ЛитМир - Электронная Библиотека

Андрэ Нортон

Чародей колдовского мира

Глава 1

Историю нашего рождения рассказывают часто: наша мать, леди Джелит, та самая, которая отказалась от своего звания волшебницы, чтобы выйти замуж за чужеземного воина Саймона Трегарта, потребовала у Силы, которой служила, неких даров для нас, рожденных в тяжких муках. Она назвала моего брата Киллана воином, мою сестру Каттею волшебницей, или той, что управляет Силой, а для меня она попросила мудрости. Но так получилось, что моя мудрость состоит в знании и что знаю я очень мало, хотя жажда учения всегда владела мной. Однако, несмотря на все свои усилия, я лишь прикоснулся к краешку сытного хлеба знаний, лишь отхлебнул от чаши истинной мудрости. Впрочем, может быть, знание собственных ограничений тоже есть своего рода мудрость.

Вначале, когда мы были детьми, я не нуждался в товарищах, потому что мы, трое близнецов (в Эсткарпе рождение тройни дотоле дело неслыханное), были едины духом. Киллан создан для действий, Каттея — для чувств, а я — предположительно — для мысли. Мы хорошо ладили друг с другом, и наша взаимная привязанность была очень сильна, как будто нас соединяли узы не только духа, но и плоти. Потом пришел тот мрачный день, когда Каттею у нас отобрали мудрые Властительницы, которые правили страной. И на какое-то время мы ее потеряли.

Но на войне человек забывается, он способен забыть свои страхи и тревоги и жить от восхода до заката, от сумерек до рассвета. Так мы были вынуждены жить. Ибо мы с Килланом оказались среди пограничников, тех, что образуют тонкую защитную линию между Эсткарпом и мрачной угрозой Карстена.

Удача изменила мне: один-единственный удар меча сделал меня бесполезным и превратил в калеку, каких оставляет после себя война. Но как ни болезненна была рана, я приветствовал передышку. Ибо благодаря ей смог вырвать сестру из рабства у волшебниц.

Хотя правая рука у меня была искалечена и жизнь воина для меня осталась в прошлом, я с трудом дождался, пока раны чуть-чуть затянутся, и сразу отправился в Лормт. Ибо во время жизни в горах я наткнулся на любопытные обрывки знаний. Дело вот в чем. Мы, в Эсткарпе, давно знали, что к югу находится наш давний враг Карстен, на севере Ализон, с нетерпением ожидающий нашего падения; западные моря — прибежище наших давних союзников, моряков салкаров, которые бороздят волны и опустошают берега половины нашего мира. Однако никто не говорит о том, что лежит на востоке. Как будто мир кончается той горной цепью, которая хорошо видна в ясные дни. И я постепенно понял, что в сознании тех, с кем я служил, есть нечто, запрещающее думать об этом направлении. Для них восток словно не существует.

Даже для Эсткарпа, настолько древнего, что ни один современный исследователь не может докопаться до его начала, Лормт — нечто очень старое. Возможно, когда-то это был город, хотя не могу догадаться, с какой целью основали город в этой унылой местности. Теперь это лишь несколько заплесневевших зданий, окруженных руинами. Однако здесь хранятся давно забытые записи Древней расы; те, кто, подобно кротам, роется в них, отбирая то, что нужно сохранить, сами делают этот выбор. И вполне возможно, что рядом, среди обрывков листов, таится нечто гораздо более достойное сохранения.

Здесь я искал ответ на загадку таинственного востока. Потому что мы с Килланом не отказались от надежды освободить Каттею и восстановить наше трио, хотя окружающие могли думать по-иному. Но чтобы спастись от гнева Совета, нам было необходимо убежище, и тут нам, похоже, был способен помочь загадочный восток.

В Лормте два дела занимали меня долгие месяцы: поиски среди рукописей и попытка снова стать воином, хотя теперь я вынужден был держать рукоять меча в левой руке. В сумрачном мире, в котором мы живем, когда солнце Эсткарпа краснеет на горизонте и погружается во мрак ночи, никто не может оставаться безоружным.

Я узнал достаточно, чтобы убедиться: на востоке действительно находится наше спасение или, по крайней мере, возможность укрыться от гнева волшебниц. И еще я снова стал воином — до некоторой степени.

И тут решение Совета нанести решающий удар и покончить с Карстеном дало нам шанс. Пока колдуньи собирали силы, чтобы перемешать горы, как повар перемешивает похлебку, мы с Килланом снова встретились в нашем родном Эстфорде. В ночь смятения мы выехали вместе, чтобы освободить сестру из западни, которая так долго ее удерживала.

А потом мы отправились на восток и нашли Эскор, разоренную землю, из которой давным-давно пришла Древняя раса; в этой земле силы добра и зла высвободились, вырвались и принимали самые причудливые формы. Вместе и поодиночке мы сражались с этими силами. Киллан, используя свой дар на пользу нам, оказался открытым для одной из этих сил; и, хотя это стоило ему тяжелых испытаний и мучений, но одновременно привело нас к народу Зеленой Долины, в их святилище.

Эти люди не вполне нашей крови. Подобно нам, не только потомки Древней расы, но и наследники качеств своего отца, пришедшего из другого пространства и времени. В них были следы Древней расы, но в целом они еще старше и родственны той земле, с которой у нас нет кровных связей. В Эскоре существует множество легенд о прошлом, и мы кое-какие из них слышали в детстве.

Но потом Киллан попал под действие неведомой силы и вернулся через горы в Эсткарп. В нем проснулась неодолимая потребность — у меня нет слов, чтобы правильно ее описать, — эта потребность передалась представителям Древней расы Карстена, как проклятие колдеров, и превратила их в беспокойных бездомных странников. А когда Киллан вернулся к нам, они последовали за ним.

Пришли не только воины, но и женщины и дети, и прихватили с собой все, что могло помочь им основать свой дом в этой новой земле. Племя Зеленой Долины под руководством своей госпожи Дахаун, той самой, что спасла Киллана во время грозившей ему страшной опасности, и военачальника Эфутура помогло им пересечь горы и благополучно достичь Долины.

Все это я описал в своей хронике и, возможно, повторяю уже знакомое. Но мне поручено было добавить свои записи к тем, что начаты Килланом. Это моя часть истории, и она стоит несколько в стороне от рассказа о Великой Войне, хотя занимает свое место в нем, потому что помогла приблизить окончательную победу.

Мои приключения начались в Долине, в этом благодатном месте, где радуется сердце. Долгие годы живущие здесь оставляли символы и заклятия, которые делали Долину свободной от всякого зла, и люди могли жить здесь вольно. Я знал эти символы по своим занятиям в Лормте и считал их могучей защитой.

И хотя в Долине царил мир, мы не могли отдыхать, потому что вокруг нас весь Эскор пришел в смятение. Долгие годы эту землю разоряли войны, такие же свирепые, как те, которые теперь опустошают нашу родину на западе. Здесь мужчины и женщины в погоне за знанием перешли границы благоразумия. Появились такие, которые искали власти ради власти; а за такими всегда идет Тень темнее ночи. Произошел раскол, и часть Древней расы отступила за горы, разрушив за собой все дороги и закрыв свое сознание для прошлого.

Оставшиеся принялись воевать, используя силу против силы, силы ужасные и опустошающие. Некоторые, такие, как зеленое племя, те, что продолжали жить по законам, ушли в дикую местность. К ним подтянулись другие — горстки людей доброй воли. Приходили и те, что стали результатом ранних экспериментов со странными знаниями, но не злые и не использовавшиеся в злых целях.

Однако их было слишком мало и они были слишком слабы, чтобы бросить вызов Великим, которые упивались своей властью над недоступными для нашего понимания силами. Поэтому люди затаились и ждали, пока бури не утихнут. Некоторые из Темных уничтожили друг друга в этих битвах. Другие ушли через Врата, которые они открыли, ушли в другие времена и пространства; именно через такие Врата мой отец проник в Эсткарп. Но их борьба оставила за собой гнезда древнего зла, оставила слуг, покинутых и освободившихся. И неизвестно было, смогут ли Великие вернуться, если захотят или если их кто-нибудь призовет.

1
{"b":"20839","o":1}