ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За два утренних часа они добрались до небольшой бухты, глубоко врезавшейся в берег. Когда отряд выбрался из лесных зарослей на покрытый песком пляж, старый эливенер поднес ко рту сложенные рупором ладони и испустил протяжный крик. Люди вздрогнули от неожиданности, уши Клоца встали торчком, Горм, обнюхивавший край тропинки, тоже удивленно задрал голову.

К изумлению Иеро и Лучар, низкий подлесок на противоположной стороне бухты пришел в движение. Из неглубокой выемки в берегу выскользнуло небольшое двухмачтовое судно. Большие сети с привязанными к ним ветвями спускались на его палубу с верхушек мачт и полностью маскировали корабль.

Длина выкрашенного в коричневый цвет парусника составляла около сотни футов, его корма и нос были высоко приподняты. Между мачтами торчала невысокая надстройка, вокруг которой громоздились какие-то тюки и узлы — вероятно, с товарами; бугшприт был украшен резной фигуркой обнаженной девушки.

На палубе судна показались люди. Проворно пробираясь между кипами груза, они спустили на воду маленькую шлюпку. Несколько моряков сели в нее и поплыли через бухту быстрыми ударами весел.

Путники спешились, когда гребцы, ловко развернув суденышко, причалили его кормой к берегу. Это позволило сидевшему на кормовой банке осанистому мужчине шагнуть сразу на сухую землю, что он и сделал с немалой важностью. Лучар уставилась на него во все глаза, хихикнула и крепко зажала рот ладонью.

— Это капитан Гимп,— с серьезным видом произнес брат Альдо,— Он терпеливо ждал нас здесь и готов доставить куда угодно. Во Внутреннем море нет более опытного и знаменитого капитана,— добавил старик, строго взглянув на Лучар.— Он не раз оказывал услуги нашему братству. Капитан, позвольте представить вам моих друзей и ваших новых пассажиров.

Капитан Гимп с достоинством наклонил голову. У него было очень короткое и очень широкое туловище, похожее на корыто для стирки белья, водруженное на пару неказистых, но основательных подпорок. Истинный цвет его кожи, обветренной и задубевшей под морским бризом и солнцем, не представлялось возможным установить.

Его макушка была лысой, или, точнее, выбритой; длинная косичка из пепельных, с проседью волос спускалась на спину. Могучие челюсти капитана непрерывно двигались, перетирая жвачку. Он носил грязную засаленную юбку-килт из оленьей замши, башмаки из невыделанной шкуры и видавшую виды зеленую шерстяную куртку. Капитан немного прихрамывал, но передвигался с изрядным проворством. Сейчас, стоя перед путешественниками, он скрестил на внушительной груди могучие руки с длинными сильными пальцами и разглядывал их своими черными, весело искрившимися глазами. Судя по всему, этот морской волк ценил юмор.

— Рад приветствовать вас,— произнес он гулким басом на батви.— Слово брата Альдо для меня лучшая рекомендация. Отпустите на волю ваших зверюшек, и поспешим на борт. Ветер благоприятствует плаванию в южные воды, но он может перемениться.— С этими словами бравый мореход выплюнул жвачку. Плевок был рекордным по дальности и направлен в сторону Горма.

Медведь, который сидел на задних лапах, принюхиваясь к теплому утреннему бризу, рванулся вперед подобно молнии. Широкая лапа сгребла на лету комок жвачки, затем Горм встал на задние лапы и направился прямиком к остолбеневшему капитану. Добравшись до него, медведь пристально уставился в побледневшее лицо морехода, презрительно фыркнул и вытер лапу о грязную зеленую куртку, украсив ее очередным пятном. Совершив этот подвиг, Горм снова уселся на песок, моргая маленькими глазками и насмешливо поглядывая на капитана Гимпа.

Моряк наконец вышел из транса; его лицо приобрело кирпичный цвет, глаза изумленно расширились. Перекрестившись, он повернулся к Иеро.

— Разрази меня гром! — пробасил капитан Гимп.— Клянусь мачтой и парусом, я никогда не видывал этаких штуковин! Кажется, эта зверюга поняла мои слова! Кто он такой? Заколдованный принц? — Капитан оглядел смеющиеся лица путников,— Я покупаю его! Назовите вашу цену! Я — честный торговец и готов справедливо заплатить за такое чудо. Спросите брата Альдо, если не верите мне!

Понадобилось некоторое время, чтобы довести до сознания коротыш к и-моряка, что Горм не продается и что его разум не уступает человеческому. Капитан все еще что-то бурчал себе под нос, когда брат Альдо заметил, что надо бы подвести корабль к пляжу и перебросить на берег широкую доску, дабы Клоц мог забраться на борт. Но это было уже слишком для бравого моряка.

— Послушай меня, брат,— заявил он старому эливе-неру,— мне случалось перевозить скотину, когда я плавал на своей старой посудине. Каботажные рейсы, понимаешь, день туда, день обратно, на большее моя лоханка не годилась. Но судно теперь у меня новое, и я совсем не желаю, чтоб этот бычина его загадил. Подумай, что скажут люди? Моя «Морская дева», моя красавица, лучший торговый парусник, стала грязной баржой! Нет, об этом мы не рядились, братец! Говорящие медведи, полуголые девчонки и парень с севера со змеями и листьями на лбу — еще куда ни шло! Но рогатый скот величиною с гору…

Тут брат Альдо прервал капитана, напомнив о кое-ка-ких веских и звонких аргументах. В результате к полудню все путешественники уже находились на борту, а капитан развил бурную деятельность, и в течение часа за палубной надстройкой соорудили надежный бревенчатый загон для Клоца.

Команда, как заметил Иеро, по этническому составу была очень разнообразной. Здесь попадались темнокожие парни с курчавыми волосами, соплеменники Лучар и брата

Альдо, были смуглые, похожие на него самого, хотя и не и знавшие метсианского, а еще он увидел двух полунагих мужчин с белой кожей и рыжими волосами, глаза которых светились, как голубоватый лед на северных озерах. Он читал про таких людей в древних хрониках, но не думал, что их раса выжила после Смерти.

— Они пришли с острова на далеком севере, который, как я полагаю, назывался в прошлые времена Гренландией,— пояснил брат Альдо, следивший за его взглядом.— Очевидно, были изгнаны, поэтому оказались так далеко от дома.

— Неужели эливенеры смогли добраться до этих далеких краев? — спросил Иеро. Он крепко стиснул поручни, так как «Морская дева» вышла из бухты в открытое море и рванулась вперед, подгоняемая сильным ветром.

— Мы лишь пытаемся проникнуть туда.— Брат Альдо подставил лицо свежему морскому бризу и сощурил глаза.— Обычно мы стремимся иметь своих людей во всех известных нам землях. Один из помощников шамана в селении белых дикарей, что собирались скормить Лучар птицам, является эливенером. Вот откуда я получил сведения о твоем маршруте, мой мальчик.— Он грустно улыбнулся Иеро.— Да, наш брат был вынужден смотреть, как убивают твою девушку. Он не имел выбора, хотя и являлся по рангу старшим после шамана лицом в селении. Через него мы оказываем влияние на все племя, а такая возможность появляется редко. Враги тоже работают с примитивными народами, и нужно что-то противопоставить им. Прости нас, но в такой ситуации жизнью одного человека приходится жертвовать.

— Иными словами,— сказал Иеро резко,— вы помогаете мне, если можете извлечь из этого выгоду для себя. Сейчас, когда я и мои спутники в полной власти вашего братства, такая мысль не кажется мне привлекательной.

— Мне очень жаль, если у тебя сложилось подобное мнение,— отвечал Альдо.— Я пытаюсь быть откровенным с тобой, пер Иеро. Я сказал, что буду твоим союзником, и сдержу свое слово. Что касается нашего брата, живущего у дикарей, то он принял решение, преследующее очень долговременную цель. Разве ты не понимаешь этого?

— Может быть, он прав,— сказал священник холодно.— Я не слишком силен в казуистике. Простите, брат, но теперь я хотел бы отдохнуть.— С этими словами Иеро направился к палубной надстройке, в которой уже сладко дремала Лучар. Рядом с ее койкой на полу свернулся Горм, и от его сопения подрагивали стенки небольшой каюты.

Следующие несколько дней стояла прекрасная погода. Пассажиры «Морской девы» привыкли к легкому покачиванию корабля и наслаждались путешествием. Медведь освоился довольно быстро, но Клоц первое время вел себя беспокойно. Иеро проводил много времени рядом со своим скакуном, утешая и успокаивая его. Оказалось, что брат Альдо тоже умеет отлично утешать, и Иеро с невольной ревностью почувствовал, что лорс питает к старому эли-венеру доверие и нежность.

54
{"b":"201191","o":1}