ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Джексом был даже слегка разочарован, когда Рут' заявил, что совершенно ясно видит место, куда они хотят попасть. «У Менолли получаются очень четкие образы», — одобрительно заметил он. Теперь Джексому ничего не оставалось, как только попросить дракона перенестись в далекую южную бухту.

— Совсем по-другому дышится! — таким было его первое впечатление. Воздух здесь казался мягче, чище, суше. Рут' скользил над водой, спускаясь к небольшому заливчику, и Джексом ощущал его радость: дракон предвкушал морское купание. На солнце сверкала путеводная горная вершина — далекая, суровая, странно симметричная.

— Я уже начала забывать, как здесь красиво, — со вздохом шепнула ему на ухо Менолли.

Вода казалась такой прозрачной, что можно было отчетливо разглядеть песчаное дно бухты, хотя Джексом не сомневался, что здесь достаточно глубоко. В искрящейся синеве призраками скользили желтохвостки; иногда вспыхивали молниеносным зигзагом морские звезды. Прямо перед путешественниками открылся правильный полукруг белоснежного песчаного пляжа, за ним шла тенистая полоса растительности; деревья пестрели красными и желтыми плодами. Пока Рут' спускался, Джексом успел разглядеть, что густой лес тянется до невысокой холмистой гряды, над которой царит величавая горная вершина. По обеим сторонам бухты виднелись похожие заливчики — может быть, не такой правильной формы, но не менее мирные и уединенные.

Погасив скорость, Рут' приземлился на песке и поторопил своих всадников — ему не терпелось искупаться.

— Ну, давай! — сказал Джексом, нежно потрепав дракона по шее, и заулыбался: Рут' неуклюже заковылял по мелководью, устремившись на глубину.

— Песок здесь такой же горячий, как на площадке Рождений, — заметила Менолли и, подпрыгивая, бросилась к тенистым деревьям.

— Нет, там все-таки погорячее, — рассмеялся Джексом, последовав за ней.

— Значит, у меня ноги такие чувствительные, — растянувшись на песке в тени, ответила девушка. Окинув взглядом окрестности, она сделала недовольное лицо.

— Что, никаких следов? — осведомился Джексом.

— Ты имеешь в виду Д'рама?

— Нет, огненных ящериц.

Менолли развернула пакет со съестными припасами.

— Скорее всего они еще спят после утренней кормежки. Джексом, раз уж ты все равно на ногах, взгляни, нет ли на деревьях спелых фруктов. Не хочется есть пирожки всухомятку.

Спелых фруктов оказалось столько, что хватило бы на целый холд. Джексом собрал, сколько мог унести, и вернулся к ожидавшей его девушке. Он знал, что Менолли обожает плоды лунного дерева. Рут' резвился в воде; он то нырял, то выскакивал на поверхность, то снова уходил в глубину, поднимая фонтаны брызг и высоченные волны. Вокруг носилась четверка файров, подбадривая его криками и свистом.

— Прилив достиг верхней отметки, — заметила Менолли, вгрызаясь в сочный ломоть серповидного плода лунного дерева. Постанывая от наслаждения, она пробормотала с набитым ртом: — Просто божественно! И почему все южные плоды такие вкусные?

— Наверное, потому, что запретный плод всегда сладок. А что, прилив как-то влияет на появление файров?

— Вряд ли. Рут' — вот что должно на них повлиять.

— Значит, придется ждать, пока они заметят Рут'а?

— Это самый простой выход.

— А ты уверена, что в этой части Южного водятся файры?

— Разве я тебе не говорила? — Менолли изобразила притворное раскаяние. — Мы наблюдали брачный полет королевы — из-за нее я чуть было не потеряла Нырка и Крепыша. Красотка была в ярости!

— Нет ли еще чего-нибудь важного, что ты забыла мне поведать?

Арфистка рассмеялась:

— Придется подождать, пока свежие впечатления не всколыхнут мою память. Не волнуйся — все узнаешь в свое время.

Джексом понял, что с ней можно препираться до бесконечности, и, усмехнувшись, занялся фруктами. Было так жарко, что он скинул шлем и тяжелую куртку. Рут' продолжал лениво бултыхаться в воде в сопровождении неутомимых ящериц. Их совместные проделки немало позабавили снисходительных зрителей.

Припекало все сильнее. Солнце, отражаясь от белого песка, раскалило воздух даже в тени. Джексом больше не мог спокойно смотреть на хрустальную воду и весело резвящихся дракончиков. Он стащил сапоги, скинул штаны и рубаху и устремился к берегу. Не успел он отплыть на длину дракона, как Менолли уже плескалась рядом с ним.

— Для начала не стоит особо жариться на солнце, — сказала она. — В прошлый раз я ужасно обгорела, — девушка поморщилась от неприятных воспоминаний. — Кожа с меня слезала, как с пещерной змеи!

Рядом, выпустив струю воды, вынырнул Рут'. Сначала он едва не утопил их ударами крыльев, а потом снисходительно предложил уцепиться за хвост, что они и сделали, кашляя и отплевываясь от соленой влаги.

«Пожалуй, Менолли стройнее, чем Корана, — подумал Джексом, когда они после купания с Рут'ом в полном изнеможении выбрались на берег. — Ноги у нее подлиннее, и бедра не такие округлые. Грудь, правда, плосковата, но зато Менолли двигается с такой грацией, что просто глаз не оторвать!» Когда он снова оглянулся, арфистка уже натянула штаны и безрукавку, оставлявшую открытыми ее изящные руки, и стала сушить волосы, расчесывая их на солнце. Джексому больше нравились девушки с длинными волосами. Но Менолли приходится столько летать, что вполне понятно, почему она предпочитает короткую стрижку: меньше возни со шлемом.

Они поделили желтый плод пополам и съели его — раньше Джексом не пробовал ничего подобного. Его нежная сладость казалась еще приятнее от солоноватого привкуса морской воды, оставшегося во рту после купания.

Из моря, подняв тучу брызг, появился Рут' и окатил их с ног до головы.

«Здесь жаркое солнце, — оправдывался он в ответ на упреки. — Ваша одежда быстро высохнет. В Керуне всегда так было».

Джексом покосился на Менолли, но девушка, по-видимому, не обратила внимания на скрытый в его словах смысл; она перешла на другое место, недовольно отряхивая одежду и обнаженные руки.

— Дело не в том, что ты нас обрызгал, — сказал Джексом, вытирая лицо, — просто неприятно лежать на мокром.

Рут' нагреб вокруг себя целую кучу теплого песка, и ящерки, устало чирикая, стали устраиваться у него под боком.

«Надо бы предупредить, чтобы хоть один из них не спал, — подумал Джексом. — Пусть проследят, подействуют ли чары Рут'а на здешних файров». Но еда, купание и свежий воздух сделали свое дело — он сам провалился в сон.

Разбудил его тихий голос Рут'а: «Не шевелись. У нас гости».

Джексом лежал на боку, подложив под голову левую руку. Медленно приподняв веки, он отыскал взглядом белую шкуру Рут'а, всю в узорах тени. И насчитал рядом трех бронзовых файров, четырех зеленых, двух золотых и синего! Ни у одного на шее не было ни ленточек, ни разноцветных узоров. Пока он наблюдал за ними, рядом с золотой королевой приземлился еще один бронзовый. Они потерлись носами и, склонив головки, уставились на Рут'а, чья голова покоилась на песке совсем рядом с ними. Один глаз у дракона был слегка приоткрыт.

Красотка, которая спала по другую сторону от Рут'а, мелкими шажками осторожно поднялась по плечу дракона и, спустившись с другого плеча, обменялась приветствиями с новыми знакомыми.

— Спроси, не видали ли они бронзового дракона, — мысленно подсказал Рут'у Джексом.

«Уже спросил. Они думают. Они меня любят. Никогда еще не видели ничего подобного».

— И не увидят! — Джексома позабавило прозвучавшее в голосе дракона самодовольство. До чего же Рут' любит всем нравиться!

«Давным-давно был один дракон, бронзовый. И с ним человек, который все ходил по берегу взад-вперед. Они с этим бронзовым не общались. Он пробыл тут совсем недолго», — добавил Рут' почти про себя.

«Что бы это могло значить? — размышлял Джексом. — Либо прилетели бенденцы и забрали Д'рама с собой, либо он, а вслед за ним и Тирот' ушли из жизни».

— Спроси, что еще они помнят про того человека, — велел Рут'у юноша. — Может, они видели рядом с Д'рамом Ф'лара?

198
{"b":"201194","o":1}