ЛитМир - Электронная Библиотека

— Благословение Высшего Духа с тобой, высокая госпожа. Он красив, наш царственный.

Обе они пристально глядели на меня. Какого рода игру они затеяли? Я сомневалась, что они хотели только осыпать меня комплиментами.

— Царственный, — ответила я самым сладким тоном, какой только сумела изобразить, — действительно превосходит всех мужчин, ибо Высший Дух, которому он служит всеми силами, одарил его великими дарами.

Они продолжали все так же раздражающе смотреть на меня. Меня словно вынуждали добавить что-то к этой похвале Хинккелю. И мне не показалось, что какая-либо лесть с моей стороны окажется неуместна.

— Вы, должно быть, очень гордитесь, высокая госпожа, что царственный — ваш брат. Вам недостает его — ведь теперь он живет в Вапале?

Я так и не поняла, почему она так отреагировала на мой вопрос. Альмира подалась было к ней, словно хотела остановить поспешный ответ подруги:

— Высший Дух высоко вознес его. Он был слугой и пастухом в Доме моего отца, когда я вошла в пору и выбрала Кулкан-ва-Кастерна.

Чистая злоба скрывалась за ее словами. Рот Альмиры скривился.

— Да, — спокойно ответила я. — Высший Дух действительно благоволит к нему. И справедливо, поскольку нынче он всеми силами служит Внешним землям.

Хотя несколькими лунами раньше я бы так не сказала, теперь я знала, что это правда. Сиггура-Меу хихикнула. То, что я защищала ее брата, по ее мнению, показывало мою глупость. Альмира снова наполнила свой бокал вином и сделала глоток.

— Как вы правы, высокая. — Сиггура-Меу тоже снова наполнила свой бокал. — Человек всегда должен видеть в своей паре только лучшее. Ведь только мы, кахулавинцы, помним, что он очень мало значил в нашем королевстве. Но, конечно, став старше, человек может измениться.

Я почувствовала, как вдруг напряглась Касска. Она не зашипела, но я была уверена, что она едва сдерживается.

Альмира резко сменила тему разговора, заговорив о большой ярмарке, последней перед тем, как великие бури обрушатся на скальные острова. Караваны не придут снова, пока не окончится сезон. Я рассказала о некоторых редкостях, что можно было бы доставить из Вапалы — или даже из Внутренних земель, о которых мы так мало знаем.

Вскоре после этого они церемонно попрощались со мной и ушли. Мне оставалось только догадываться о настоящей причине их визита и почему Сиггура-Меу так бесстыдно наговаривает на брата.

КОРОЛЕВСКИЕ КАЗАРМЫ — КАХУЛАВЕ

Казармы были переполнены. У офицеров почти не было возможности уединиться, поскольку их разместили по двое в комнате сразу после того, как Сапфировая королева официально проинспектировала охрану. Джаклан бросил свои седельные мешки на ближайший спальный мат.

Он не знал, как назначались соседи по комнате, но ему не слишком нравился доставшийся ему самому. Они достаточно хорошо знали друг друга, но не были друзьями, хотя и прослужили вместе несколько сезонов в личной охране королевы Юикалы, прежде чем Джаклан был призван царственным. Каликур любил азартные игры и перед императорскими испытаниями был одним из последователей Шанк-джи.

Теперь этот тип стоял у окна и глядел на группы купольных домов королевства.

— Очень отличается от Вапалы! — рассмеялся он, — Надо радоваться, что мы не останемся здесь навсегда.

Он потянулся к поясному кошелю. Развязав его, он вытряхнул в ладонь шесть серебряных кружков. Они ярко сверкали на фоне его темной кожи. В центре каждого сиял драгоценный камень — у некоторых алмаз, у других рубин. Каликур подбросил их в воздух и ловко поймал.

— Что скажешь, командир? Думаешь, местным пастушьим сыновьям захочется сыграть пару партий?

Джаклан пожал плечами.

— Не думаю, что у тебя займет много времени это выяснить. — Он не намеревался становиться партнером по игре человеку, не понравившемуся ему с первого взгляда.

Каликур рассмеялся.

— Не нравится, а? Да я помню, что ты не делаешь ставок. Ладно, каждому — свой выбор. У меня склонность к этим маленьким игрушкам.

Он ссыпал кружки обратно в кошель и вернул его на пояс. Едва махнув рукой в своего рода прощальном жесте, он оставил нераспакованные сумки на полу и удалился.

Джаклан занялся своими пожитками. Он слышал разговоры о ярмарке. Надо бы купить гостинец. При мысли о любимой он мягко улыбнулся. Гостинец для друга, никто не скажет, что это недопустимо. Но она гораздо больше, чем просто друг. Разве она не выбрала его в спутники жизни? Когда путешествие закончится, он снова пойдет прямо к царственному и спросит, где находится упомянутое безопасное место.

АЛИТТА

Поскольку царственный все еще беседовал наедине с королевами, настало время заняться собственным делом. Я уже тщательно скопировала старинную карту на новом листке пергамента. Теперь я достала мешочек, в котором ее держала. Я носила его на шее. Потянув за шнур, на котором он висел, я коснулась талисмана, данного мне Равингой. Не было причин носить его дальше. Цель, ради которой я им воспользовалась, достигнута, И сила его, наверное, уже иссякла.

Однако никто не должен об этом узнать. Я все время живу в тени подозрений. То, что мои пожитки могут привлечь внимание… Я не удержалась от смеха. Подумать о том, что какой-нибудь шпион станет рыться в моем гардеробе, это все равно что искать призраков там, где их не существует.

И все же мой талисман немедленно вызовет при дворе скандал и даст врагам Хинккеля еще одно оружие. Этого не должны заподозрить. Так что я снова спрятала его на прежнем месте. По крайней мере, его надоевший запах выветрился.

Мне следовало сосредоточиться на карте. Я развернула ее на столике и щелкнула пальцами, подзывая ближайший светильник, который тут же мне повиновался.

Линии, составляющие внешнюю часть сети, — прослеживая их направление, я водила по ним шпилькой, вынутой из волос. Копирование показало мне, что они действительно связывают разные королевства. К тому же одну линию я проследила дважды. На оригинальном рисунке она была такой бледной, что мне понадобилось увеличительное стекло, чтобы завершить копирование. Но эта линия уходила прямо в Безысходную пустошь. Неужели она отмечала подземный путь в Вапалу? Я должна была убедиться, не ведет ли какая-нибудь линия и сюда.

51
{"b":"20846","o":1}