ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

  - Я люблю воздушные шарики.

  - А вдруг она меня не захочет? - делилась с ним своими страхами его малышка.

  И тут слишком четкий и яркий образ последнего сна в самолете. Грустное личико его Василечка, мягкая улыбка.

  - Я очень-очень люблю тебя, папочка... Я буду скучать... Будь с мамой и мы обязательно встретимся... Когда-нибудь...

  - Вася... - из груди вырвался полузадушенный то ли вскрик, то ли возглас. Руль повело, а "конь" стал забирать вправо. Мотоцикл плавно съезжал в кювет, а Рысь совершенно не понимал этого. В груди разрасталось черная дыра боли, погашающая все эмоции и впервую очередь чувство самосохранения.

  - ПАПОЧКА! - словно взрыв прозвучало в ушах и заставило Руслана очнутся. Резко вывернув руль, он ушел от столкновения с деревом, но переднее колесе тут же налетело на булыжник. Заднее колесо подалось вверх, сработав как катапульта. Парень перелетел через руль, описав в воздухе красивый полукруг и заодно потренировавшись в сальто, распластался на земле.

  Над головой проплывали серые пасмурные облака. В сердце пасмурные чувства, а в голове серые мысли. Тут уж и дурак догадается, что Васька прощалась. Его маленькая, милая девочка с темными кудряшками вокруг головы попрощалась с ним.

  Пустота тисками сдавила грудь. Он строил такие планы, будущее было раскрашенно яркими цветами еще неделю назад. Да, он был далеко от любимой, но мог услышать её голос и точно знал, что пройдет совсем немного времени, и они будут вместе. Он торопил этот миг, как мог. Вот только... стоило ли?

  В затылке пульсировала боль. Но какое ему дело до боли телесной, если сердце разрывает осознание, что с его Ириской что-то случилось. Он не верил, что она могла избавиться от ребенка. И значит у него на одну причину больше, чтобы найти её скорее. Но хоть кто-нибудь сказал бы ему как это сделать! Если только...

  Лев Петрович!

  ***

  - Лен?

  - Господи, наконец-то ты позвонил! Ну что? Как она?

  - Лен...

  - Паш?

  - Лен...

  - Да говори ты! Мне уже бежать покупать билет?

  - Да, боюсь с этим мне не справиться.

  - Все так плохо? Что-то с ребенком, да?

  - Каким ребенком?

  - Её ребенком! Она что не сказала?

  - Нет никакого ребенка, Лен. Черт, как же курить хочется.

  - Даже не смей, ты бросил!

  - Я знаю! - огрызнулся парень.

  - Так что там с малышом? Она ведь сказала тебе, что беременна?

  - В том-то и дело, Лен. Она сказала, что больше не беременна. А еще она попала в аварию.

  - Господи. - еле слышный шепот. - Но почему она уехала к тебе? Почему не позвонила мне или Руслану? Уж он-то смог бы помочь ей пережить это все.

  - Этот мудак женится! Так что даже не говори о нем в моем или её присутствии.

  - Но... Как так? Он сегодня приходил к Ане в больницу и спрашивал, где Крис. Вид у него был крайне обеспокоенный.

  - Я не знаю. Но где он был 3 дня, с тех пор как приехал? Почему не пришел сразу же. Кто знает, может он ищет её, чтобы объясниться. Мол так и так, прости нашел другую.

  - Тебе не кажется, что им все же лучше объясниться?

  - Даже не смей рассказывать кому-либо, что она у меня. Во-первых, она меня об этом попросила. А, во-вторых, я не знаю, как отреагирует Пумба, когда его увидит. Сейчас она по крайне мере не плачет.

  - Это вообще-то плохо!

  - Почему?

  - Паш, не будь дураком. Она девушка. Ей нужно поплакать, чтобы пережить все, что с ней происходит. Выплакать свою боль.

  - Но Крис никогда не плачет.

  - То что она не показывает это вам, своим друзьям, потому что вы мужики, не значит, что она не плачет.

  - ...

  - Ладно, я все поняла. Завтра с утра я сяду на поезд, билет я уже забронировала. Ты сможешь меня встретить?

  - Во сколько?

  - Прибытие в 14:53.

  - Договорились.

  - И не смей курить!

  - Обязательно.

  - И пить тоже не смей!

  - Я не пью.

  - Ну-ну.

  - Хватит! Пойду к Крис. До завтра.

  - Пока.

  ***

  Вообще Олеська была расстроена. Приехала, блин, на историческую родину за братом! Как жена декабриста. И что? Этот нехороший человек или спит, или пропадает черт знает где. Она постаралась найти своих старых друзей, но они все работают или учатся, в будние днем мало, кто может вырваться. Решила вечерком заглянуть к родственникам отца, а в остальное время гуляла, фотографировала город. Правда, сегодня погода погнала её домой. Опять зарядил противный дождь.

  Тихо вошла в квартиру, прикрыла дверь, стряхнула капли с зонта на коврик. Услышала приглушенный голос матери из кухни, и направилась туда.

  - Лидочка, у меня все по плану. От этой непонятной девчонки я уже избавилась. Так что вечером пусть Оленька заходит в гости. ... Ну я же говорю, я все уладила. Не будет больше никакой Кристины, девочка оказалась понятливой.

  - Что ты сделала? - ошарашенно спросила Олеся.

  - Я тебе перезвоню. - Сказала её мать в трубку, и развернувшись, смерила пренебрежительным взглядом наряд дочери. Но это-то было нормально, они уже год воевали по поводу Олесиного стиля. - Вернулась? - будто не слыша вопроса, спросила мать.

  - Как видишь. Так что ты сделала? - хмурясь, повторила Олеся.

  - Ничего особенного. Просто объяснила девочке, что в жизни Руслана ей делать нечего. Потому что у него уже есть невеста.

  - Это какая же? - перешла Олеся в режим язвы, хотя с матерью никогда не позволяла себе так разговаривать. - Та, которую ты ему выберешь? А ничего, что именно эту девушку он любит?!

  - Разлюбит. - уверенно ответила женщина.

  - Да что же это такое! - Взвыла Олеся.

  - Он мой сын, так что я лучше знаю, что ему нужно для счастья.

  - Но это ЕГО ЖИЗНЬ! ЕГО ВЫБОР! Да как ты не понимаешь, что только он сам может выбрать человека, с которым захочет соединить свою судьбу!

  - Я делаю так, как лучше для него.

  - Нет! Ты его убиваешь! Раньше душила своей заботой и въедливостью! А теперь просто убиваешь! Ты же видела, что с ним стало из-за разлуки с ней! Думаешь, это из-за работы! Ни черта подобного! Он загибался потому, что был вдали от НЕЕ! Она для него как воздух, как сама жизнь! А ты его убила! Я даже не поленюсь и сделаю тебе табличку, чтобы все видели что ты убийца собственных детей!

  - Как ты смеешь так разговаривать с матерью! - взвизгнула Людмила Станиславовна.

  - А как ты смеешь портить нам жизнь! Я до конца не хотела верить тому, что ты эгоистичная и деспотичная собственница, но все твои действия... Ты как будто помешалась на идее прожить жизнь за Руслана.

  Звонкая пощечина украсила щеку Олеси, рефлекторно она прижала руку в щеке, не верящим взглядом смотря на мать. За всю жизнь её ни разу не били. Даже когда она сильно шалила, отец не прибегал к наказанию битьем. А её мать тем временем, зло сверля дочь взглядом, цедила такие же злые слова.

  - Заткнись! Ты не имеешь право меня осуждать! Я твоя мать!

  - Да лучше уж у меня совсем не было матери, чем такая, как ты! - в сердцах выкрикнула девушка и бегом покинула кухню. Закрывшись в своей детской комнате, она медленно стекла по двери на пол.

  В кармане завибрировал телефон. Оторвавшись от жалости к себе и к брату, она поднесла телефон к уху.

  - Олеся! - взволнованный голос папиного секретаря заставил её напрячься.

  - Что случилось? - Девушка точно знала, что просто так не стала бы звонить именно ей.

  - Я не могу дозвониться ни до твоей матери, ни до брата. Игорь Васильевич заболел.

  - Тот вирус? - догадалась Олеся.

  - Да, его только что госпитализировали. Врачи сказали, что там какая особо тяжелая форма. Ему уже какое-то время было нехорошо. Но он все списывал на давление и к врачу естественно не обращался.

  - Да, он не любит врачей.

51
{"b":"201264","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Перспективы отбора
Россия: страна негасимого света
Самообучающиеся системы
Что мой сын должен знать об устройстве этого мира
Наследник старого рода
Капитанский класс. Невидимая сила, создающая известные мировые команды
Свой среди чужих
Массажист
Когда она ушла