ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дело принимало серьезный оборот. Я позвонил.

Прислуга с швабским акцентом провела меня в библиотеку. Гёте, Шиллер, Клопшток, Мёрике. Хороший немецкий тон соблюден. Генрих Гейне отсутствовал, Густав Фрейтаг, Феликс Дан[246]. Тепло! Еще теплей! Книга по расовому вопросу для дураков и негодяев Хьюстона Стюарта Чемберлена[247] «Основы XIX столетия». Горячо! На полке сбоку, не очень на виду, мой земляк Кольбенхайер[248], Ганс Гримм[249] «Народ без пространства». Совсем горячо! Мёлер ван ден Брук[250] «Третий рейх», Альфред Розенберг «Миф XX столетия». (Книги «Майн кампф» нигде не было видно, наверно, она в ночном столике массажистки.) На подставке для нот бехштейновского рояля — пухлый клавираусцуг из партитуры «Кольца»[251], раскрытый на «Полете валькирий». На стенах, обшитых деревянными панелями, портрета фюрера не было (как-никак специалистка по массажу — швейцарская гражданка), зато там висели «Немцы в немецком лесу» (мазня Цепера), несколько отпечатанных Ханфштенглем[252] гравюр Шпицвега[253] (любимый художник фюрера), гипсовые маски, снятые с мертвых Вагнера и Ницше, которые уставились друг на друга незрячими глазами (как известно, при жизни они были сперва друзья, а потом заклятые враги). Весь антураж казался столь красноречивым, что мне просто не верилось!

А вот и главное действующее лицо: Туснельда. Ниспадающее до щиколоток одеяние из белой дерюги, по которой зелеными и коричневыми нитками вышиты древнегерманские (?) руны, на шее — цепь с бронзовой тисненой блямбой величиной с тарелку наподобие нагрудного щита амазонки, на ногах — сандалии. Лицо как на рекламе крема для загара — дочерна загорелая, блестящая, словно покрытая лаком кожа, куда темнее, чем соломенно-желтые волосы, заплетенные в косы и уложенные на ушах кренделями; идеально ровный пробор посередине. Ей лет тридцать пять, тип чадолюбивой невесты эсэсовца марки «Источник всего живого».

Она:

— Тусси Хуппенкотен.

Я:

— Очень приятно. Адельхарт фон Штепаншиц.

— Очень приятно. Чем могу служить?

Впечатление такое, что Туснельда ждет вопроса: делает ли она массаж и мужчинам тоже? Изучает меня; кажется, оценила положительно мой монокль с темной насадкой от солнца (покинув виллу «Муонджа», я его опять вставил) и вообще весь мой вид.

— Извините. — Секунду я думал, не назвать ли мне ее «соотечественница», как водится у нацистов, но потом сказал: — Милостивая сударыня, я бы хотел поговорить с господином Мостни или с господином Крайнером…

А вдруг она скажет: сейчас, минутку… Как мне тогда поступить? В этом случае придется поскорее ретироваться; пансион Туснельды — неподходящее поле сражения.

— Они ушли гулять.

— Ах так. Жаль. — Вот, стало быть, где они поселились. Наконец-то оказалось, что казус с тутанхамонами — это повод к объявлению войны. — Не знаете ли вы случайно куда?

— Это ваши друзья, господин фон Штепан?..

— …шиц. Нет, но меня направили к ним общие знакомые.

— Вот оно что. Господа Мостни и Крайнер с-совершили вчера восхождение к глетчеру. И потому избегают с-сегодня перегрузок.

Она говорила с ганноверским акцентом.

— Может быть, я застану их в кафе Ханзельмана?

— Наверняка нет. Они хотели погулять. Да, вс-спом-нила… — «Тусси, бывш. немецкий военный санаторий» прищелкнула своими мускулистыми пальцами: — Гос-сподин Крайнер с-сказал, что они немножко прогуляются по лес-су на берегу у подножия Розача.

— В окрестностях Мепчаса?

— Да, так называются эти мес-ста. Гос-сподин Мос-стни отправился вперед, гос-сподин Крайнер ждет междугородного разговора, его предварительный вызов…

Пускаю пробный шар.

— Разговор с Веной?

— Правильно. Вы ведь интерес-суетесь ими из-за этого дела? Так и познакомились?

— Шапочное знакомство. — Пускаю второй пробный шар. — Разговор по предварительному вызову с Лаймгрубером?

Тусси пристально смотрит на меня; ее глаза-незабудки поразительно светлы на бронзовом от загара лице. Видимо, мой монокль снова настроил ее «за».

— Нас-столько я не в курсе. Когда гос-сподин Крайнер закончил разговор и я с-сказала ему, что брат пошел вперед, он заволновался.

— Брат?

— Нуда. Разве вы не знаете, что гос-сподин Георг Мостни — с-сводный брат гос-сподина Крайнера?

— Сводный брат, дадада, конечноконечно.

— Ну вот видите. Значит, вы знаете, что гос-сподин Крайнер не очень доволен, когда гос-сподин Мостни выходит из дома один.

Ход моих мыслей примерно таков: воистину эта карательная команда о двух головах должна быть неразлучна, пока не выполнит приказа. Я бормочу опять: конечноконечно.

— С-сами понимаете, гос-сподин Крайнер здорово заторопился, чтобы догнать гос-сподина Мостни.

— Да.

— Что желаете передать?

— Большое спасибо. Ничего не надо. Наверно, я все же встречу их попозже у Ханзельмана. Когда они, собственно, уезжают?

— С-скорей всего, в среду.

— Послезавтра… И опять в Вену?

Вопрос не понравился. Незабудки вновь застыли, покрылись льдом.

— На этот вопрос-с я не могу ответить.

— Прекрасно. Вы делаете массаж и мужчинам тоже…

Я опять направился к курорту. Форсированным маршем. «Вальтер» еле заметно, но ритмично ударялся о мою ягодицу. Фиц, как и прежде, стоял на посту между манежем и роковыми сходнями. У меня уже был готов сорваться с языка вопрос. Но Фиц не дал мне слова вымолвить. Он поносил все на свете. Будто я и не уходил вовсе. Доктор де Колана уж точно был completely stinko[254], то есть вдрызг пьяный, иначе он не полетел бы в Кампферское озеро. Труп де Коланы закопали, но the corpse of this poor chap[255], да, Цуана так и не смогут положить в землю. Цуан уж точно был вдрызг, иначе он не въехал бы на велосипеде в Морицкое озеро. Его, Фица, дедушка умер в двенадцать лет от пьянства — неужели не верите — перепился «Джоном Джемисоном». Именно поэтому он, внук, остерегается алкоголя. В спешке я сказал, что он поступает правильно, и спросил, не видел ли мистер Фицэллан двух белобрысых парней, наверно, в брюках-гольф и в свитерах с египетским узором, так называемым узором «тутанхамон». Фиц вначале тупо повторял — мол, эти двое «вдрызг пьяные». На что я торопливо, но не теряя самообладания, возразил, что парни в гольфах отнюдь не были пьяные, пусть он, Фиц, вспомнит: в предпоследнюю субботу у Пьяцагалли эти самые парни играли на русском бильярде. Тут Фиц начал вспоминать и соображать.

А потом ответил: Белобрысый, схожий с моим описанием, прошел часа полтора назад мимо манежа в сторону Сур-Пунта. Ах так, к Менчасу. Yes, sir[256]. Один? Yes, sir. Минут через двадцать появился второй, тоже один; второй шагал гораздо быстрее первого, почти в темпе бега на дальние дистанции. И тоже к Менчасу? Exactly[257]. Я: до того, как мы с вамп имели chat[258]? Фиц: sure, sure[259], до того. Может, я сомневаюсь, что его дедушка умер в двенадцать лег от пьянства? Я поспешил рассеять его недовольство.

Десять минут спустя, оставив позади себя городок, воинское подразделение, id est, я в единственном числе, развернулось в цепь у Менчаса.

6

(ГИПНОТИЗЕР)

вернуться

246

Феликс Дан (1834–1912) — немецкий писатель, автор популярных в свое время исторических романов.

вернуться

247

Хьюстон Стюарт Чемберлен (1885–1927) — философ, один из создателей так называемой «расовой теории», которую взял на вооруженно Гитлер. Жил в Германии. Отличался крайней реакционностью с налетом мистицизма.

вернуться

248

Эрвин Гвидо Кольбенхайер — реакционный австрийский писатель, вначале увлекался мистикой, потом стал открытым проповедником фашистской идеологии.

вернуться

249

Ганс Гримм — нацистский писатель, в 1926 г. выпустил книгу «Народ без пространства», в которой изложил фашистскую теорию «жизненного пространства».

вернуться

250

«Кольцо Нибелунга» — музыкальная драма Рихарда Вагнера в четырех частях («Золото Рейна», «Валькирия», «Зигфрид», «Гибель богов»),

вернуться

251

«Кольцо Нибелунга» — музыкальная драма Рихарда Вагнера в четырех частях («Золото Рейна», «Валькирия», «Зигфрид», «Гибель богов»).

вернуться

252

Ханфштенгли — крупные промышленники, владельцы типографий; одна из первых капиталистических «династий», перешедших на сторону Гитлера еще в 20-х годах. Так же и Бехштейны (см. выше).

вернуться

253

Карл Шпицвег (1808–1885) — художник, представитель так называемого позднего немецкого романтизма. Известен как апологет мещанства.

вернуться

254

Совершеннейшая вонючка (англ.).

вернуться

255

Тело того бедняги (англ.).

вернуться

256

Да, сэр (англ.).

вернуться

257

Точно (англ.).

вернуться

258

Разговор (англ.).

вернуться

259

Верно, верно (англ.).

108
{"b":"201195","o":1}