Вальтера Шрота. Непосредственно штурм Брестской крепости был поручен штурмовым отрядам 45-й Верхне-Австрийской дивизии, которая была усилена тремя артиллерийскими полками, девятью тяжелыми мортирами калибра 210 мм и девятью тяжелыми минометными батареями «Небельверфер», в составе которых было 54 280-мм минометов, способных стрелять 45,4-кг минами. Кроме того, для стрельбы по Брестской крепости заранее были доставлены две 126-тонных 600-мм осадных артиллерийских системы «Карл», стрелявших фугасными и бетонобойными снарядами весом 1,7 и 2,2 тонны. Вполне понятно, что потери среди советских войск и разрушения в Брестской крепости уже в первые часы войны были огромными. Уже к 7 часам утра части 45-й и 34-й немецких пехотных дивизий заняли Брест, а остатки войск 4-й армии к исходу дня были отброшены на 25–40 километров от государственной границы. Крепость к 9 часам утра была полностью блокирована противником.

На Брестскую крепость был обрушен шквал артиллерийского огня. Артиллерия стреляла по рубежам. По каждому рубежу огонь велся в течение 4 минут, затем переносился на следующий огневой рубеж, находившийся на удалении в 100 метров. За таким огневым валом двигались штурмовые группы, созданные на базе подразделений 130-го и 135-го пехотных полков, усиленные подразделениями 81-го саперного батальона.

Казалось, наступление такого порядка не может встретить сильное сопротивление. Немецкие войска ворвались в крепость. Но внутри бои приняли ожесточенный характер. Более того, отдельные группы советских подразделений даже контратаковали врага. Но с самого начала оборона распалась на отдельные очаги без единого руководства, без связи и без взаимодействия. Первый отпор противнику был не чем иным, как стихийной реакцией на врага и не носил характер подготовленной обороны.

Бой продолжался. Для преодоления сопротивления защитников крепости немецкое командование было вынуждено применить самоходные орудия, которые, войдя внутрь цитадели, начали расстреливать отдельные огневые точки. Практически в конце первого дня штурма Брестская крепость была занята противником, но официально она продолжала сражаться до конца июля 1941 года.

Потери немцев при штурме Брестской крепости были большими. Они потеряли более 1500 солдат и офицеров. В районе Бреста было оборудовано первое на советской земле немецкое кладбище, где было захоронено 482 солдата и офицера. Но потери советских войск убитыми и пленными в районе Бреста были намного большими.

Но надо понимать, что после 22 июня ни классического штурма, ни классической обороны этой твердыни уже не велось. Несколько уцелевших красноармейцев и командиров, укрывшись на день в подвалах, вечером выходили из своих убежищ и стреляли в немецких часовых. Генерал Вальтер фон Унгу, назначенный комендантом Бреста 30 июля, принимая дела, вынужден был отметить: «В общем-то, это – пустынные груды развалин, дымящиеся и зловонные, где все еще велся ружейно-пулеметный огонь от оставшихся советских солдат».

26 августа 1941 года во время поездки на Восточный фронт Брестскую крепость посетил А. Гитлер в сопровождении Геринга, Риббентропа, Кессельринга и гостей – Б. Муссолини и начальника итальянского Генерального штаба У. Кавальеро. Фюреру демонстрировали свезенную в крепость трофейную технику. Сопровождавший высокую делегацию генерал Клюге рассказал историю крепости и подробности ее последнего штурма. Гитлер слушал рассказ внимательно, а в конце заметил:

– Гудериан зря не отговорил нас от штурма Бреста. Эти развалины не стоят того, что за них заплатила немецкая армия. Достаточно было обойти город и блокировать крепость малыми силами. Авиация и артиллерия – вот средство против городов. Войска же должны стремиться вперед, развивая успех на тех направлениях, где нет брестских крепостей.

И это соответствовало действиям немецких войск на всех направлениях летом 1941 года. Советские войска также не стремились оборонять города. Без боя были сданы врагу ряд прибалтийских городов, Минск, Львов...

Оборона Одессы, в честь которой была отлита специальная медаль, вовсе не означала ведение оборонительных боев в самом этом городе. Советскими войсками оборонялись подступы к Одессе, а сам город фактически был оставлен без боя.

В конце июля немецкие войска подошли к Смоленску. Советские войска также не стали оборонять этот город и отошли в восточном направлении, организовав артиллерийский обстрел Смоленска. Свидетель этого генерал Гудериан пишет: «Вечером под артиллерийским огнем противника я пробрался через Смоленск на командный пункт группы в Хохлово, расположенное юго-западнее города... Город Смоленск мало пострадал в результате боевых действий. Захватив старую часть города на южном берегу Днепра, 29-я мотодивизия, имея задачу установить связь с Готом (3-я танковая группа. – Авт.), перешла реку Днепр и овладела промышленным районом города, расположенным на северном берегу реки.

В начале сентября 1941 года, продолжая наступление на правом крыле советско-германского фронта, немецкие войска развернули боевые действия за Днепропетровск, который обороняли части 15-й и 261-й стрелковых дивизий. Наличие каменных заводских построек и каменных зданий в пригородах Днепропетровска, а также глубокая река Самара, перпендикулярно делившая полосу боевых действий, – все эти обстоятельства определили сложный позиционный характер боев как борьбу за отдельные небольшие тактические пункты. В этих условиях обе стороны, проявляя упорство, вели кровопролитные и затяжные бои с большими потерями. Но и Днепропетровск был оставлен советскими войсками без ведения уличных боев.

Затем без боя 19 сентября был оставлен советскими войсками город Киев. Правда, центральная часть этого города, состоявшая из каменных зданий, предварительно была подготовлена к взрыву, который унес жизнь многих немецких солдат и офицеров, оказавшихся в это время на Крещатике.

4 октября 4-я танковая дивизия 2-й танковой группы захватила Орел, который являлся важным железнодорожным узлом и узлом шоссейных дорог. Советские войска не смогли организовать оборону этого города. Командующий 2-й танковой группой генерал Гудериан пишет: «Захват города произошел для противника настолько неожиданно, что, когда наши танки вступили в Орел, в городе еще ходили трамваи. Эвакуация промышленных предприятий, которая обычно тщательно подготавливалась русскими, не могла быть осуществлена. Начиная от фабрик и заводов до самой железнодорожной станции на улицах повсюду лежали станки и ящики с заводским оборудованием и сырьем».

Но попытки командования группы армий «Центр» с ходу овладеть Тулой в конце октября 1941 года успеха не имели. Генерал Гудериан пишет: «29 октября наши головные танковые подразделения достигли пункта, отстоявшего в 4 км от Тулы. Попытка захвата города с ходу натолкнулась на сильную противотанковую и противовоздушную оборону и окончилась провалом, причем мы понесли значительные потери в танках и офицерском составе...

59
{"b":"201138","o":1}