ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Человек наверху попытался выдавить слова молитвы, но лишь хрипло прошептал пару фраз и в беспамятстве повалился на холодный камень. Это был даже не сон, а ответная реакция организма на полное моральное и физическое истощение; забытье, похожее на транс, в который не раз впадал Иеро, занимаясь ясновидением: он чувствовал сейчас, что не спит, но тем не менее был неспособен к сознательным усилиям. И только спустя несколько минут он наконец забылся настоящим сном без сновидений.

Пробуждение было внезапным, как будто что-то вытолкнуло его из глубины сна на поверхность. Все тело священника горело, язык казался сухой щепкой во рту, а спекшиеся губы никак не удавалось разлепить.

Взглянув вверх, на неистово пылающее в небесах светило, он вдруг осознал, что провалялся здесь, должно быть, много часов — когда каменный обломок сразил оленя Смерти, едва минула середина ночи, а сейчас, судя по солнцу, уже полдень. Превозмогая слабость, Иеро принялся массировать затекшие мышцы, одновременно загрузив работой и голову, хотя для того, чтобы думать, требовались почти физические усилия.

Вода! Вода и какое-нибудь укрытие от солнца! Без первого и без второго он недолго протянет в этой негостеприимной местности. И начинать поиски нужно немедленно, пока энергия еще теплится в мышцах.

Отвратительное зловоние вынудило его заглянуть вниз, где у подножия утеса валялся полуобглоданный скелет его ночного гостя; внутренности и еще остававшееся на костях мясо продолжали исчезать с удивительной быстротой. Присмотревшись, Иеро заметил целую орду каких-то проворных зверьков, суетившихся у огромного тела твари. Напрягая глаза, он смог различить их заостренные головки с блестящими глазками-бусинками и короткие тоненькие лапки. Зверюшки, как ему показалось, представляли собой какую-то дикую помесь крысы и ящерицы, совершенно чуждую, как и погибший монстр, нормальной жизни, но отлично приспособленную к существованию в этих бесплодных землях.

Оглядевшись, Иеро внезапно наткнулся взглядом на второй каменный обломок, который так и остался неиспользованным. По форме этот похожий на кусок сталактита камень напоминал лезвие, и священник решил прихватить его с собой — на тот случай, если существа внизу окажутся не просто стаей пожирателей падали. Правда, спускаться вниз ему пришлось бы все равно — ведь воды на этом голом утесе нет, да и от палящих солнечных лучей здесь тоже никак не укрыться.

Он заткнул свой каменный нож за пояс, еще поддерживавший его драные кожаные штаны, и принялся осторожно спускаться с утеса, то и дело бросая взгляд на копошащихся внизу зверьков.

Когда священник одолел путь наполовину, они наконец его заметили. Их подвижные тельца на коротеньких лапках моментально окаменели, и только остроконечные мордочки с красноватыми горящими глазами медленно поворачивались, наблюдая за приближением человека. Хоть по своим размерам зверьки были не больше домашних кошек, их набралось тут в достаточном количестве, чтобы стая представляла угрозу для изможденного и почти безоружного человека. Иеро остановился на мгновение, прикидывая, могут ли эти малюсенькие клыки и когти оказаться ядовитыми. Если да, то такая деталь еще точнее будет отвечать картине жизни в этом чертовом пекле! Впрочем, разницы для него никакой — так или иначе, он должен слезть с утеса. И священник, вздохнув, продолжил спуск, держа одну руку на каменном обломке.

Стоило ногам коснуться земли, как он почувствовал волну злобы, что пронеслась через его разум. Секундой позже стая зверьков исчезла; брызнувшей во все стороны зеленоватой вспышкой они растворились в окружающем ландшафте. Иеро, облегченно выдохнув, прислонился к каменной стене. По всей видимости, эти существа сочли его столь же инородным, сколь он сам считал их чужими; и они не отважились напасть, ибо не были уверены в собственных силах.

Задыхаясь от невыносимого зловония, которым тянуло от растерзанного «оленьего» трупа, он торопливо заковылял вдоль скалы. За поворотом воздух стал чище, но зато кончилась спасительная тень, и Иеро почувствовал себя так, словно его поджаривали на сковородке. Эта жара могла убить его с той же легкостью, что и клыки проголодавшегося хищника,— так что, возможно, эти крысы-ящерицы еще успеют полакомиться его плотью. Он упрямо зашагал вперед, но через час выбился из сил, успев, однако, выйти из приютившего его на ночь ущелья. Теперь перед ним простиралось низкое плато с довольно крутым обрывом с северной стороны. Зато в южном направлении тянулась бесконечная цепь невысоких, обглоданных ветром каменных пиков, резкие тени между которыми выдавали присутствие многочисленных оврагов и расщелин, подобных той, из которой он только что выбрался. В ослепительно голубых небесах по-прежнему яростно пылало солнце, роняя свои обжигающие лучи на эту проклятую Богом землю.

Священник повернулся лицом на юго-запад, к череде древних, почти сравнявшихся с почвой холмов, пролегающей примерно в миле от него. Напрягая зрение, он заметил где-то далеко тоненькую темную полоску, выделявшуюся на фоне общего сероватого цвета пустыни. Неужели там великий южный лес? Иеро тяжело вздохнул. Не все ли равно… Через пару часов он будет совершенно беспомощен, если не сумеет отыскать воду и убежище.

Он принялся внимательно обозревать ближайшие окрестности, и через несколько минут слабая надежда вновь затеплилась в его сердце. Справа от себя он заметил низкий каменистый гребень, над волнистым краем которого, при полном отсутствии ветра, едва заметно клубился туман. Значит — если уставшие глаза не сыграли с ним злую шутку — там может быть влага!

По-прежнему хромающей походкой, он затрусил в выбранном направлении. Надеяться, пожалуй, не на что, размышлял Иеро на ходу; вполне вероятно, там какая-то грязная лужа, но нет никаких гарантий, что в ней настоящая вода и что он не отравится, сделав пару глотков. Там вполне мог оказаться сернистый гейзер, кипящий соляной раствор или озерцо расплавленного металла, ядовитые испарения которого вмиг отправят его на тот свет. О существовании подобных вещей он узнал не из древних хроник Д'Алви, а еще в бытность свою учеником в школе аббатств.

Вскоре он добрался до самого гребня, над которым наблюдалось это, столь непривычное для пустыни, атмосферное явление. Склоны холмов были пологими и вполне годились для быстрой ходьбы, но тем не менее Иеро продолжал идти с чрезвычайной осторожностью. Он чувствовал себя настолько слабым, что удивлялся, каким образом его кости еще не рассыпались в прах и до сих пор ухитряются выдерживать вес непослушного тела. Лишь невероятное усилие воли не позволяло ему свалиться в темную пропасть подступающего безумия.

Медленно он взгромоздился на макушку гребня и замер, осматриваясь. Холодок радостного возбуждения пробежал по его обожженной солнцем спине, но он не двинулся с места, продолжая наблюдать.

Внизу оказалась небольшая яма или кратер, чьи стены когда-то очень давно были крутыми и гладкими, но за долгое время глубокие разломы и трещины избороздили ее отвесные склоны, а верхние зубцы просели и осыпались, оставив после себя груды камней. Дно этой впадины, присыпанное вездесущим песком, кое-где было довольно ровным; в иных местах, наоборот, топорщилось вставшими на дыбы кусками горной породы. На склонах, то здесь, то там, виднелись расположенные в беспорядке темные отверстия — входы в пещеры и неглубокие скальные ниши; под ними — обточенные ветром скальные карнизы. Но, самое главное, здесь была жизнь!

В самом низу, на ровном участке почвы, торчали плотные заросли каких-то кустов. Иеро не встречал ничего подобного раньше и лишь примерно смог разделить представителей здешней флоры на несколько видов. Одни показались ему похожими на неимоверно раздувшиеся пивные бочонки красновато-коричневого цвета с длинными узкими листьями, которые, начинаясь на самой верхушке, свисали потом до земли и безжизненно волочились по ней; другие напоминали огромные морские звезды, взгромоздившиеся на мясистые толстые стебли. Куст таких растений можно было сравнить разве что с обезумевшей стаей ободранных зонтиков, зачем-то зарывшихся ручками в землю. Кроме того, во многих местах из земли торчали пучки изжелта-зеленой высокой травы с заостренными кончиками. Однако, за исключением растений, дно ямы показалось ему совершенно безжизненным. К тому же нигде пока не наблюдалось признаков какого-либо водоема.

93
{"b":"201191","o":1}