ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Англичане, а затем и американцы совершенно очевидно исходили из того, что те, кто реально борется в Сопротивлении, займут главные политические посты после освобождения. Так и произошло. Не случайно «партия расстрелянных» — коммунисты — выиграли выборы почти во всех освобожденных европейских странах.

Одна из главных зарубежных резидентур УСО находилась в Базеле, швейцарском городе, расположенном в нескольких километрах от французской и германской границ. Это был рай для разведчиков всех стран, и УСО вовсю использовало эти возможности.

В начале деятельности УСО основной энтузиазм его штаба был направлен на возможность ведения подпольной войны во Франции, Польше и Чехословакии. Программа, принятая штабом, предусматривала создание, набор, тренировку и вооружение 130000 человек в этих трех странах. Их надо было вооружить, главным образом новым оружием, которое должно было доставляться на самолетах-бомбардировщиках. Однако эта программа была отвергнута начальником штаба.

Летом 1941 года УСО представило новую программу, по которой во Франции и Голландии должно было быть подготовлено 45000 бойцов. Но и эта идея из-за нехватки самолетов оказалась нереализованной.

На конференции начальников штабов в Вашингтоне, носившей название «Аркадия», роль Сопротивления и секретных армий в Европе была упомянута лишь между прочим. (Надо отметить, что «помощь России всеми возможными средствами» в перечне основных задач заняла почетное второе место, после «усиления бомбардировки Германии авиацией США и Великобритании».) Руководство английского генерального штаба, которому подчинялось УСО, стало считать Францию сомнительным объектом для серьезных операций, ибо, хотя УСО забрасывало туда оружие и снаряжение, оно в основном терялось где-то в разобщенных между собой отрядах и группах Сопротивления.

1942 год закончился для УСО неудачно. Агентов было заброшено мало, к тому же многие из них были захвачены немцами. Связь с оставшимися часто прерывалась на несколько недель (а за это время немцы зачастую захватывали агента или радиста, а затем заставляли его работать под их контролем). Поставки оружия и взрывчатых веществ почти прекратились.

Жизнь французской секции возродилась после прихода нового начальника, майора Мориса Букмастера. Количество забросок в 1943 году увеличилось, но поставки оружия и взрывчатых веществ оставались смехотворно малыми: за весь год около 900 килограмм взрывчатых веществ, 388 пистолетов, 269 автоматов…

Но затем, когда УСО было передано подразделение транспортной авиации, поставки возросли. Приоритет был у Франции, но самолеты летали уже и над другими оккупированными странами. По приказу Черчилля, в январе 1944 года УСО получило в свое распоряжение 35 самолетов. Если в IV квартале 1943 года был 101 самолетовылет, то в I квартале 1944 года их стало 604, а во II — 1728. Черчилль также отдал распоряжение о том, чтобы в связи с подготовкой вторжения во Францию отряды партизан (маки) снабжались оружием в первую очередь. Соответственно увеличилась и заброска оружия. Только за первые 4,5 месяца 1944 года с парашютами было сброшено 45000 автоматов, 17000 пистолетов и много другого оружия и боеприпасов.

Агенты УСО, часто действуя совместно с отрядами Сопротивления, осуществили немало диверсий. Только в течение 10 месяцев, между июнем 1943 года и маем 1944 года, были уничтожены или серьезно повреждены 1822 локомотива, 200 пассажирских вагонов, уничтожены 2500 товарных вагонов и повреждены 800. В докладе полиции Виши отмечалось, что за период с 25 октября по 25 ноября 1943 года имели место свыше 3000 попыток диверсий на железнодорожных линиях, из которых 427 принесли большой ущерб, а 132 вызвали крушения поездов и «серьезные потери германских войск».

С приближением открытия Второго фронта и после «дня Д» количество диверсий в немецком тылу еще больше увеличилось. В августе 1944 года было уничтожено 668 локомотивов и осуществлено 2900 успешных нападений на железнодорожные пути и следовавшие по ним войска.

В октябре 1943 года генерал Рундштедт направил на имя Гитлера рапорт, в котором выражал «тревогу по поводу увеличения саботажа на железных дорогах, которое связано с возрастающим количеством поставок с помощью парашютов для агентов и участников Сопротивления со стороны УСО». Он докладывал, что «только в сентябре было 534 очень серьезных актов саботажа на железных дорогах по сравнению со 120 за всю первую половину года». Рундштедт утверждал, что в случае вторжения союзников ситуация «ухудшится из-за невозможности проводить ремонтные работы».

Считая, что большинство диверсий проводится железнодорожниками или с их участием, гестапо арестовывало их тысячами. Одновременно немцы вынуждены были направить во Францию 20000 германских железнодорожников. Германская армия и подразделения СС отзывались с фронта для круглосуточной охраны станций, депо и железнодорожных линий.

Диверсии проводились агентами УСО и участниками Сопротивления, не связанными с УСО, и на промышленных предприятиях, работавших на Германию, в том числе таких крупных, как «Шнейдер-Крезо», «Мишлен» и других, а также на электростанциях, линиях электропередач и связи. Взрыв на радиостанции в районе Бордо, используемой для связи с подводными лодками, действующими в Атлантике, причинил немцам огромный ущерб.

Немцы жестоко мстили за акты диверсий и саботажа. По меньшей мере 24000 борцов Сопротивления были казнены немцами во Франции, 115000 депортированы в германские концлагеря (только 40000 из них вернулись обратно). Была уничтожена деревня Орадур-сюр-Глан вместе со своими жителями, включая женщин и детей (как и чешская Лидице, и белорусская Хатынь).

Значительные операции УСО провело не только во Франции, но и в других оккупированных немцами странах — Бельгии, Дании, Голландии, Норвегии.

За время своей деятельности УСО одержало немало побед, но совершило и немало ошибок и понесло немалые потери. Сотни агентов были арестованы немцами, расстреляны на месте или казнены в фашистских концлагерях.

АБВЕР ПРОТИВ УСО ВО ФРАНЦИИ

Пожалуй, самая яркая операция абвера против УСО во Франции в годы Второй мировой войны была проведена не генералами и полковниками, а простым унтер-офицером разведки.

После падения Франции в июне 1940 года горстка польских офицеров, не успевших эвакуироваться из Дюнкерка, организовала разведывательные ячейки во многих городах Франции. Среди них был офицер разведки ВВС Польши капитан Роман Чернявски. Молодая вдова Рене Борни из Люневиля предоставила ему убежище, снабдила одеждой, а главное — документами своего покойного мужа, благодаря чему поляк сразу же превратился в мсье Арманда Борни. Он стал одним из создателей и руководителей разведывательной сети, которую назвали «Интераллье» («Межнациональная»), со штаб-квартирой в Париже и получил кличку Арманд, как мы и будем называть его в дальнейшем.

Однажды он встретил тридцатилетнюю француженку Матильду Каррэ. Матильда происходила из семьи военных. Ее отец во время Первой мировой войны был награжден орденом Почетного легиона. Каррэ работала в Красном Кресте, демонстрировала свою ненависть к немцам и казалась вполне заслуживающей доверия. Арманд взял ее в свою организацию. Матильда вскоре стала его первой помощницей, а заодно и возлюбленной. 16 ноября 1940 года они связались с английской разведкой и вскоре начали радиопередачи на Лондон.

Постепенно «Интераллье» развернула сеть резидентур в четырнадцати точках, охватив почти всю территорию Франции. В таких ключевых местах, как Брест, Шербур, Кале, Булонь, они могли держать под постоянным наблюдением военно-морские сооружения немцев и передвижения флота. Вблизи испанской границы они помогали курьерам налаживать регулярный контакт с британским посольством в Мадриде. Разведывательная сеть размещалась вдоль «зеленой границы» между оккупированной и неоккупированной зонами Франции. Агенты в таких промышленных районах, как Лилль, Лион, Нант или Реймс, наводили ВВС Англии на заводы, производившие вооружение для Германии, и на склады, где оно хранилось.

78
{"b":"201279","o":1}