ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Она оказалась права.

Пару погибших, Мистика и Полковника, даже Эйно считал вполне вменяемыми. Мистик, маг довольно умеренных, если можно так выразиться, взглядов, возглавлял раньше Светлых в питерском С.В.А.

После его гибели власть в Питере окончательно захватили Темные, а их нового шефа тот же Эйно в запале называл теми словами, которые не стоит записывать, но прочитать можно на каждом заборе. Впрочем, и этот тип недолго продержался — хотя следующий оказался еще гаже.

До этого противостояние С.В.А и О.С.Б. проявлялось только в виде мелких пакостей, этаких комариных укусов, и подбрасывания соли в чужое варево. Зато теперь началась настоящая незаметная война.

Контрабандисты, подталкиваемые С.В.А., стали фатально наглеть. В городе, откуда ни возьмись, появлялись древние и очень опасные артефакты, притом попадали они в руки людей совершенно безграмотных, но обладающих зачатками силы. Пару раз оперативникам чудом удавалось предотвратить прорывы Запределья, кратковременное создание областей, через которые могло в наш мир влезть все, что угодно, от диких грузовиков до полностью энергетических существ. Впрочем, в хрониках О.С.Б. эти события описаны весьма подробно. Мое личное участие ограничивалось работой на подхвате, геройствовать никто не давал, да я и сам не рвался.

Закончилось это «черное лето» многоходовой комбинацией С.В.А., в результате которой погиб Ян, наш совсем юный стажер, а все Запределье было взбаламучено.

Именно после этого всегда изображавшая непроницаемо улыбающегося сфинкса Марина неожиданно развила необычную активность.

Глава 15

Нежданный визит

Санкт-Петербург,

октябрь 2010 г.

Неужели «компетентные органы» отследили его путь от дома Купермана?! И теперь ему скажут: «Вы арестованы…»

И что тогда?

Драться?!

Кирилл мог бы драться. Но ведь это не наркодилеры, а менты. Выполняющие обычную ментовскую работу. Есть среди них честные, есть… разные. Но он-то привык убивать заведомых гадов!

Бежать?!

Попытаться можно. Что потом — неясно.

Кирилл даже не представлял, что сейчас мысли, промелькнувшие в голове, вполне соответствуют мыслям не человека, а животного — вечная проблема: драться или бежать?!

Можно было, конечно, отдать мыслеприказ, но именно сейчас ему не хватило бы на это сил.

— Кто? — спросил он.

— Всероссийская перепись населения, — откликнулись из-за двери.

Он посмотрел в глазок. И в самом деле, на площадке стоял типичный студент в шарфе с характерной сумкой переписчика. Еще и с эмовской челкой, выбивающейся из-под шапки — в таком-то виде решил квартиры обходить?! Экий непуганый «ботаник».

Черт, как он мог позабыть об этой переписи?!

— Если сейчас торопитесь, могу зайти позже. — Студент повторил свою просьбу.

— Нет, отчего же, заходите, пожалуй.

Кирилл осторожно открыл дверь. На лестнице, кроме переписчика, и в самом деле никого не было.

— Это что, вот в соседнюю парадную придется с участковым заходить! — сказал он в прихожей. — Уже предупредили. А у вас тут все в порядке…

Похоже, он даже не заметил водочного запаха. Ладно, не станем тянуть.

Студент быстро протараторил что-то о конфиденциальности сведений, столь же быстро заполнил анкету.

В какой-то момент Кирилл поддался искушению и попробовал дотянуться до сознания переписчика. Беспокойство улеглось, однако не вполне.

Он наткнулся на полнейшую пустоту.

Вероятно, сознание студента было «непробиваемым».

А тот продолжал заполнять анкету со слов Кирилла, словно бы и не заметил никакого воздействия. Скорее всего — не заметил.

Да еще и болтать успевал.

— Знаете, нас этими инструктажами замучили! Насчет списка национальностей, например. Вы знаете, что есть список?

— Ну, наверное, должен быть. — Кирилл неопределенно пожал плечами. — Ну, я же сказал, что русский…

— Вот-вот, а в списке кого только нет! — пояснил словоохотливый парень. — Даже… — Он понизил голос, назвав нечто неудобоваримое, но очень ясно переводимое на русский.

— Что, и такое бывает? — Кирилл, несмотря на свое состояние, не смог не рассмеяться. — Это где же, интересно?

— В Китае. Какое отношение к нам имеют, не знаю, чесслово. Но все это и спрашивают.

— Ну, ЭТО к нам отношение всегда имеет… — глубокомысленно протянул Кирилл.

— Ага, на каждой лестничной площадке написано. А они там у себя, в Китае, о том и не знают! — На сей раз рассмеялся и переписчик.

С описанием нехитрых квадратных метров Кирилла он расправился молниеносно.

— С этим списком национальностей вообще прикол сплошной, — рассказывал студент. — Вот на прошлой переписи, говорят, его не было вообще. Так там кто только не записался. В общем, обнаружилось девятьсот гномов, тысячи три эльфов — они еще по нациям делились. Волки-оборотни, даже вампиры были…

Черт возьми! Лестничная площадка, вампиры… Он что, что-то знает?! Или это случайность?

Кирилл еще раз попытался дотянуться до сознания студента-эмо. И снова ничего не получилось.

— Платят-то хоть много? — спросил он, чтобы увести разговор с опасной дорожки.

— Нет, в том-то все и дело, — поморщился студент. — Но мне, например, и это нужно.

Выпроводив словоохотливого переписчика, Кирилл задумался.

Что бы все это значило? Компетентные органы о нем что-то узнали? Так его бы тут же и постарались бы взять, как особо опасного преступника.

Нет, они отпадают.

Случайное совпадение?

Но этот парень-переписчик со своими анекдотами явно показался подозрительным. Или он ХОТЕЛ показаться подозрительным?

Неизвестность пугала. Если это не милиция, то кто же? Не такие ли, как он сам? Значит, теперь он на контроле?

И еще: ему скоро придется действовать, так или иначе. Из Купермана он выпытал название фирмы, вокруг которой творились наркодилерские дела. Рано или поздно ему придется с этой компанией разбираться. Что там может быть — тайная лаборатория по производству тяжелых наркотиков? Утечка опасных лекарств?

Но теперь это придется оставить на потом. Если он попал под наблюдение из-за Купермана, то ему придется некоторое время вести себя так, как положено обыкновенному охраннику. Конечно, пока он не обнаружит, кто за ним следит — и следит ли вообще.

А сейчас следовало привести свой план в действие — выскочить на улицу, сделав вид, будто едва не проспал уход на работу. А заодно — попасться на глаза нескольким жильцам. И посмотреть, есть ли слежка.

А уже потом можно узнать у соседей, приходил к ним некий студент-переписчик, или нет. Хотя тут Кирилл почти не сомневался — приходил, непременно. Если этот странный парень действительно навестил его не ради переписи, то ему наверняка известно, как выглядит переписчик на здешнем участке. Да и вообще, на что люди обратят внимание? Правильно, на шарф, на странного вида сумку, в самом крайнем случае — на эмовскую челку. Лиц они не запоминают.

Во всяком случае, Кирилл мог сказать одно: когда он вышел из парадной, никакой слежки не заметил.

И день у него прошел совершенно обычно.

Вот только на следующий день, возвращаясь с суток, он обнаружил в почтовом ящике очередной комплект сектантской литературы. Кирилл свернул «Сторожевые башни», чтобы выкинуть их в мусоропровод, как вдруг что-то привлекло его внимание.

На обложке одного из журналов было приписано фломастером: «Господь любит удачливых!»

Глава 16

Младшая сестренка

Санкт-Петербург,

сентябрь 2009 г.

Мария. Она не любила свое имя, придуманное как-то поспешно. Ей казалось, имя наложило отпечаток на всю дальнейшую ее жизнь. Обыкновенное детство. Отец — хорошо зарабатывающий и вечно занятой. Мать — числящаяся где-то на грошовой работе, рано приходящая домой, хлопочущая по хозяйству или от безделья заседающая у подруг. Летние выезды на базу отдыха. Обыкновенное счастливое детство. Иллюзия.

20
{"b":"201261","o":1}