ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Поужинать бы, – сказала она, подъехав к Акуну.

– Сначала оставим берег. Наша цель недалеко, совсем недалеко. Надо проехать в лес.

– Ночью? – Руменика с трепетом посмотрела на черную стену деревьев. – Как ты собираешься найти дорогу в этой чаще?

– У нас есть подарок наших друзей.

Акун порылся в своих вещах и извлек из недр переметной сумы мешочек из темного бархата. В мешочке был шар величиной с крупное яблоко из темного стекла. Акун произнес несколько слов на неизвестном Руменике языке, и произошло удивительное – шар засветился теплым белым светом, который постепенно разгорался и становился все ярче. Но еще более удивительным было то, что шар остался висеть в воздухе, когда Акун убрал руку.

– Путеводная звезда, – улыбнулся милд. – Едем!

Шар, разгораясь все ярче, плыл в нескольких локтях над землей, высвечивая дорогу. Двигаясь за шаром, они вскоре обнаружили в стене деревьев просеку и углубились в нее. Просека была широкая, но кроны деревьев нависали над ней очень низко – приходилось пригибаться в седле. Шар уверенно плыл вперед: в его теплом белом свечении лес больше не казался жутким и зловещим, и даже непонятные звуки в чаще стихли. Солтьерский лес стал загадочным и колдовским.

– Ты волшебник, Акун? – спросила Руменика.

– Я воин, девушка. Волшебники те, кто придумали этого светляка.

– Как красиво!

– Смотри, мы на месте…

Светящийся шар теперь плыл над большой поляной, имеющей правильную округлую форму и окруженную гигантскими вековыми дубами. Руменика никогда еще не видела таких старых и удивительных деревьев. Их толстенные стволы были изборождены причудливыми узорами, будто лица древних стариков – морщинами. Наросты, пятна лишайников, ложбины коры, переплетенные узловатые ветки складывались в странные пугающие изображения и фигуры; жуткие лица, застывшие в причудливых позах обнаженные женские тела, безобразных тварей – порождения ночных кошмаров и больной фантазии. Руменика почувствовала, что ночной страх опять входит в ее сердце, ползет холодными струйками по спине, вызывая озноб во всем теле. Старые дубы обступили их, заключили в кольцо, из которого, казалось, нет и не будет выхода.

Шар остановился в середине поляны, повис на месте. Вспыхнул и померк. Во мраке в кронах дубов зашумел ветер, тяжелые ветки заскрипели, как будто лесные патриархи начали переговариваться между собой, решая, как поступить с нахальными пришельцами.

– Где мы? – шепнула Руменика.

– В Кольце Ведьм. Не бойся, магия Солтьерского леса на нашей стороне. Это древний алтарь сидов, алтарь Утренней Звезды и Деревьев.

– Акун, мне страшно.

– Скоро все закончится…

Деревья продолжали переговариваться, шумя ветвями. Ветер понемногу усиливался. А потом вдруг стало нестерпимо холодно. Шар вспыхнул, но уже не белым, а кроваво-алым светом – в нем окружившие поляну дубы и вовсе превратились в замерших перед прыжком уродливых чудищ. Лошади заржали, попятились прочь от центра поляны. Над поляной полетели сорванные с деревьев листья, мелкие ветви, подхваченные вихрем, лесные птицы. В небе над поляной засверкали молнии, и гром ухнул так, что Руменику охватил настоящий ужас.

– Акун! – Девушка закрыла лицо руками, выпустив поводья лошади. – АКУУУУУУН!

Лошади заржали, потом Руменику словно тряхнуло в седле. И стало тихо. И светло. Когда девушка отважилась открыть глаза, она не узнала поляну. Был день – пасмурный и зимний. Вокруг них был снег, много снега, огромные сугробы, наметенные под деревьями. Это был совсем другой лес. Не Солтьерский. В просвет между высокими соснами виднелась зимняя дорога.

Руменика вышла из транса только тогда, когда Акун набросил ей на плечи пушистую волчью шубу.

– Акун, где мы? – спросила она.

– Мы прошли Круг, – ответил старик. – Теперь я могу рассказать тебе, куда и зачем мы пришли…

У дверей в покои Тасси стояли два рослых гвардейца с алебардами наизготовку. Джелу ди Орану не нужно было смотреть им в глаза, чтобы понять – эти из Возвращенных. Другим бы Тасси просто не доверилась.

Красавица сидела спиной к двери перед огромным зеркалом в богатой позолоченной раме и расчесывала гребнем свои роскошные волосы. Расчесывала медленно, с явным наслаждением. Джел поклонился – хозяйка покоев, не оборачиваясь, кивнула в знак приветствия.

– Хорошие новости? – осведомилась она.

– Боюсь, что нет.

– Погоня их не остановила, не так ли?

– Нет. Пять стражников убиты. Мы нашли тело скроллинга. Его спутник успел совершить Переход.

– А эта шлюшка? И старик?

– Погоня напала на их след только у самой границы. Старик хорошо владеет магией. Он умеет отбивать запах, и кании не принесли никакой пользы. И еще – мы ждали их на Роширской дороге, а они направились в Солтьерский лес.

– Вы ждали их не там, где надо, не так ли?

– Это был твой приказ, – заметил Джел.

– О, это я виновата, что парочка ушла? – Тасси обернулась, лучезарно улыбнулась канцлеру. – Да, Джел?

– Может быть, я ошибаюсь, – неуверенно сказал канцлер.

Тасси отложила гребень, прошла к столу, где был накрыт ужин – ростбиф с кровью, копченая рыба, овощи и красное вино в графине. Джел молча наблюдал, как девушка режет на тарелке мясо, изящно отправляет маленькие кусочки в рот.

– Хочешь? – спросила Тасси, предлагая канцлеру ростбиф.

– Спасибо, я сыт. Что будем делать?

– Ты думаешь, мы потерпели поражение? – Тасси отпила вино, поморщилась. – Ничуть. Все идет как надо. Эти трое ничего для меня не значат. Сын Ялмара – вот кто мне нужен. И они приведут меня к нему.

– Нам теперь будет очень непросто их остановить.

– Скажи мне, Джел, а что тебе кажется самым главным событием за последние две недели?

– Мне можно подумать, прежде чем ответить?

– Главное – это тело, – Тасси с нежностью провела ладонями по своей груди, сделала по будуару несколько изящных па и весело расхохоталась. – Вот лучшее, что было за две недели. Я наконец-то могу выдержать солнечный свет. Это восхитительное чувство. Тебе этого не понять, Джел. Только тот, кто восемьсот лет был заточен во мраке, смог бы понять мою радость.

– Есть одно «но», – заметил канцлер. – Как мне тебя теперь называть?

– А как бы ты хотел?

– Мне нравится твое настоящее имя.

– Думаю, нам будет трудно объяснить нашему юному богу, почему ты зовешь меня Арания Стирба или Аина-ап-Аннон, – улыбнулась Тасси. – Так что зови меня Тасси. Время сбросить маски еще не пришло.

– Прости меня, но тебя совсем не беспокоят наши беглецы.

– Хочешь честно? Сейчас у меня другие заботы. Теперь, когда наш возлюбленный император только тем и занят, что возвращает жизнь всем подряд, самое время воспользоваться его манией и его… человеколюбием. А там наступит новый день, и мы решим, что делать дальше.

– Я бы послал погоню за Круг.

– Успеется. У меня есть идеи на этот счет. Нет задачи, с которой не справится мой Легат.

– Ты хочешь… – Джел вдруг ощутил противную сухость во рту.

– Кании в другом мире бесполезны, хотя Легату может понадобиться их острый нюх. Что же до твоих гвардейцев, Джел, то они против скроллингов что малые дети. Два воина без труда зарубили пять человек – это о чем-то говорит. Перебросить гвардейцев за Круг мы не можем. А Легат один стоит целой армии. Он в одиночку сможет справиться со скроллингом или воином-Драконом.

– Дракон? Ты мне не говорила о драконах.

– Джел, ты очень милый, и я тебе благодарна за то, что ты для меня делаешь. Но магия и пророчества – моя стихия. Я могу то, чего не можешь ты. Поэтому ничего объяснять я тебе не буду. Делай свое дело, а я буду делать свое. Когда сбудется предсказанное в Книге Заммека, мы вместе насладимся плодами нашей победы.

– И я стану императором?

– Только ты.

– Помни, ты поклялась служить мне.

– До конца, – Тасси нехорошо улыбнулась. – Мое счастье, что люди смертны. Ваша жизнь так коротка. А иногда она бывает короче, чем вы думаете.

21
{"b":"2073","o":1}