ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Не слишком-то всматривайтесь и не доверяйте этим прекрасным лепесткам, друзья мои, — предупредил Спархок. — Беллиом может завладеть вашими душами.

— Боже! — затаив дыхание произнес Келтэн. — Вы только взгляните!

Каждый сияющий лепесток Сапфирной Розы был настолько хорош, что можно было различить застывшие на нем капельки росы. Из самого сердца самоцвета исходило манящее голубое сияние и безмолвный всепоглощающий приказ смотреть и созерцать совершенство и великолепие этого неземного создания.

— О, Боже! — пылко взмолился Бевьер. — Защити нас от этого соблазна. — Бевьер был рыцарем Ордена Сириник и арсианцем. Иногда Спархоку казалось, что он чрезмерно набожен, но только не сейчас. Если даже половина из того, что ощущал Спархок, было правдой, страх Бевьера перед Беллиомом был небезоснователен.

Улэф, этот огромный талесиец, быстро и нервно заговорил на языке троллей.

— Не убивай, Беллиом-Голубая-Роза, — сказал он. — Рыцари Храма не враги Беллиому. Рыцари Храма защищают Беллиом от Азеша. Помоги исправить черные дела наших недругов, Голубая Роза. Я — Улэф Талесийский. Если Беллиом гневается, пусть направит свой гнев на Улэфа.

Спархок выпрямился.

— Нет, — твердо сказал он на ужасном языке троллей. — Я — Спархок Эленийский. Я — тот, кто убил Гверига-Карлика-Тролля. Я — тот, кто принесет Беллиом-Голубую-Розу во дворец исцелить мою королеву. Если Беллиом-Голубая-Роза свершит это и будет все еще гневаться, пусть направит свой гнев на Спархока Эленийского, а не Улэфа Талесийского.

— Ты — глупец! — взорвался Улэф. — Ты себе и представить не можешь, что способна сотворить с тобой эта штуковина.

— А с тобой она что, не сможет проделать то же самое?!

— Пожалуйста, прекратите эти ненужные разговоры, — утомленным голосом произнесла Сефрения. — Слушай меня, Беллиом-Голубая-Роза, — твердо сказала она, даже не затрудняя себя говорить на языке троллей. — Спархок Эленийский владеет кольцами. Беллиом-Голубая-Роза должен признать его власть и беспрекословно подчиняться ему.

Самоцвет потемнел на несколько мгновений, а затем к нему снова возвратилось его глубокое голубое сияние.

— Положи его обратно, Спархок.

Спархок положил розу обратно в мешочек и засунул его за пазуху.

— А где Флейта? — неожиданно спросил Бевьер.

— Это, мой юный друг, очень длинная история, — ответил ему Спархок.

— Но она не мертва? — взволнованно переспросил сэр Тиниен.

— Нет, — сказал Спархок. — Это просто невозможно, Флейта — бессмертна.

— Каждый человек смертен, Спархок, — запротестовал Бевьер.

— Это истинная правда, — ответил Спархок, — но Флейта — не человек. Она — стирикская Богиня Афраэль.

— Ересь! — задыхаясь от волнения произнес Бевьер.

— Ты бы не думал так, если бы был с нами в пещере Гверига, сэр Бевьер, — сказал ему Кьюрик. — Я видел собственными глазами, как маленькая Флейта поднималась из бездонной пропасти.

— Может, заклинание… — уже не так уверенно проговорил Бевьер.

— Нет, Бевьер, — покачала головой Сефрения. — Никакое заклинание не могло бы сотворить то, что сделала Флейта в той ужасной пещере. Она была — и есть — Афраэль.

— Мне бы все же хотелось кое-что узнать, перед тем, как мы приступим к теологическим диспутам, — перебил их Спархок. — Как вам удалось отделаться от Воргуна и что происходит здесь, в городе?

— С Воргуном особых проблем не возникло, — сказал ему Вэнион. — Наш путь на юг пролегал через Симмур, и все произошло примерно так, как мы планировали в Эйси. Мы бросили Личеаса в подземную темницу, вести дела доверили графу Лэндийскому и убедили армию и солдат церкви, находящихся здесь, в Симмуре, отправиться с нами на юг.

— Как вам удалось этого добиться? — спросил удивленный Спархок.

— У Вэниона совершенно неподражаемый дар убеждения, — ухмыльнулся Келтэн. — Большинство генералов были верны первосвященнику Энниасу, но когда они стали возражать, Вэнион сослался на Закон Церкви, о котором упоминал в Эйси граф Лэнда и принял на себя командование армией. Однако генералы все еще не желали мириться с таким положением; тогда Вэнион вывел их на дворцовую площадь, и Улэф обезглавил нескольких из них. И, надо заметить, эта процедура помогла им принять верное решение.

— О, Вэнион, — разочарованно произнесла Сефрения.

— У меня было слишком мало времени, матушка, — извинился он. — Воргун спешил выступить с армией. Он вообще намеревался уничтожить весь эленийский офицерский состав, но я отговорил его от этого. Затем мы присоединились на границе к войску короля Сороса из Пелосии. Рендорцы, завидя наше приближение, вильнули хвостом и обратились в бегство. Воргун намеревается преследовать их, но это уже забавы ради. Однако остальным магистрам и мне потребовалось немало времени убедить Воргуна в том, что наше присутствие в Чиреллосе во время выборов нового Архипрелата жизненно необходимо. Но в конце концов он отпустил нас и даже позволил каждому из нас взять с собой по сотне рыцарей.

— Это было так великодушно с его стороны, — иронично заметил Спархок. — А где рыцари других орденов?

— Они расположились вблизи Дэмоса. Долмант не хочет, чтобы мы вводили войска в Чиреллос, пока того не потребует обстановка.

— Если дворец находится на попечении лорда Лэнда, то почему на городских стенах красуются солдаты церкви?

— Все очень просто. Энниас, естественно, был извещен о произошедших событиях. Узнав об этом, он позаимствовал несколько человек из войск преданных ему членов Курии и послал их сюда. Прибыв, они освободили Личеаса, посадили вместо него в темницу графа Лэндийского, и на данный момент они же контролируют город.

— Надо что-то предпринять.

— Да, — кивнул Вэнион. — Мы узнали об этом по дороге в Дэмос, поэтому я и решил со своим войском отправиться в Симмур. Мы прибыли сюда только вчера поздно ночью. Рыцари были полны решимости сразу отправиться в город, но кампания была не из легких, все очень устали, и я приказал им немного отдохнуть и набраться сил перед тем как мы займемся наведением порядка в Симмуре.

— Как ты думаешь, это будет сложно?

— Сомневаюсь. Эти солдаты церкви — не люди Энниаса, и, возможно, простая демонстрация силы уже заставит их сдаться.

— Вэнион, скажи мне, а те оставшиеся шесть рыцарей, которые были с нами в Тронной Зале во время заклинания, есть среди той сотни, которую ты привел с собой? — спросила магистра Сефрения.

— Да, — устало произнес Вэнион, — мы все здесь. — Он взглянул на пандионский меч, который она держала при себе, и спросил, — Не хочешь ли ты отдать его мне?

— Нет, — твердо ответила Сефрения. — Твоя ноша и без того тяжела. А тем более все это скоро завершится.

— Ты собираешься разрушить заклинание? — спросил Тиниен. — Прежде чем Беллиом исцелит королеву?

— Придется, — вздохнула волшебница. — Чтобы излечить Элану, Беллиому важно коснуться ее тела.

Келтэн подошел к окну.

— Уже далеко за полдень, — сказал он. — Если мы собираемся совершить это сегодня, то надо поторапливаться.

— Подождем до завтрашнего утра, — решил Вэнион. — Если солдаты окажут сопротивление, нам потребуется время образумить их, а мне совсем не хочется, чтобы кто-нибудь из них ускользнул от нас в темноте и предупредил бы Энниаса раньше, чем мы получим подкрепление.

— Сколько во дворце солдат? — спросил Спархок.

— Мне доложили, что около двух сотен, — ответил Вэнион. — Я думаю, нам не составит большого труда справиться с ними.

— Однако придется по крайней мере на несколько дней сделать Симмур закрытым городом и охранять ворота, — сказал Улэф.

— Я могу вам кое-что предложить, — раздался голос Телэна. — Перед наступлением темноты я проскользну в город и поговорю с Платимом. Я думаю, он сможет вместо нас заняться этим делом.

— А можно ли ему доверять? — спросил мальчика Вэнион.

— Платиму? Конечно нет, но он сделает это для нас. Он ужас как ненавидит Энниаса.

— Ну что ж, — весело произнес Келтэн. — На рассвете мы выступаем и к завтраку все приведем в порядок.

182
{"b":"201208","o":1}