ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Из-под безликого шлема, прикрывавшего голову, раздался его голос:

— Ха! Так я и думал. Это ты, Корум.

— Доброе утро, Гейнор. Ты готов к поединку?

Принц Гейнор Проклятый, откинув голову, рассмеялся гулким мрачным смехом. Его доспехи снова сменили цвет с желтого на блестящий черный, и он кинул меч в ножны.

— Ты меня знаешь, Корум. Я устал. И пока я не собираюсь совершать еще одно путешествие в Лимб. По крайней мере, тут я занимаюсь делами, которые заполняют мое время. А там… ну, там вообще ничего нету.

— В Лимбе?

— Да. В Лимбе.

— Тогда присоединись к благородному делу. Сражайся вместе со мной. Так ты сможешь обрести искупление.

— Искупление? Ох, Корум, до чего ты простодушен. Какое искупление? Кто нас может прощать?

— Никто.

— Тогда почему ты говоришь об искуплении?

— Ты сам сможешь искупить свои грехи. Это я и имею в виду. Я не говорю, что тебе придется справиться с Владыками Закона — если они еще где-то существуют — или нужно будет, смиряя гордость, склониться перед чьей-то силой. Я хочу сказать, что где-то в твоей душе, принц Гейнор Проклятый, таится то, что спасет тебя от безысходности, которая ныне снедает тебя. Ты понимаешь, что те, кому ты служишь, — омерзительные создания, лишенные величия духа, преданные лишь делу разрушения. Тем не менее ты охотно следуешь за ними, охотно служишь их целям, совершаешь ужасные преступления и приносишь чудовищные беды; ты распространяешь зло и несешь с собой смерть — ты знаешь, что делаешь, и знаешь также, что эти преступления обрекают тебя на вечные мучения духа.

Черные доспехи вспыхнули гневным красным цветом. Принц Гейнор повернул свой безликий шлем и уставился прямо на восходящее солнце. Его конь дернулся, и он сильнее натянул поводья.

— Присоединяйся к моему делу, принц Гейнор. Я знаю, что оно вызовет у тебя уважение.

— Закон отверг меня, — глухим усталым голосом произнес принц Гейнор Проклятый. — Все, чему я когда-то следовал, все, что я когда-то уважал и чем когда-то восхищался, чему подражал, — все отвергло Гейнора. Видишь ли, принц Корум, слишком поздно.

— Нет, не поздно, — возразил Корум, — и ты забыл, Гейнор, что я единственный видел твое лицо, которое ты скрываешь под шлемом. Я видел все твои облики, все твои мечты, все твои тайные желания, Гейнор.

— Да, — тихо сказал принц Гейнор Проклятый, — и именно поэтому ты должен исчезнуть, Корум. Именно поэтому я не могу выносить даже мысли, что ты еще жив.

— Тогда сражайся, — со вздохом сказал Корум. — Здесь, прямо сейчас!

— Сейчас я не могу рисковать. Не сейчас, поскольку однажды ты уже нанес мне поражение. Я не могу позволить, чтобы ты снова взглянул мне в лицо, Корум. Нет, ты умрешь не в поединке. Эти псы…

Осознав, что задумал Гейнор, Корум внезапно бросил коня в галоп и, нацелив копье в безликий шлем Гейнора, обрушился на давнего врага.

Но Гейнор, рассмеявшись, развернул коня и помчался вниз по склону — белая изморозь искрами разлеталась во все стороны от него, и земля, которую бил копытами его конь, казалось, пошла трещинами.

Гейнор мчался с холма туда, где на задних лапах сидела свора белесых псов — вывалив красные языки, они поблескивали желтыми глазами, и с желтых клыков стекала желтая слюна, а длинные пушистые хвосты хлестали по косматым бокам. Их тела отливали мертвенной белизной проказы, кроме кончиков ушей цвета свежей крови. Некоторые из собак, самые большие, превосходили ростом пони.

Пока Гейнор скакал к ним, они поднялись на ноги. Хрипло дыша, псы зловеще скалились, когда Гейнор им что-то кричал.

Корум пришпорил лошадь, надеясь пробиться сквозь свору и настичь Гейнора. Он врезался в нее с такой силой, что несколько собак кубарем покатились по земле, а голову другой он насквозь пробил копьем. И то и другое заставило его приостановиться, к тому же ему пришлось выдергивать копье из тела пса, которого он прикончил. Конь заржал, встал на дыбы и обрушил на псов подкованные копыта.

Корум оставил в покое копье и, выхватив из-за спины топор, стал рассыпать удары налево и направо, проломив череп одной из собак и перебив позвоночник другой. Но псы продолжали издавать леденящий вой, смешивающийся с ужасающим визгом собаки с перебитой спиной. Желтые клыки вцепились в край плаща, вырвав из него большой клок меха. Псы, подпрыгивая, старались вырвать из рук Корума топор, который со свистом разрезал воздух. Корум рывком высвободил из стремени правую ногу и пнул пяткой морду одного из псов, одновременно опустив топор на собаку, которая вцепилась в упряжь. Но конь быстро терял силы, и Корум понимал, что он продержится всего лишь несколько минут, после чего рухнет под ним с разорванным горлом, — против них дрались шестеро псов.

Точнее, пять. Корум успел рубануть по задним ногам пса, который прыгнул на него, но не рассчитал дистанцию. Зверь рухнул на землю рядом с перебитой собакой, которая все никак не могла сдохнуть. Она дотянулась до своего извивающегося собрата, запустила клыки в его окровавленный бок и жадно рвала его, стремясь насытиться в последний раз.

Корум услышал какой-то возглас, и ему показалось, что справа мелькнула чья-то черная фигура. Видимо, прибыли люди Гейнора, чтобы прикончить его. Он наудачу махнул топором за спиной, но ни в кого не попал.

Псы Кереноса перегруппировались, готовясь к новой атаке. Корум понимал, что не сможет драться одновременно с ними, и с прибывшими людьми, кто бы они ни были. Он увидел брешь в кольце псов, сквозь которую мог прорваться, пустив коня в галоп. Но конь, задыхаясь, стоял на месте, ноги у него подрагивали, и Корум понял, что от него ничего не добьешься. Он перекинул топор в серебряную руку и, выхватив меч, рысью двинулся на собак — пусть лучше они прикончат его в бою, чем вцепятся в спину, когда он будет удирать.

И снова мимо промелькнуло что-то черное. Это был стремительный всадник, прильнувший к спине пони. В каждой руке он держал по кривой сабле, которыми полосовал белесые спины. Удивленно взвизгивая, собаки разлетались в разные стороны, а Корум, выбрав одну, погнался за ней. Пес повернулся и прыгнул, пытаясь вцепиться коню в горло, но Корум сделал выпад и вогнал ему меч меж ребер. Длинные когти скользнули по шкуре всхрапнувшего коня, после чего собака рухнула на землю.

Но в живых остались еще три пса. Они пустились вслед за точкой, в которую превратился далеко ускакавший всадник, чьи доспехи продолжали менять цвет.

Корум спешился и глубоко вздохнул, о чем тут же пожалел, ибо мертвые псы воняли куда сильнее, чем живые. Он оглядел груды белого меха и кровавых потрохов, лужи запекшейся крови и повернулся к союзнику, который спас ему жизнь.

Тот продолжал сидеть в седле. Ухмыльнувшись, он кинул в ножны сначала один кривой клинок, потом другой и поглубже напялил широкополую шляпу, из-под которой торчали длинные волосы. Взяв сумку, висевшую на задней луке, он открыл ее — и вытащил маленького черно-белого кота, к спине которого были плотно прижаты крылья.

Улыбка этого неожиданного союзника стала еще шире, когда он заметил изумление Корума.

— По крайней мере, эта ситуация для меня не нова, — сказал Джери-а-Конел, называющий себя Спутником Героев. — Я часто успеваю вовремя, чтобы спасти жизнь какого-нибудь Воителя. Такова моя судьба. Так его судьба — вечно участвовать во всех великих битвах истории. Я уловил кое-какие намеки, что могу тебе пригодиться, и отправился искать тебя в Каэр Малоде, но ты уже ускакал. Почувствовав, что твоей жизни угрожает опасность, я со всей доступной мне скоростью помчался вслед за тобой. — Джери-а-Конел стащил с головы широкополую шляпу и, сидя в седле, поклонился: — Приветствую тебя, принц Корум.

Корум все еще не мог отдышаться после схватки, не мог вымолвить ни слова. И лишь улыбнулся старому другу.

— Ты составишь мне компанию в походе, Джери? — наконец произнес он. — Ты отправишься со мной в Каэр Ллуд?

— Если такова моя судьба — да. Как тебе живется, Корум, в этом мире?

141
{"b":"201196","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Вдова для лорда
Эмоциональный интеллект лидера
Копирайтинг с нуля
Билет на удачу
В военную академию требуется
Око за око
Просветленные рассказывают сказки. 9 уроков, чтобы избавиться от долгов и иллюзий и найти себя
Бестия, или Сделка на тело
Ликвидатор. Территория призраков