ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Скакавший по правую руку от герцога рыцарь, чей щит украшало изображение зеленого коршуна, на ходу проткнул копьем одного из гверфов и некоторое время летел, держа впереди себя насаженного на древко врага. Второй свинорылый продолжал махать амбардой, но сидевшие позади кавалеристов арбалетчики быстро нашпиговали его стрелами. Тем временем обладатель зеленого коршуна резко дернул копье, стряхивая с наконечника продолжавшее трепыхаться тело, и отряд, не задерживаясь, проследовал дальше. Возглавлявший кавалькаду Фауст уже сворачивал на следующую улицу, когда их догнал недружный хор:

– Слава герцогу Вервольфу!

Мысленно улыбаясь, Фауст подумал, что мир устроен ужасно несправедливо. Одни стараются, а другим достается слава. Или хотя бы жалкое подобие оной…

Продолжение мясорубки на городских улицах Фауст постарался изгнать из памяти – слишком много крови пролилось в тот полдень на мостовые Нирваны. Ошеломленные натиском гверфы сопротивлялись все слабее, и к обеду город был полностью очищен от вооруженных врагов. Жители торопливо перебирались из своих лачуг в каменные дома, которые построили для себя оккупанты.

Объезжая освобожденную столицу царства, Братья Дьявола видели множество неприятных сцен, которые были неизбежными и закономерными спутниками любой победы такого рода. Если на какой-нибудь шикарный особняк клали глаз сразу две семьи, между ними немедленно вспыхивала ссора, грозившая перерасти в поножовщину. При виде правителей склочники немного успокаивались, но два герцога не могли разорваться на тысячу частей, чтобы усмирять страсти во всех кварталах одновременно.

– Подонки! – прошептал разъяренный Верволъф. – Неужели придется ставить по солдату к каждому дому, чтобы этот сброд не перерезал друг другу глотки?

– Не поможет, – меланхолично откликнулся Фауст. – Солдатам тоже охота пограбить опустевшие жилища. И вообще – каждый боеспособный гоплит нужен на передовой линии. Кажется, мы еще не отказались от замысла штурмовать цитадель.

– Я почти готов отказаться, – буркнул младший брат, – Укрепления выглядят неприступными – дед строил на века… В любом случае, перед штурмом следует укрепить тыл.

Оглядев свиту, Вервольф подозвал двух раненых рыцарей. Старшего из них герцог назначил комендантом города, а второго – помощником коменданта, после чего поручил навести порядок.

– Найдите предводителей цехов и гильдий, – посоветовал рыцарям Фауст. – Пусть сколотят дружины из надежных людей с крепкими кулаками. Надо наладить организованное и мало-мальски справедливое распределение освободившегося имущества.

– И не забудьте, что два-три лучших дома станут резиденциями власти, – добавил Вервольф.

Продолжая свой путь по бирюзовой чаше небосвода, оранжевое светило опускалось к нежно-зеленому зеркалу моря. Немного передохнувшее войско братьев-герцогов обложило коробками пехотных каре Бирнумский холм, увенчанный старой крепостью, что с самого начала времен господствовала над Нирваной. Разглядывая цитадель в лазерный бинокль, вывезенный из какого-то индустриального Отражения, Вервольф жмурился и вполголоса бормотал проклятия.

Фауст понимал и полностью разделял чувства брата. Главная фамильная резиденция была укреплена сверх всякой меры. Высоченные стены, открытые и потайные рвы, четко продуманное нагромождение фортов и бастионов, связанных подземными ходами, – все эти ухищрения легендарного пращура делали крепость неприступной. В эпоху Битвы Трех Сил, когда братья были маленькими детьми, армия Хаоса сумела овладеть цитаделью лишь ценой невероятных потерь. Вдобавок враг не слишком заботился о сохранности того, что таилось внутри, и потому использовал самое могущественное оружие.

Фауст еще раз оценил состояние обороны. По численности гарнизон гверфов должен был примерно втрое уступать нирванской армии, но свинорылые варвары занимали прекрасную позицию. Вражеские лучники мелькали в бойницах, время от времени посылая стрелы и вынуждая штурмующих держаться на солидном расстоянии.

– Кровью умоемся! – Вервольф сокрушенно покачал рогатым шлемом. – Четверть войска уложим на подходе, еще столько же – пока будем взбираться на стены. И все равно победу гарантировать нельзя. Какую степень магии ты готов применить?

– Боюсь, что никакую. – Средний брат скрипнул зубами. – Рискуем повредить Пирамиду.

– А если проникнуть через другие Пирамиды?

– Последние годы я только этим и занимался. – Фауст вздохнул. – Пирамида Анаврина заблокирована изнутри.

Наступила тягостная пауза. Неожиданно мрачное лицо Вервольфа немного просветлело, и младший герцог с надеждой произнес:

– Значит, она все еще там. Я правильно тебя понял?

– Совершенно верно, – кивнул Фауст. – Мамочка сидит внутри.

– Хвала Птице! Сколько же лет она держится?

Ставить вопрос таким образом не следовало, ибо время суть субстанция неверная и переменчивая – куда там сердцу вздорной красавицы. После Битвы Трех Сил в самой Нирване минуло не больше столетия, в Артаньяне – почти два века, в Амбере – почти тысяча лет, в Хаосе – в семь раз больше, а в захолустье вроде той же Земли прошло не меньше двух тысячелетий.

– Полагаю, на средних ярусах Пирамиды это время уложилось в десяток лет, – осторожно сказал Фауст. – Будем надеяться, что такой срок не слишком велик для леди Гекаты.

Бряцая доспехами, к братьям подъехал граф Ренк, назначенный командовать тяжелой кавалерией. Удачливый полководец и дуэлянт зычно попросил разрешения обратиться, после чего сказал чуть потише:

– Ваши высочества, мы не можем штурмовать крепость. Сил не хватит.

– Сам вижу, что придется переходить к осаде, – процедил Вервольф. – Смилодон, сколько времени понадобится, чтобы сколотить десятитысячное войско из жителей Нирваны?

– Сто дней, ваше высочество, – мгновенно отозвался воевода. – Но и после этого я бы не решился бросаться на такие стены.

Гневно посмотрев на старого воина, Вервольф осведомился:

– У тебя есть какие-то соображения?

Смилодон кивнул и предложил поочередно атаковать передовые укрепления, истребляя по частям живую силу гверфов.

– Неплохая мысль, – согласился Фауст. – По слухам, все укрепления соединены с цитаделью подземными ходами. Если возьмем любой форт, можно будет прорваться в цитадель.

– С какого форта начнем? – оживился Вервольф. Обрадованный легкостью, с которой властители одобрили его замысел, воевода сообщил:

– Мои гоплиты стоят напротив Западного укрепления. Прикажете начинать?

– Не спеши, я пойду с вами, – сказал Фауст. – И пригони сюда дюжину-другую пленных гверфов. Нам понадобятся смертники.

Этот прием Фауст видел в нескольких фильмах о войнах античной эпохи. Сам он в те годы не существовал даже в проекте, поскольку современником Юлия Цезаря и царя Вавилонии Хаммурапи был его дед, да и тот едва отметил совершеннолетие. Тем не менее искусство, в том числе и военное, сохранило память о «черепахе», и тесно сдвинутые щиты гоплитов образовали закрытую спереди, сверху и с боков коробку. Под прикрытием этого составного панциря отряд ускоренным шагом бросился к Западному форту. Гверфы, забеспокоившись, осыпали атакующую колонну стрелами, которые, не причиняя вреда, отскакивали от титановых пластин.

Бежавший в первом ряду Фауст следил за дорогой сквозь щель между двумя щитами. В трехстах ярдах от каменной стены форта атакующие наткнулись на первый ров, заполненный источавшими резкий запах нефтепродуктами. Насыщенная углеводородами дрянь немедленно загорелась, огородив укрепление огненным барьером.

Презрительно фыркнув, герцог призвал мощь, подчиненную перстню. Силовые струны погасили пламя и проложили невидимый мост через глубокую канаву, опоясавшую форт.

– Вперед! – скомандовал колдун. – Не бойтесь, пройдем.

Солдаты нерешительно топтались, но в конце концов почтение к прославленному чародею взяло верх над естественными опасениями. Первая шеренга пехотинцев неуверенно поставила ноги в пустоту над рвом, с удивлением ощутив опору под ступнями. Восторженно вопя, «черепаха» преодолела препятствие и устремилась к каменной махине, украшенной бойницами и набитой свинорылыми врагами. Однако через полсотни шагов Фаусту пришлось надорвать голосовые связки, пытаясь сдержать излишне торопливых солдатиков.

3
{"b":"20477","o":1}