ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— И что с того? — сердито надулась нимфа.— С чего это ты на меня ополчился? Почему заставляешь слушать тебя, когда я готова отвернуться. Не для того ли, чтобы оправдать себя самого за ту жаркую похоть, что загорелась в твоих очах при первом же взгляде на меня?

«Удар ниже пояса»,— с тоской подумал отец Эл.

— Ты права. Однако разве мое оправдание чем-то вредит тебе? Или мне?

Нимфа нахмурилась, пытливо взглянула в глаза отца Эла.

— Да нет… Мне это совсем не вредит. А вот тебе это вредно, ибо для тебя было бы куда естественнее крепче обнять меня и слиться со мною в порыве страсти.

— Ты видишь меня насквозь,— признался отец Эл.— Однако то, что «естественно», не всегда верно, девушка, ибо тогда частица меня оторвалась бы от целого, так же как и частица тебя.— Он вздохнул.— Заблуждение многих мужчин состоит в том, что суть женщины может пострадать от случайной связи, в то время как мужчине это не грозит. Увы, это всего лишь заблуждение. Мужчины, как и женщины, едины, и нельзя отдать частицу тела, не пожертвовав при этом частицей души. Мы также можем жестоко поплатиться за первую связь с женщиной, которая не питает к нам любви, и затем будем пытаться оправдать себя и заглушать боль того, первого удара попытками возлечь с каждой встречной. Многие мужчины любят похваляться своими подвигами, но надо понимать, что такие мужчины на самом деле — привидения, имеющие вид живых людей. И если у такого мужчины выведать истинную правду, то он признается, что на самом деле никакого восторга от своих похождений не испытывает, ибо соитие без любви сжигает душу, обращает ее в прах и оставляет привкус горечи.

— Наверное,— медленно проговорила нимфа,— ты так говоришь, ибо познал боль любви.

Отец Эл печально улыбнулся.

— Все молодые люди совершают одинаковые ошибки. Все падают в одну и ту же яму, хотя окружающие кричат во все глотки: «Обойди!» Я тоже когда-то был молод и не всегда носил облачение.

Красотка в страхе округлила глаза, отпрянула, быстро окинула отца Эла взглядом и прижала ладони к губам.

— Да ты… монах!

Он улыбнулся.

— А ты увидела во мне всего лишь мужчину?

Нимфа, тараща глаза, кивнула.

— Если бы ты присмотрелась повнимательнее, ты бы увидела, что по берегу ручья я шел не в поисках утех.

— Нет… Так оно и было,— сдвинув бровки, проговорила красотка.— Я поняла… Ну, ладно. Но если ты не за этим явился сюда, то за чем же?

— Видишь ли… Я разыскиваю мужчину и женщину — супружескую пару с тремя детьми,— неторопливо проговорил отец Эл.— Они вышли из этого леса некоторое время назад — возможно, тогда, когда светило солнце. Ты их не видела?

— Видела, и еще как видела,— проворчала нимфа,— Они меня пробудили от дневного сна. Эти людские детишки — они так шумливы…

— Мне ли не знать,— усмехнулся отец Эл. Ему доводилось читать проповеди в семейных церквях.— Не можешь ли сказать мне, в какую сторону они пошли?

Нимфа покачала головой.

— Я за ними не следила. Только глянула — смотрю, с ними женщина, и к тому же весьма хороша собой.— Похоже, вспоминать об этом нимфе было не очень приятно,— Я поняла, что тут мне делать нечего, хотя мужчина и мальчики были приятной наружности, вот я и возлегла снова на мое подводное ложе.

— О ложе ни слова! — Отец Эл сжал кулаки и поднял взгляд к верхушкам деревьев.— Так как же мне решить, в какую сторону идти?

— Если уж это для тебя так важно,— капризно протянула нимфа,— я бы, пожалуй, могла тебе помочь. Посиди-ка тут да подожди, а я быстренько сплаваю вдоль по ручью — быть может, сыщу хоть какие-нибудь их следы.

— О, сделай так, добрая девушка! — воскликнул отец Эл.— Я буду тебе так благодарен! Призываю на тебя благословение…

— О, молю тебя, не нужно! — Нимфа загородилась рукой.— Не называй своего божества, прошу! Подожди здесь, я скоро вернусь,— Она нырнула и исчезла под водой.

Отец Эл пару мгновений смотрел на воду, где расходились круги, затем вздохнул и, осторожно опустившись, уселся на берегу речушки. Да, он был уже не так молод, но все же достаточно молод для того, чтобы хорошо работать языком. Уговаривать и утешать он еще умел. Вот только вышел ли какой-то толк от его увещеваний? Вспомнит ли о них нимфа когда-нибудь? Может быть, и нет. Молодых трудно чему-либо научить, когда речь идет о сексе, а нимфа обладала вечной молодостью. И все же с ее стороны было очень любезно предложить ему помощь. Или просто она нашла уловку, благодаря которой смогла избавиться от занудного старикана?

Вот в таких раздумьях отец Эл ожидал возвращения нимфы, сидя на нависших над водой корнях. Чем дольше он ждал, тем сильнее ему казалось, что нимфа никогда не вернется.

Но вот вода реки прямо перед ним расплескалась, и нимфа встала во весь рост и отбросила с лица пряди волос.

— Они идут, о добрый монах. Идут по берегу ручья.— Она указала вниз по течению.— Но почему — это мне неведомо.

— Тысячу раз благословляю тебя! — вскричал отец Эл и поспешно поднялся на ноги. Нимфа в ужасе взвизгнула и с громким всплеском исчезла в реке.

Отец Эл пару мгновений грустно смотрел на разгулявшуюся рябь. Не осекся вовремя, оговорился. Что ж, оставалось надеяться, что нимфа поймет: благословил он ее из самых лучших побуждений. Просто забылся — вот и все.

Потом он отвернулся и, стараясь не думать о нимфе, углубился в подлесок — кусты, которыми порос берег речки. Он был полон радостных предчувствий в преддверии встречи с Гэллоуглассами.

 Глава семнадцатая

Они пробирались по серебристому лесу, доверяя врожденному умению Гвен ориентироваться, полагаясь на чутье, и в конце концов вышли на берег озера. Род облегченно вздохнул.

— Отлично. Теперь — в воду. Если они пустят по нашему следу гончих псов, нужно замести следы.

Он был уже готов прыгнуть в воду, когда вдруг заметил, что все его семейство испуганно пятится подальше от берега.

— Эй, что с вами? Давайте ныряйте скорее!

— Муж мой,— тактично потупилась Гвен,— Мы, видишь ли, припомнили эх-ушге.

— И что же с того? Эта тварь давно мертва!

— Верно. Но может быть, она тут не одна водилась. Мы так мало знаем об этой стране.

Роду почему-то сразу разонравилось и озеро, и мысль о том, чтобы переплыть его.

— Ну а ты что скажешь, Элид… ваше величество? Водятся ли в здешних водах еще такие же злобные твари?

— О да! — торопливо кивнул Элидор,— Тут полным-полно фуа всех видов и размеров! Уриски, накилеви, мелузины, пеллиды…

— Хватит, пожалуй,— прервал короля Род.— Ты меня убедил. Придется рискнуть — это я насчет собак.

Они тронулись в путь вдоль берега. Идти здесь было легче, чем по густой луговой траве,— вдоль кромки тянулась полоса песка фута в два шириной.

— Похоже, мы угодили в страну с весьма странным населением,— отметил Род.

— Верно,— согласилась Гвен.— О том, что не все эльфы добры, я слышала, знакомы мне и некоторые из фейри, о которых упомянул Элидор, а вот о некоторых я никогда не слыхивала. Может ли быть, что мы — в Грамерае, Род?

Род пожал плечами.

— Конечно, в Грамерае. Если учесть, что здешнее население состоит из потенциальных телепатов, способных мыслями воздействовать на ведьмин мох и заставлять тот принимать любую форму и обличье, трудно даже представить, чего бы такие люди не могли натворить за тысячу лет.

— И все же мне трудно представить, чтобы добрые эльфы исчезли,— заметила Гвен,— а такими чарами, о которых говорил повелитель злобных фейри, не обладает никто на Грамерае.

— Все верно,— кивнул Род.— Спригганские путы — это нечто новенькое, как и способность лорда Керна обращать их в прах еще до того, как они к нему прикоснутся. И все же я так думаю, что с помощью телекинеза этого можно добиться. А вот обращать фейри в камень… Нет. Вот это действительно ново — если он действительно имел это в виду, а не просто образно выразился.

— Но если мы не в Грамерае, то где же тогда? — тихо спросила Гвен.

185
{"b":"201204","o":1}