ЛитМир - Электронная Библиотека

— Но сегодня мы не нашли здесь ничего…

— Значит, этот остров — только начало.

Начало чего? Они что, будут искать на всех островках гряды, и больших, и маленьких? И как они смогут безопасно плавать от острова к острову, когда небо прочесывают Троги? Сегодня они уже могли стать отличной мишенью, когда битый час искали проход в рифах. Шэнн устало потянулся, посмотрел на свои руки в слабом свете маленького костра. Потрогал пальцем зудевшие ладони. Тут были бы пузыри, если бы эти руки сызмальства не привыкли к тяжелой работе. А завтра еще грести… Но это будет завтра. А сегодня им не нужно бояться никакого нападения Трогов — Торвальд уже гасил костер. Шэнн свернулся на подстилке из листьев. Ночь стояла тихая. Он слышал только шепот моря, тихую убаюкивающую песню, колыбельную глубокого сна без сновидений.

Лучи солнца ослепили Шэнна. Он повернулся на бок, разомлев от тепла, потягиваясь, словно кот. Потом юноша вспомнил, где он, и окончательно проснулся. Примятая трава, зола вчерашнего костра. Но ни Торвальда, ни росомах.

Он был не просто один — Шэнна охватило чувство, что его бросили. Что Тэгги, Тоги и Торвальд исчезли. Шэнн вскочил, тяжело дыша, и с тревогой бросился вверх на гребень котловины, откуда был виден пляж, где они вчера спрятали каноэ.

Ветки и пучки травы, которыми они накрыли лодку, были в явной спешке отброшены в сторону. И не очень давно…

А каноэ — каноэ, качаясь на волнах, двигалось к рифу, и весло часто мелькало в руках гребца. Внизу, на морской гальке, взад-вперед, поскуливая, носились росомахи.

— Торвальд!..

Шэнн заорал изо всех сил, так, что эхо отразилось от скал за его спиной. Но человек в лодке не оглянулся, и весло все так же быстро двигалось в его руках.

Шэнн бросился вниз по склону, несколько последних шагов он катился кубарем.

— Торвальд! — снова заорал он, но тот так и не обернулся. Шэнн стащил с себя одежду, пнул в сторону ботинки.

Он даже не задумывался над тем, что в воде могут таиться морские чудовища, он просто плюхнулся в воду и поплыл вслед за каноэ, которое уже вплотную приблизилось к рифам, направляясь на юго-запад, к выходу из лагуны. Шэнн был неважным пловцом, но взял неплохой старт, зато потом ему пришлось тяжело и он испугался — Торвальд наверняка достигнет выхода из лагуны, прежде чем Шэнн догонит лодку. Он больше не тратил сил, чтобы докричаться, вкладывая все усилия в то, чтобы догнать лодку.

И он почти догнал раковину, его рука уже коснулась шеста балансира. Пальцы Шэнна сжимались вокруг скользкого дерева, когда он поднял глаза на Торвальда и разжал руку как раз вовремя, чтобы спасти свою жизнь.

Он отпрянул, неловко нырнул, вода накрыла его с головой, но перед глазами Шэнна все еще стояла эта картина, совершенно невероятная, настолько невероятная, что он просто остолбенел.

Торвальд наконец-то прекратил грести — весло понадобилось ему для других целей. Если бы Шэнн не отпустил руку и не ушел под воду, этот грубо обструганный кусок дерева раскроил бы ему череп. Он отчетливо видел весло, занесенное обеими руками, и лицо Торвальда, искаженное гримасой гнева, и потому казавшееся каким-то нечеловеческим, почти Трожьим.

Шэнн вынырнул, отплевываясь и тяжело дыша. Весло снова мерно загребало воду, и каноэ двигалось дальше, а его пассажир не обращал внимания на того, кто остался за спиной, как будто он избавился от плывущего вслед за ним. Плыть дальше значило напрашиваться на еще одну атаку, и во второй раз Шэнну могло и не повезти. Он был слишком плохим пловцом, чтобы попытаться опрокинуть каноэ, а у Торвальда, наоборот, достанет опыта, чтобы расправиться с таким противником.

Шэнн устало попльи обратно к берегу, где его ждали росомахи. Он никак не мог понять, почему Торвальд напал на него. Что с ним случилось? Какие мотивы подтолкнули офицера, чтобы бросить Шэнна и животных на этом острове? На острове, который Торвальд назвал начальной точкой поиска аборигенов Колдуна? Или вся эта сказка была выдумана свихнувшимся офицером для какой-то тайной цели? Против этого говорил только резной диск, да и то — о том, что его нашли здесь, сообщил все тот же Торвальд.

Юноша на четвереньках выполз из воды и растянулся на берегу, хватая воздух ртом. Тэгги принялся лизать ему лицо, тихо, испуганно повизгивая. Над их головами кружились и кричали кожеголовые птицы, испуганные и рассерженные вторжением в их гнездовье. Землянин закашлялся, выплюнул воду и сел.

Лагуна была пустой. Торвальд, наверное, уже обогнул южную оконечность острова, и сейчас уже у самого выхода. Может быть, он уже выгреб за рифы. Не останавливаясь, чтобы подобрать одежду, Шэнн пополз наверх.

Он влез на гребень и только там встал на ноги. Солнце слепило глаза, отражаясь от волн. Приложив к глазам руку, Шэнн еще раз увидел каноэ, уже за рифом, направляющееся вдоль гряды островов, а вовсе не к берегу, как он думал. Стало быть, Торвальд все еще ищет. Но что? Что-то реальное, или то, что существует только в его помутившихся мозгах?

Шэнн уселся. Он проголодался, а этот заплыв через лагуну отнял все силы. Он оказался, как в тюрьме — на островке в два раза меньше, чем долина, в которой стояла их база. И насколько юноша знал, единственным источником воды здесь служила та лужица вонючей дождевой воды, которая в такую жарищу быстро высохнет. А между ним и берегом лежало море, море, в котором обитают такие чудища, как тот вилохвост, которого выбросило на берег.

Торвальд держал курс не на следующий островок в цепи, маленькую голую скалу, а на тот, что лежал следом. Он явно торопился. Только вот куда… и зачем?

Шэнн встал и снова спустился на берег. Теперь он знал, что офицер не вернется, а он — он опять остался один, и только от него зависит, выживет ли он, и вырвется ли с этого островка.

ЛОВУШКА ДЛЯ ЛОВЦА

Шэнн поднял кусочек белого, мягкого, как мел, камня, и провел на красном валуне еще одну палочку. Итого три палочки, три дня, как Торвальд бросил его. И с того утра берег материка не приблизился ни на шаг! Он сидел рядом с камнем, хотя знал, что надо лезть на скалы, искать «птичьи» гнезда. Трое пленников острова, человек и росомахи, уже подчистили все гнезда, что были на берегу. При одной мысли об этих «яйцах» желудок Шэнна скрутило в спазмах и его вырвало., С тех пор, как Шэнн проводил взглядом Торвальда, плывущего к западу, меж двух островов, он больше не видел лодки с офицером. Слабая надежда на то, что тот вернется, умерла. На берегу, в нескольких футах от юноши, лежали плоды его отчаянных попыток соорудить хоть какое-то средство побега.

Вибротопор уплыл вместе с Торвальдом, как и остатки пищи. Шэнн попробовал соорудить подобие плота и срубил ножом несколько низеньких деревцев. Но он не нашел здесь никаких лиан, чтобы связать плот вместе, и все его старания пошли прахом, когда он испытал плот в лагуне. Он не смог связать плот, который удержал бы его на плаву пять минут, не говоря уже о том, чтобы доставить троих пассажиров хотя бы на соседний остров.

Шэнн разочарованно пнул остов своей последней конструкции. Он старался не вспоминать о том, что в естественном резервуаре над слоем грязи осталось чуть больше дюйма чистой воды. Прошлым вечером он попробовал копать в самом центре котловины, где густые растения обещали хоть какую-то воду. Ничего. Сначала влажная земля, потом немного грязной жижицы. Слишком мало для него и для животных.

В лагуне точно должна водиться рыба. Интересно, подумал Шэнн, есть ли в сыром мясе морских тварей вода? Да и как их поймать, без сети, без лески, без крючков? Вчера он сбил станнером птицу, но она оказалась такой костлявой, что даже росомахи, уж на что неприхотливые, отказались ее есть.

Звери обшаривали песчаный берег, и Шэнну показалось, что они охотятся за какими-то моллюсками — время от времени они принимались яростно рыть землю. Тоги этим сейчас и занималась, из-под передних лап фонтаном летел песок, когти старательно разгребали землю.

20
{"b":"20838","o":1}