ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Свобода строгого режима. Записки адвоката
Радиевые девушки. Скандальное дело работниц фабрик, получивших дозу радиации от новомодной светящейся краски
Женский день
Асино лето
За век до встречи
Замуж со второй попытки
Чудовище и чудовища
Семейная кухня. 100 лучших рецептов
Исцеляйся сам. Что делать, когда все болит и ничего не помогает

Думаю, так бы оно все и было, купи меня любой из столичных господ. Но Реналь... Боги, ну почему непременно он? Почему судьба бросила меня в самое пекло сердечных страданий, соединив так противоестественно именно с тем единственным, о ком я тайно мечтал с пятнадцати лет? Почему именно с ним предстояло мне разделить постель в жалком качестве супруга по контракту, именно ему родить ребенка, а потом проститься навсегда, покинув столицу с разбитым на куски сердцем?

Зачем я оправдывался в тот первый вечер, когда он узнал меня и обвинил в мошенничестве? Не лучше ли было позволить ему думать обо мне плохо и выгнать взашей, не начав отношений? Я много думал об этом позже, оставшись один, не понимая из событий рокового вечера слишком многого, в том числе и его злость на меня, и то бешенство, с которым он требовал рассказать правду, ведь по большому счету ему должно быть совсем безразлично, честен я или лжив, ибо он выкупил в личное пользование только мое тело, но никак не душу. Он же вел себя как ревнивый собственник или... обманутый муж, только что уличивший в измене неверную половину.

Безумная ночь и утреннее лечение, его виноватый голос и нежные руки, так бережно прикасавшиеся к измученному страстью телу... все это повергло мой разум в хаос, не оставив места ни логике, ни здравому смыслу, и я уже не понимал, чего боюсь и чего желаю, - то ли немедленно убежать от него на край света, то ли поддаться безудержной тяге и насладиться сполна отпущенным нам годом, любить его безоглядно и ни о чем не думать...

Зачем он взял меня с собой в королевство Чонгун, почему не оставил в столице? Я ничего не знал о его семье и родственных взаимоотношениях, возможно, супруг или тесть были против меня, и Реналь опасался за мою безопасность? Или не хотел пропускать ни одного цикла для большей уверенности, что я выполню обязательства по контракту и быстрее принесу ему в дом желанного наследника?

Первые же дни путешествия полностью опровергли это предположение, - Реналь не подходил ко мне даже близко, поручив двум дюжим альфам из своей охраны, которые стерегли меня днем и ночью. Причина такой холодности вскоре стала понятна, - его законный супруг тоже ехал в составе делегации. Я столкнулся с ним на второе утро пути, выходя из конюшни, - некрасивым высокомерным омегой с недобрым тяжелым взглядом. Наши глаза на секунду встретились, и я внутренне содрогнулся, впервые столкнувшись лоб в лоб с жестокой правдой, которая прежде как-то не доходила до моего сознания. Если мне суждено родить Реналю наследника, я буду вынужден оставить его этому маленькому злому человечку, просверлившему меня насквозь узкими косыми глазками. Будет ли он относится по-доброму к чужому малышу?

Вот я дурак, что за бредовые мысли приходят в голову? Никакого малыша нет еще и в помине, а я уже пекусь о его будущей судьбе! Не правильнее ли поразмышлять сейчас о себе и своем собственном двусмысленном положении? Я ехал на юг, в родные места, и сердце стучало в груди часто и тревожно, ибо всегда существовала роковая возможность быть кем-то узнанным, и плюсом к тому из головы не выходили странные вопросы герцога о моем доме и семье, и не желаю ли я побыть с ними несколько дней. Он что-то знал или подозревал, а иначе почему смотрел на меня тогда с таким недоверием? Все чаще мелькала мысль бросить к чертям затею с контрактом и удрать из каравана, слишком горькой представлялась мне теперь предстоящая жизнь в поместье лан Эккелей в зависимом статусе супруга по контракту, когда я буду вынужден делить постель с любимым, зная, что все это временно, куплено и не по-настоящему, а каждый день неумолимо приближает разлуку с тем единственным, которому нельзя даже вскользь намекнуть о своих чувствах...

Стараясь отвлечься, я наблюдал за движением делегации, благо ехали мы в хвосте и все кареты и всадники были перед глазами. Как оказалось, я помнил из богатого детства гораздо больше, чем думал, вот и такой поезд, только поменьше, четко остался в памяти, когда незадолго до падения отца меня возили в поместье родителя-омеги, находившееся к северу от столицы. Тогда мы ехали с отцом Альвином в роскошной золоченой карете, и такие же важные слуги скакали сбоку по обеим сторонам, и на каждом привале меня поили чаем с любимыми черными бубликами, а мой воспитатель заботливо проверял, не сбились ли под панталонами шелковые чулочки...

"Наверно, я тоже кому-то был наречен тогда", - мелькнула нечаянно мысль, вызвав на лице грустную улыбку. Хорошо, что маска, и можно не следить за собой, да и какая теперь разница, кто из столичных богачей должен был принять меня в свою семью по достижении брачного возраста? Такие союзы редко приносят счастье и радость, не даром же знатные сыновья толпами ломятся на Аукцион в поисках крепкого крестьянского тела... Ну, вот, от чего ушли, к тому и вернулись, и думаю я опять о том же...

Спутники мои не отличались болтливостью, но кое-что незначительное мне все же удавалось от них услышать. Так я узнал, что "мой" Реналь, как глава делегации, имел полное право ехать с комфортом в головной карете, вместе со своим супругом, но он предпочел путешествовать верхом, уступив первенство старшему сыну Левого министра, отвечавшему за дипломатию и внешние связи. Я часто видел его, скачущего вдоль колонны, любуясь статью сильного тела и грацией прирожденного наездника - он успевал везде, где возникала какая-то заминка или спор, выслушивал жалобы и принимал решения, порой жестким приказным тоном заставляя недовольных утихомириться.

Под вечер седьмого дня пути слуги оживленно обсуждали предстоящую неудобную ночевку в какой-то маленькой деревушке. Один постоялый дом - для господ, а нам что останется, скорее всего крестьянские домишки или конюшни с сараями. По большому счету мне было все равно, где спать, лишь бы побыстрее вылезти из надоевшего за день седла, выполнить необходимые работы по уходу за лошадями и растянуться на первой попавшейся горизонтальной поверхности.

-Милон, все господа перед ужином идут в баню, после них мы, - обрадовал новостью один из спутников. - Сначала, как всегда, распрягаем кареты, потом поможешь накрыть столы и внести бутыли с вином, чтоб нам побыстрее освободиться и не пропустить самый лучший бархатный пар.

... осторожно поставив на стол большую бутыль с янтарным напитком, я бросил мимолетный взор на сидящих господ, и сердце тюкнуло в груди нестерпимой болью - я увидел Реналя, с влажными после парной каштановыми локонами, расслабленного и спокойного. Два верхние крючка на тунике расстегнуты, в прорезь видна гладкая грудь и сильные развитые ключицы, которые так невозможно красивы! Его супруг сидел близко, касаясь плечом, заглядывал в глаза, о чем-то с улыбкой ему говорил, аккуратно подливая вина в золоченый кубок... Сейчас они оба слегка захмелеют и лягут вместе на ложе любви, а что рядом полно народа, совсем неважно, я слышал, что господа давно не смущаются в пути такими мелочами...

Мучительная ревность, она ворвалась-таки в мое сердце и охватила железными тисками отчаянья все мое существо! Смешно и глупо, я понимал, что не имел на нее никаких прав, но она не уходила, терзала душу, рвала на части, вызывая на глазах жгучие слезы. Зачем, ну зачем мне все это, я не смогу, не выдержу, я сломаюсь... Все, решено, завтра вечером, когда до дома будет рукой подать, я убегу, я здесь лишний, чужой, я никому не нужен!

А братья? А больной отец? Наш рассыпающийся на глазах замок? Нет, мне нельзя думать только о себе, нельзя быть эгоистом, надо терпеть, я не имею права быть слабым!

...после бани мы, наконец, сели ужинать, и все, кроме меня, выпили изрядное количество янтарного вина, после чего сладко захрапели, едва успев добраться до общих постелей. Мои охранники-альфы тоже не подавали признаков жизни, что показалось мне весьма подозрительным, ибо они всегда спали вполуха. Что-то необычное затевалось этой ночью, какой-то заговор или предательство, не случайно вино оказало на путников усыпляющее действие, и я не мог уснуть, терзаемый волнением и смутной тревогой. Заметив, что двое оруженосцев, которые всегда сопровождали карету супруга Реналя, встали, я выждал несколько мгновений и последовал за ними, бесшумно крадучись по темным стенам малой залы постоялого двора - опыт детских подглядываний с галереи в отцовском замке пришелся сейчас как нельзя кстати.

32
{"b":"201180","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Реаниматолог. Записки оптимиста
Умный гардероб. Как подчеркнуть индивидуальность, наведя порядок в шкафу
Трущобы Севен-Дайлз
Ремонт
Не давайте скидок! Современные техники продаж
Узоры для вязания на спицах. Большая иллюстрированная энциклопедия ТOPP
Загадка спичечного коробка
Бизнес-ассистент. Лучшие инвестиции в свое будущее
Рыба и морепродукты. Закуски, супы, основные блюда и соусы