ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элана обаятельно улыбнулась, но красивые глаза ее были полны тоски и печали.

— Моя бедная Элана, — произнес Спархок дрогнувшим голосом.

— Не бедная, мой любимый рыцарь. Теперь у меня есть ты, и я самая счастливая на свете.

— Однако, Элана, нам надо серьезно поговорить.

— Не хочу, Спархок. Не сейчас.

— Я думаю, ты неправильно поняла меня, когда по ошибке я отдал тебе свое кольцо, — произнес Спархок и тут же пожалел об этом. Выражение лица ее было таким несчастным, а глаза такими огромными и печальными, словно то были не слова, а увесистая пощечина. — Пожалуйста, не пойми меня неправильно, — поспешно сказал Спархок. — Просто, мне кажется, я слишком стар для тебя, вот и все.

— Для меня твой возраст не имеет значения, — упрямо возразила Элана. — Ты мой, Спархок, и я никогда не позволю тебе уйти от меня.

— Я был обязан сказать тебе об этом, — бормотал растерянный Спархок. — Это мой долг.

— Хорошо, теперь, когда ты покончил со своими обязанностями, поговорим о более приятном. Когда мы с тобой обвенчаемся — до или после того, как вы с Вэнионом отправитесь в Чиреллос и убьете Энниаса? Ты знаешь, я всякое слышала о том, что происходит между мужем и женой, когда они остаются наедине, и мне все это так любопытно.

Спархок стоял красный как рак.

5

— Королева спит? — спросил Вэнион Спархока, когда тот вернулся из королевской опочивальни.

Спархок утвердительно кивнул головой.

— Личеас рассказал вам что-нибудь полезное? — поинтересовался Спархок.

— Да, и многое из того подтвердило наши догадки, — ответил Вэнион. Лицо магистра было тревожным. Выглядел он уже гораздо лучше, хотя бремя носимых им мечей несомненно сказалось на нем. — Милорд Лэндийский, — обратился он к графу, — покои королевы тщательно охраняются? Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь подслушал наш разговор.

— Да, милорд, — заверил его лорд Лэнда, — у комнат стоит охрана, а в коридорах прогуливаются ваши рыцари, так что вряд ли какой храбрец захочет сунуть сюда свой любопытный нос.

Тут в комнату вошли Келтэн и Улэф со злобными ухмылками на лицах обоих.

— Однако, у Личеаса сегодня выдался тяжелый денек, — самодовольно хмыкнул Келтэн. — Мы с Улэфом всю дорогу до темницы делились своими познаниями во всевозможных страшных пытках и казнях. Бедный мальчик чуть не грохнулся в обморок, когда мы в красках расписали ему зрелище сожжения заживо на костре.

— Или когда мы предложили ему запытать его до смерти на дыбе, — добавил Улэф. — Кстати, на обратном пути у нас была возможность полюбоваться тем, с каким энтузиазмом солдаты церкви занимаются починкой дворцовых ворот. — Генидианец поставил в угол свой топор. — Лорд Вэнион, ваши рыцари осматривали улицы Симмура и обнаружили, что пропало заметное количество жителей города.

Вэнион удивленно взглянул на него.

— Кажется, в городе царит достаточно нервная обстановка, — объяснил Келтэн. — Энниас держал в своих руках весь город, и некоторые изо всех сил старались помочь первосвященнику, надеясь на его расположение. Их соседи знали об этом, и теперь, после столь неожиданной смены власти, они хотят доказать свою преданность новому правителю, причем как можно более наглядно. Несколько человек повешены прямо на улицах, поджигаются дома. Мы с Улэфом посоветовали рыцарям положить конец этому самоуправству, пока огонь не перекинулся на весь город.

— Это просто необходимо сделать, — сказал лорд Лэнда. — Подобные уличные бесчинства и самосуд — враг любого правительства.

— Между прочим, — с любопытством обратился к Спархоку Келтэн, — ты правда сделал предложение королеве?

— Это было недоразумение.

— Я так и думал, просто не могу тебя представить в роли мужа. Однако, мне кажется, она будет настаивать.

— Ничего, что-нибудь придумаю.

— Я желаю тебе всего самого лучшего, но откровенно говоря, думаю, что у тебя мало шансов продержаться. Я видел, как Элана глядела на тебя, когда была еще маленькой девочкой. Кажется, для тебя наступают интересные времена, Спархок, — усмехнулся Келтэн.

— Как приятно иметь друзей, — ехидно заметил Спархок.

— Настала для тебя пора основать свое гнездышко. Скоро ты станешь совсем стар для того, чтобы мотаться по белу свету, выискивая, с кем бы скрестить свой меч.

— Да ты же не моложе меня, Келтэн.

— Я знаю, но это совсем другое дело.

— Вы решили с Улэфом, кому достанется Личеас? — прервал их разговор Тиниен.

— Этот вопрос еще обсуждается, — ответил Келтэн и подозрительно взглянул на талесийца. — Улэф пытался всучить мне свои «кости»…

— А что тебе не нравится?

— Да то, что на одной из них я заметил четыре шестерки.

— Да, что-то многовато, — согласился Тиниен.

— Вот и мне так кажется, — Келтэн вздохнул. — Откровенно говоря, я не думаю, что Элана позволит нам убить Личеаса. Ну ничего, ведь еще остается Энниас.

— И Мартэл, — напомнил ему Спархок.

— О да, конечно!

— Куда он отправился после того, как король Воргун прогнал его из Лариума? — спросил Спархок. — Я стараюсь приглядывать за Мартэлом, чтобы он не попал раньше времени в какую-нибудь переделку.

— В последний раз, когда мы видели его, он торопился на Восток, — сказал Тиниен, поправляя плечные пластины своего тяжелого доспеха.

— На Восток?

— Именно, — кивнул головой Тиниен. — Мы полагали, он отправится на Юг, в Умантум, однако все произошло иначе, и после сожжения Комбы он заспешил в Сарриниум — возможно из-за того, что корабли Воргуна патрулировали Арсианский пролив.

Спархок что-то проворчал, затем снял перевязь с тяжелым мечом и положил на стол.

— А что все-таки поведал вам Личеас? — спросил он, усаживаясь в кресло.

— В целом не так уж много нового. Видимо, Энниас посвящал его далеко не во все свои дела, однако, что удивительно, Личеас все же неплохо о них осведомлен. Вероятно, он не такой уж дурак, каким кажется.

— Телэн! — неожиданно раздался голос Кьюрика. — Будь так добр, не делай этого.

— Я же только посмотреть, — обиженно запротестовал мальчик.

— Все равно не трогай, а то еще поддашься соблазну.

— Личеас рассказал нам, что его мать и Энниас уже с давних пор были страстными любовниками, — продолжил Вэнион, — и именно Энниас предложил Ариссе обольстить своего брата. Он толковал ей о какой-то достаточно странной доктрине Церкви, которая позволит соединить узами брака Алдреаса и его сестру.

— Церковь никогда не допустит подобного бесстыдства, — заявил Бевьер.

— В истории Церкви случалось многое, что не согласуется с современной моралью, — сказал Вэнион. — Одно время ее влияние в Каммории было настолько слабым, что там возник обычай кровосмесительных браков в королевских домах. И Церковь дала свое согласие на это, чтобы продолжить свою деятельность в этом королевстве. В любом случае, Энниас рассуждал так — Алдреас слабый человек и король, и Арисса, став его женой, будет истинной правительницей Элении. А Энниас, имевший свой определенный подход и влияние на Ариссу, будет диктовать ей свои условия. Сначала этого было достаточно для первосвященника, но потом честолюбие увлекло его мыслью получить место Архипрелата в Чиреллосе. Я полагаю, это случилось лет двадцать назад.

— Как же тогда об этом узнал Личеас? — спросил его Спархок.

— Он навещал свою мать в монастыре в Дэмосе, — ответил Вэнион, — и я полагаю, Арисса была достаточно откровенна со своим сыном.

— Как отвратительно, — еле слышно проговорил Бевьер.

— Такова уж принцесса Арисса, — вздохнул Вэнион и продолжил. — Тут в дело вмешался отец Спархока. Он был страшно разгневан, когда узнал о том, чем занимались Алдреас и Арисса. А поскольку Алдреас его побаивался, то, когда тот предложил ему обвенчаться с принцессой из Дейры, он дал свое согласие. Арисса пришла в неописуемую ярость и с горя отправилась искать утешения в бордель у реки…

— Где без устали днем и ночью предавалась отчаянию, — сострил Келтэн.

190
{"b":"201208","o":1}