ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Работа со страхами. Самые надежные техники
Императорская Россия в лицах. Характеры и нравы, занимательные факты, исторические анекдоты
Коды подсознания. 100 кодовых фраз для счастья и удачи
Собрание сочинений в 2 томах. Том 2. Золотой теленок
Пенсионер. История третья. Нелюди
Практическая характерология. Методика 7 радикалов
Аркада. Эпизод второй. suMpa
Имитация страсти
Хоопонопоно. Гавайский метод улучшения реальности
A
A

Недоумевающий и обеспокоенный, Иеро покинул чужой разум. Толпа суеверных пастухов была для него плохой подмогой, однако в результате своих розысков он узнал другие, более полезные факты.

Граница джунглей, этих невероятных южных лесов, лежала в двух днях пути к северу. Он не имел представления, насколько далеко ушел на запад от Д'Алви за последние недели, но севернее пояса джунглей должно находиться Внутреннее море. Парень, чьим сознанием он воспользовался, ничего не знал о море — да и обо всем прочем, что лежало дальше линии горизонта. Очевидно, бродячие торговцы редко забредали в эти края. Но о ночных призраках знали и они; и эти слухи, возможно, пришли отсюда. Иеро насмешливо улыбнулся, погружаясь в сон.

На этот раз он спал беспокойно и пробудился, чувствуя, как затекло тедо. Ему привиделась бесконечная погоня, в которой он был то ли охотником, то ли преследуемой добычей,— дикий сон, полный кошмаров. Скорее охотником, решил священник, с наслаждением потягиваясь; наверное, вчерашнее гадание и маленькое Копье дали о себе знать. Он спустился вниз и сделал несколько упражнений, чтобы размять мышцы, а затем отправился поискать чего-нибудь на завтрак, прося Всевышнего очистить его от греха убийства, творимого ради пропитания.

К полудню он уже разглядывал поселок, обнаруженный во время телепатического сеанса прошлой ночью. Он мог видеть как минимум на три мили; саванна раскинулась перед ним, упираясь в рощу высоких деревьев, предвестников великих джунглей. Затем теплый туман затянул даль, но он уже успел рассмотреть деревушку, до которой было не больше полумили.

Ее окружала изгородь — высокая, мощная; толстые бревна были вкопаны в землю, их концы заострены. Даже для крупных зверей с мощными бивнями или рогами эта стена была серьезным препятствием. Внутри, перед круглыми хижинами, пылали многочисленные очаги, посылая к небесам клубы дыма. У стены, за жилищами, виднелись загоны для кау, и несколько маленьких стад бродило неподалеку в степи; Иеро мог различить рядом крохотные фигурки пастухов. Посередине деревни желтела притоптанной травой площадка, на которой росло огромное дерево. За дальним концом поселка по равнине лениво извивалась речка — видимо, она снабжала жителей водой круглый год, кроме периодов катастрофических засух, довольно редких в этих влажных землях. Последнее такое бедствие случилось в Д'Алви сотню лет назад.

Картина была настолько мирной, что священник, как и любой благоразумный человек на его месте, не хотел внести в нее тревогу. Однако он нуждался в информации, и местный жрец, о котором ему стало известно прошлой ночью, мог дать весьма ценные сведения. Иеро произвел ментальный поиск и с разочарованием выяснил, что нужный ему служитель богов отправился по делам в другую, весьма отдаленную деревню.

Он подождал немного и наконец решил рискнуть. Вокруг поселения, между пастбищ кау, он разглядел отлично ухоженные поля, а ноздри его давно щекотал соблазнительный запах печеного. Уже долгое время он не пробовал хлеба и к тому же начал испытывать нужду в соли. Этих простых людей, с их неизбывным ужасом перед мраком, вряд ли мог напугать одинокий странник, появившийся при свете дня. Они с полной определенностью могли убедиться, что к ним приближается не призрак!

К счастью, предположения Иеро оправдались. Еще до того, как он приблизился к деревне, в воротах, врезанных в бревенчатую стену, начал скапливаться народ. Находясь теперь на более близком расстоянии, путник заметил небольшую платформу в ветвях дерева, что росло на площади, и понял, что степные жители не так беспечны и беззащитны, как он предполагал. Их часовой заметил чужака, и теперь большая группа мужчин, покинув селение, направлялась ему навстречу.

Когда они подошли ближе, Иеро положил копье у своих ног и поднял вверх пустые руки. Старейший из мужчин повторил этот миролюбивый жест. Одновременно священник заглянул в мысли встречающих, желая оценить искренность их гостеприимства. Он обнаружил удивление и любопытство, но никаких следов злого умысла или страха. Как он и предполагал, эти люди не боялись одинокого странника.

Степняки были невысокими и коренастыми; тела их, не отличавшиеся особым изяществом, казались крепко сколоченными; все они выглядели здоровыми и бодрыми. Их бедра обтягивали простые кожаные килты, сандалии и наплечные ремни довершали наряд. Вооружение состояло из ножей и шестифутовых копий, рассчитанных скорее на борьбу со зверями, чем с людьми; ни мечей, ни щитов Иеро не заметил. Наконечники их пик были высечены из кремня, но зоркий глаз путника уловил, что на двух или трех посверкивает металл. Встречающие опустили свое оружие и с любопытством уставились на пришельца, явно ожидая, что он сделает.

Иеро выбрал старшего из мужчин, густобородого, с властным лицом, и обратился к нему на батви — языке торговцев, распространенном на сотни миль от великих хвойных лесов севера до южных болот. Человек что-то пробормотал в ответ на своем наречии. Иеро, однако, заметил удивление в его глазах и, коснувшись сознания старейшины, понял, что тот уже встречался с батви раньше. Прислушиваясь к его речи, священник выделил несколько полузнакомых слов. Год назад, на палубе «Морской девы», с ее экипажем, набранным со всех концов обитаемого мира, он слышал похожий язык. Потом, за время путешествия по лесным дебрям, ему довелось узнать этот диалект несколько лучше. Теперь он попытался заговорить, напрягая память, подыскивая слова или улавливая их смысл в соответствии с думами окружавших людей. Прошло несколько минут, и его уже начали понимать.

Эти люди оказались чрезвычайно дружелюбными и горели желанием предоставить путнику все сведения, которыми обладали. Но их гостеприимство не ограничивалось словами. У них был хлеб — настоящий хлеб! — и странник мог взять с собой столько, сколько сумеет унести. Однако он должен торопиться! Полдень уже прошел, и времени осталось не так много.

— Почему же? — с недоумением спросил Иеро.— До заката далеко. К тому же я хотел бы отдохнуть и провести ночь в вашей деревне. Я не доставлю больших хлопот.

Старейшина, чье имя звучало как Грилпарзер — с долгим раскатистым «р» в середине слова,— пришел в замешательство; затем лицо его стало печальным и, наконец, задумчивым.

— Этого-то я и боялся,— произнес он,— Ты похож на других, на тех, что приходили, когда я был ребенком. Приходили издалека и хотели заночевать в деревне…— Он тяжело вздохнул,— Ты не можешь остаться у нас. Я очень сожалею, но это не дозволяется. Только те, кто рожден здесь, могут искать приют и защиту внутри стен. Я пошлю мальчишек, чтобы они принесли тебе хлеба, а затем, Иеро, ты должен уйти. И, во имя твоей жизни, я надеюсь, что ты — хороший бегун.

Несколько мужчин, стоявших неподалеку, склонили головы в молчаливом согласии.

— Но почему?! — воскликнул священник.— Почему я не могу остаться в селении? Разве я представляю опасность? Поверьте, я не ем младенцев и не пью кровь из кау! — Ему хотелось добавить, что он также моется гораздо чаще, чем большинство новых знакомцев, но осложнять обстановку было ни к чему.

— Нет, нет,— ответил Грилпарзер.— Конечно, ты не можешь навредить нам, мы в этом уверены, но ты должен уйти. Таков закон! И если тебя найдут в степи, когда стемнеет…

Он вздрогнул, и Иеро ощутил панический страх, затопивший сознание собеседника.

— Я умею взбираться на деревья,— сказал он и вытянул копье в сторону мирно щипавших траву быков.— Ни один зверь из тех, что охотятся на ваши стада, не сумеет до меня добраться. Если ваш обычай запрещает страннику входить в деревню, могу ли я заночевать на дереве, на опушке одной из этих рощ? Тогда утром я приду к воротам, чтобы поговорить с вашим жрецом.

Мужчины, стоявшие вблизи, отпрянули при этих словах; видимо, они старались избегать подобных тем. Но Грилпарзер, похоже, был скроен из более крепкого материала. Он выглядел совершено несчастным, но собирался до конца выполнить долг гостеприимства перед этим странником, чьи речи были столь гладкими и благожелательными. Коснувшись ладонью плеча Иеро, он сказал:

116
{"b":"201191","o":1}