ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А, может, зря я с ними рассорился? Звался бы сейчас виконтом Алгольским, летал на Альдебаран в составе делегации. Альдебаран - то хуже от нашего присутствия не стал.

Жареной лебедятины я все-таки не попробовал Что-то тошно было.

О погоде.

Не знаю как вас, а меня синоптики уже достали. Что ни прогноз, то пальцем в небо. Пообещают дождь – жди засуху, напрогнозируют снег – иди к соседу взаймы проси. Никто нашей поговорки не поймет про жадного соседа, у которого зимой снега не выпросишь. Не врубаются; зачем просить снег и что, потом с ним делать. А это наш национальный вид спорта. Главное взять больше, а отдать позже.

Сосед недавно рекорд установил, личный. На мне. Занял до получки, а получку ему уже 18 месяцев не выдают. Так что не ясно, засчитают ему этот рекорд, или администрации завода.

Но с профессиональными спортсменами из правительства соседу, конечно не тягаться. Те и берут в миллион раз больше, и отдать обещают лет через 200.

Камдессю недавно приезжал, все допытывался, куда вы собираетесь наши кредиты использовать? А ни куда! Они нам на фиг не нужны. Это Чубайс с Черномырдиным выясняли, кто из них чемпион в данном виде спорта.

Но вернемся к погоде. Прогнозировать погоду невозможно, к этому мнению пришел и мэр Москвы Лужков. Теперь он погоду для столицы заказывает. Говорят, на День города восемь экстрасенсов, круглосуточно, тучи биополями разгоняли. Три месяца, пока москвичи День города справляли. Четырнадцать циклонов на Урал загнали, у меня на огороде вся картошка сгнила.

А мэрии эксперимент понравился. Заключили контракт с чукотским шаманом Йэкуниным, на подметание улиц с помощью стихий. Но шаман тут подкачал, вместо легких ветерков, такой ураган на Москву навел; две недели поваленные деревья и рекламные щиты убирали.

Потом, Йэкунин оправдывался, что не те трансквилизаторы применил:

- Я привык к сушеным мухоморам, а мне для транса героин и марихуану подсунули, вот и не рассчитал силу.

Не поверили экстрасенсу, уволили, а думаю зря. Пока москвичи не опомнились, надо Йэкунина к нам в город заманить. А чего нам бояться? Рекламных щитов у нас отродясь не было, а тополя и без ветра падают от старости. Пусть сюда тропические циклоны загоняет. Представляете, сколько дров сэкономить можно будет, если в январе не минус 30, а плюс 30 будет? Так что дело за администрацией, нанимайте шамана, а сушеными мухоморами я обеспечу. По доступным ценам.

История одной планеты

На планете Энгаборее жил великий учёный Ухты. Такое имя дали ему энгаборейцы непроизвольно. Каждое открытие, или изобретение учёного было столь неожиданно и колоссально, что при первом знакомстве вызывало возглас: «Ух, ты!». Первое своё значительное изобретение Ухты сделал ещё в студенческие годы. Его электромясорубка занимала 112-этажный дом, перерабатывала 300 тысяч тонн мяса за сутки. Правда, такого количества мяса планета не имела, но зато производительность энгоборейской мясорубки была выше в 13,5 раз, чем у их вечных соперников на Ингаборее. Затем в короткое время учёный сделал целый ряд открытий в разных областях науки. Создал уникальную ткань, не пропускавшую воздух, водонепроницаемую, не окрашиваемую ни одной краской, кроме пепельно-серой. Несмотря на то, что ткань оказалась дорогой и легкорвущейся, ткацкие фабрики охотно взялись за её производство. Выпускать отечественную ткань было патриотично, а поэтому выгодно. Правительство Энгабореи всегда выделяло ссуды под патриотические мероприятия. Произведя, таким образом, революцию в ткачестве, Ухты перекинулся на швейников. Изобретённый им универсальный единый безразмерный костюм предназначался для всех вне зависимости от пола и возраста. Закон об обязательном ношении единого универсального костюма из отечественной ткани привёл к поголовному вымиранию модельеров, портных и продавцов одежды. 200 комплектов костюма, подаренных новорожденному, хватало ему на всю жизнь.

Решив вопрос с одеждой, Великий Учёный Ухты (к этому времени его именовали только так) взялся за школьную реформу. Гигантские усилия мысли родили гениальный плод «Единый универсальный учебник для 1-10 классов». Учебник был выдержан в строго-прямолинейном духе. Все события истории, допускающие различные толкования, допуска в учебник не получили. Из химии были вычеркнуты обратные реакции, из математики – мнимые числа, из физики – теория относительности. Развитие ребёнка отныне должно было идти в одном направлении – к созданию образцового гражданина.

Труднее всего Великому Учёному пришлось в экономике, где он столкнулся в споре с видным представителем «старой школы» (как стали называть противников Ухты) профессором Эхты. «Старая экономическая школа» упорно придерживалась методов расчёта архаических показателей: прибыли, себестоимости, цены, вносящих анархию в производство.

Великий Учёный Ухты предложил удивительно простой способ управления экономикой: каждому предприятию доводилась номенклатура изделий и затраты на их производство. Ежегодно план производства увеличивался на один процент, а затраты снижали на 0,5 процента. Трудолюбивые энгаборейцы добросовестно увеличивали и снижали, но, как ни странно, тех товаров, которых не хватало, стало ещё меньше, зато вырос выпуск галош и ночных горшков. Молодой математик Эйты, ученик профессора Эхты, подсчитал, если в каждую ночную вазу положить галошу и поставить их плотно друг к другу, то ночные горшки покроют всю планету в три слоя.

Особенно непонятным было дело с галошами: дождь на Энгаборее выпадал раз в 11 лет. Горшки пустили на переплавку, а галоши свезли на необитаемый остров и подожгли. Костёр горел 1,5 года и наполовину испарил самое крупное на планете море. От выпавших осадков энгаборейцы, оставшиеся без галош, подхватили насморк и так дружно чихали, что сдвинули ось вращения планеты.

…Напуганное бедствиями правительство уже подумывало: не вернуться ли к отвергнутым идеям опального профессора Эхты, и тут Великий Учёный Ухты сделал ещё один великий поворот, предложил вообще не вмешиваться ни в экономику, ни в производство. Мол, рынок сам во всем разберется, ссаморегулируется. А что, в самом деле, урегулировался, спустя пару лет, на всей планете установился общинно-родовой строй. Через два столетия правнук математика Эйты основал первое рабовладельческое государство. Можно надеяться, что цивилизация на Энгаборее возродится.

История другой планеты

На планете Ингаборея не было рыночной экономики. Вообще-то на ней много чего не было, но больше всего огорчало добрых ингаборейцев, что не было рыночной экономики. А была (стыд и позор перед другими планетами) подарочная.

Понадобилась, предположим, художнику Ах-Ах шапка.

Идет он к своему соседу Ну-Ну, и говорит:

- Сосед, я слышал, ты шьешь прекрасные шапки? Подарил бы мне.

- Да, запросто. Принеси только шкуры от охотника Ба-Баха. Ах-Ах, получал в подарок шапку, и в благодарность дарил охотнику картину, на которой Ба-Бах попирал ногами такого огромного медведя, что даже описывать страшно. Ну-Ну тоже, в конце концов, чего-нибудь перепадало, иначе нафига он эти шапки шил.

А когда надо было сделать что-то большое, например, построить дом, то собирались всей деревней, и строили. Так всем и построили.

Но больше всех любил делать подарки король Ингабореи старый Дзинь-Дзинь. Сперва, он собирал со своих подданных все, что мог собрать. Добрые ингаборейцы щедро дарили любимому монарху все, что тот просил. А если, вдруг, находился такой жадина, который не хотел делиться, то солдатики Дзинь-Дзиня отводили его в перевоспитательный лагерь, где возможность получать подарки, была очень ограничена.

Сам, Дзинь-Дзинь, подарки не очень любил, единственной его слабостью была страсть увешивать себя брошками и кулончиками на разноцветных ленточках. Зато, как щедро одаривал он своих слуг. Бедным слугам каждую ночь приходилось выбрасывать на помойку груды колбас, сыра, икры и прочих редких на Ингаборее продуктов, чтобы освободить холодильники для новых даров.

25
{"b":"201272","o":1}