ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Из-за таких, как Кросс,— думал Уоршоу,— я и иду сейчас туда, куда иду».

Давление со стороны ригелиан заставляло землян очень заботиться о том, как выглядит образ землянина в глазах жителей Галакгики. «Бремя землянина», так неофициально именовали это люди. Бросить дезертира на Коллидоре означало бы поставить под угрозу престиж Земли. Можно не сомневаться, практичные ригелиане позаботятся о том, чтобы вся вселенная узнала о случившемся.

Уоршоу чувствовал себя загнанным в угол. Когда он добрался до квартиры Фолка, по его спине обильно тек липкий пот.

— Что вам угодно?

Уоршоу стоял на пороге лицом к лицу с коллидорианкой, потрясенный открывшимся зрелищем и запахами.

«Господи! — подумал он.— Мягко говоря, далеко не красавица».

— Я... коммандер Уоршоу. С «Магиара», корабля Мэтта. Можно войти?

Рот, похожий на сфинктер, изобразил подобие любезной улыбки.

— Конечно. Я надеялась, что вы придете. Мэтт много рассказывал о вас.

Она отступила от двери, и Уоршоу вошел внутрь. Характерный для коллидориан резкий запах ударил в ноздри. Это была простенькая двухкомнатная квартира; из той комнаты, где они находились, Уоршоу видел вторую, чуть больше и еще неопрятнее, с разными кухонными приспособлениями. Груда немытых тарелок громоздилась в раковине. Уоршоу с удивлением заметил в дальней комнате неубранную постель... и еще одну в первой. Нахмурившись, он посмотрел на девушку.

Ростом она была почти с него, но гораздо толще. Смуглая кожа казалась грубой, тусклой и больше напоминала шкуру; лицо широкое и плоское, с двумя также плоскими глазами, лишенными блеска, гротескным бугорком носа и сложно устроенным многогубым ртом. Бесформенное черное платье девушки свисало до толстых лодыжек. Насколько Уоршоу знал, это был апофеоз красоты по-коллидориански,— однако, при всем «очаровании», такая женщина вряд ли могла пробудить желание нормального землянина.

— Вы Зетона?

— Да, коммандер Уоршоу.

Г олос невыразительный, отметил он.

— Можно присесть?

Он осторожно прощупывал ситуацию. Тихо сел, брезгливо подобрав под себя ноги. Девушка, похожая на корову, осталась стоять, не сводя с него пристального взгляда.

Неловкое молчание затягивалось. Потом девушка спросила:

— Вы хотите, чтобы Мэтт вернулся с вами домой?

Уоршоу покраснел и сердито поджал губы.

— Да. Наш корабль улетает через четыре дня. Я пришел за Мэттом.

— Его здесь нет.

— Знаю. Он на базе, но скоро вернется к вам.

— Вы ничего с ним не сделали? — спросила она, внезапно испугавшись.

Уоршоу покачал головой.

— С ним все в порядке,— Он помолчал, потом неожиданно спросил, вперив в нее взгляд: — Он любит вас?

— Да,— ответила она, но неуверенно.

— И вы любите его?

— О да! — горячо воскликнула Зетона.— Несомненно.

— Понимаю.— Уоршоу облизнул губы. Все оказалось не так-то просто.— Вы не расскажете, как это произошло... ну, как вы влюбились друг в друга? Любопытно, знаете ли.

Она улыбнулась... По крайней мере, он счел это улыбкой.

— Я встретила его через два дня после того, как вы, земляне, прилетели сюда. Я шла по улице и увидела его. Он сидел на тротуаре у края дороги и плакал.

— Что?

Ее плоские глаза как будто подернулись влагой.

— Да, сидел и плакал. Раньше мне никогда не приходилось видеть плачущего землянина. И мне стало ужасно жалко его. Я подошла к нему. Он выглядел как маленький потерявшийся мальчик.

Уоршоу изумленно и недоверчиво смотрел в безмятежное лицо чужеземной девушки. На протяжении десяти лет он имел дело с коллидорианцами, но ни разу не подходил к ним так близко, предоставляя личные контакты другим. Однако...

«Черт побери, она же почти человек! Почти...»

— Он плохо себя чувствовал? — внезапно охрипшим голосом спросил Уоршоу.— Почему он плакал?

— От одиночества,— невозмутимо ответила Зетона.— От страха. Он боялся меня, вас — всех. Ну, я поговорила с ним там же, на улице. Мы долго беседовали. Он пошел со мной. Я жила тогда одна. И... спустя три дня остался здесь.

— И хочет остаться навсегда?

Девушка горячо закивала.

— Мы очень привязаны друг к другу. Он одинок, и ему нужен кто-нибудь...

— Хватит! — внезапно раздался новый голос.

Уоршоу обернулся. В дверном проеме стоял Фолк, мрачный и суровый. Казалось, что его шрам воспалился, хотя Уоршоу был уверен, что это невозможно.

— Что вы здесь делаете? — спросил Фолк.

— Пришел повидаться с Зетоной,— миролюбиво ответил Уоршоу.— Не ожидал, что ты вернешься так быстро.

— Конечно, не ожидали! Я ушел, как только Куллинан начал крутиться вокруг меня. Ну, я и подумал, что вы ушли.

— Ты говоришь со старшим офицером,— напомнил Уоршоу.— Если я...

— Десять минут назад я уволился со службы! — взорвался Фолк.— Вы для меня больше не старший офицер! Уходите!

Уоршоу оцепенел и с мольбой перевел взгляд на чужеземную девушку. Та положила шестипалую руку на плечо Фолка и погладила его. Молодой человек увернулся.

— Перестань. Ну... Вы уходите? Мы с Зетоной хотим остаться наедине.

— Пожалуйста, уходите, коммандер Уоршоу,— мягко сказала девушка,— Не заставляйте его волноваться.

— Волноваться? Кто здесь, интересно, волнуется? — взорвался Фолк.— Я...

Уоршоу сохранял внешнее спокойствие, не реагируя на происходящее. Он взвешивал и анализировал.

Фолка необходимо доставить на корабль для лечения. Другого выхода нет. Эти странные отношения с коллидорианкой нужно прекратить.

Уоршоу встал и поднял руку, призывая всех к молчанию.

— Мистер Фолк, позвольте мне высказаться.

— Валяйте. Только поторопитесь, потому что через две минуты я выставлю вас вон.

— Две минуты мне не потребуются. Я объявляю вам, что вы арестованы, а следовательно, должны немедленно вернуться на базу под моей охраной. Если вы откажетесь, придется...

Предложение так и осталось незаконченным. Глаза Фолка яростно вспыхнули. Тремя быстрыми шагами он пересек маленькую комнату, навис над невысоким Уоршоу, схватил его за плечи и с силой встряхнул.

— Убирайтесь!

Уоршоу сконфуженно улыбнулся, отступил на шаг, молниеносно достал из кармана пистолет-глушитель и обрушил на Фолка мощный заряд. Тот стал заваливаться, как мешок, однако Уоршоу подхватил его и опустил в кресло.

Зетона расплакалась. Из ее глаз выкатились огромные капли янтарной жидкости и потекли по шероховатым щекам. Душераздирающее зрелище!

— Простите,— сказал Уоршоу.— Это было необходимо.

Это было необходимо.

Это было необходимо.

Это было необходимо.

Уоршоу расхаживал по каюте. Его взгляд метался с ряда блестящих заклепок на потолке к серым стенам, потом к фигуре спящего Мэтта Фолка и, наконец, к сердитому психиатру Куллинану.

— Хочешь разбудить его? — спросил Куллинан.

— Нет. Пока нет.

Продолжая шагать по каюте, Уоршоу пытался выработать план действий. Прошло еще несколько минут. Куллинан отошел от койки, где лежал Фолк, и взял Уоршоу за руку.

— Леон, расскажи, что тебя гложет.

— Не дави на меня! — выпалил Уоршоу, но потом с сожалением покачал головой.— Прости. Я не хотел тебя обидеть.

— Прошло два часа с тех пор, как ты притащил его на корабль,— сказал Куллинан.— Зачем? Что ты собираешься предпринять?

— Скажи, что мы можем сделать? Бросить его, оставить с этой чужеземной девушкой? Убить? Может, это лучший выход — сунуть его в конвертор и взлететь?

Фолк зашевелился.

— Оглуши его снова, — глухо сказал Уоршоу. — Он просыпается.

Куллинан достал свой пистолет-глушитель, и Фолк затих.

— Нельзя же усыпить его навечно.

— Да... нельзя.

Уоршоу понимал, что время уходит. Через три дня подойдет уже перенесенная дата отлета, откладывать еще раз рискованно.

Но если они бросят Фолка тут, мгновенно распространится весть о шатающемся по Коллидору безумном землянине. Или просто о землянине, сошедшем с ума...

23
{"b":"201202","o":1}