ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Тысяча благодарностей, Человек Силы, — сказал он на щелкающем языке, но Крэйк, будучи эспером, прекрасно все понял.

Внезапно чужак нахмурился, как-будто только узнал о том, что Крэйк — эспер, и его недоумение перешло во враждебность.

— Изгой! Прочь отсюда, рогатый! — пятясь, закричал торговец. Он сделал странный жест двумя пальцами. — Твои чары нас не затронут…

— Не будь так скор в своих суждениях, Альфрик.

Новоприбывший был главой торговцев. Как и его помощник, он носил ремень, но пряжка ремня и рукоятка ножа и меча были украшены драгоценными камнями. Кокарда на желтой меховой шапке сверкала золотом.

— Он не из местных изгоев, — сказал мастер, бегло окинув взглядом Крэйка, как лошадь на базаре. — Если бы он был одним из них, то зачем ему было помогать нам?

— Я не тот, за кого вы меня принимаете, — медленно сказал Крэйк.

Глава торговцев кивнул:

— Ты говоришь правду, об этом свидетельствует солнечный камень, — он потрогал кокарду. Он обернулся к тому, кого назвал Альфриком. — Он не причинит нам вреда. И, может быть, даже поможет, не так ли, чужак из пустыни?

Крэйк излучал доброжелательство так сильно, как только мог.

— Но он пользуется Силой! — возразил Альфрик.

— Он обладает Силой, — поправил его мастер. — Но он сдерживается, и мы — все еще мы. Нет, он не изгнанник Черных Капюшонов. Идем!

Он сделал Крэйку знак и эспер пошел за торговцами. Табун животных двигался позади, пока они не пришли в лагерь.

Мастер наполнил чашу из чана, стоящего на треноге среди углей потухшего костра и протянул ее Крэйку. После того, как Крэйк управился с ее содержимым, мастер представился:

— Я — Калуф из Детей Нои, дальний торговец и старшина этого каравана. Если ты хочешь, Человек Силы, ты можешь путешествовать с нами.

Конечно, все это могло быть просто сном, но Крэйку хотелось узнать, чем же он все-таки кончится. Поэтому Крэйк кивнул, принимая приглашение.

День с караваном даст ему возможность узнать побольше об этом мире и, быть может, даст ему хотя бы намек на то, что с ним произошло, и где он находится сейчас.

2

Сначала Крэйк намеревался провести с торговцами один день, но день превратился в два, а затем в три. Таланты эспера были восприняты торговцами как нечто, само собой разумеющееся. Постепенно у Крэйка стала складываться картина этого мира.

Он получил представление о большом континенте, изрезанном границами различных владений. Все владельцы маленьких территорий низшим сословием именовались лордами.

Калуф и его люди относились к своим покупателям с легким презрением, считая их варварами. Их собственная страна лежала юго-восточнее, на берегу моря. Города были разбросаны по всему побережью и вели морскую торговлю — оставляли самое лучшее себе, а остальное продавали варварам в глубине континента. Крэйк, делая большие успехи в их щелкающей речи, задавал множество вопросов, на которые мастер давал исчерпывающие ответы.

— Жители удаленных от моря стран не могут отличить салудианский шелк от продукции ткацких станков нашего родного удела Кормон. — Он пожал плечами. — Почему мы должны предлагать салудианский шелк, если столько же можно получить за кормонианскую продукцию, причем покупатели остаются столь же довольны? Конечно, если эти лорды когда-нибудь перестанут ссориться, они могут сами придти в Ларуд и в другие города Детей Нои, и тогда мы не сможем извлекать столько прибыли из кормонианского шелка.

— А эти лорды не пытались нападать на ваши караваны?

Калуф рассмеялся:

— Они пытались — раз или два. Естественно, они видели выгоду от захвата наших товаров. Но мы заплатили за торговлю Черным Капюшонам и не беспокоимся. Что с тобой, Ка-рак? Разве лорды в твоей стране осмеливаются выступать против Людей в Черном?

Крэйк кивнул и понял, что правильно сделал. Это рассеяло последние сомнения Калуфа.

— Теперь я понимаю, почему Человек Силы оказался в этой безлюдной местности. Но теперь тебе нечего опасаться, Ка-рак, — здесь у власти — твои братья.

«Колония эсперов! Неужели после стольких лет мечтаний он окажется в ней?» — эта мысль вихрем пронеслась в голове Крэйка. Видимо, это отразилось на его лице, так как Калуф добавил:

— Через час мы будем у стен Сампура. Их внешний пост уже заметил нас и поднял торговый флаг. Взгляни!

Крэйк повернул голову в указанном направлении. Сампур, по словам мастера, был вполне респектабельным городом. Владел им лорд Лудикар, давний знакомый Калуфа и, к взаимной выгоде, партнер во многих его сделках. Поэтому мастер предвидел выгодную остановку, но подскакавший к ним всадник был полон неожиданных новостей.

Внешне он резко отличался от торговцев — он был выше и с длинными руками, а его волосы были рыжеватого оттенка. Одет он был в кожаную куртку, обшитую металлическими кольцами, превращающими ее в некое подобие кольчуги. Он был вооружен мечом и ножом, как и торговцы, но вдобавок держал еще и копье, а к седлу был прицеплен щит. С кончика копья свисало знамя с голубой полосой.

— Ты прибыл в хорошее время, Мастер. Люди В Черном устраивают зрелище, и все приезжие должны присутствовать при этом. Это хороший день для твоей торговли. Но торопись: лорд Лудикар уже выехал, и скоро там будут заняты все места, с которых можно хоть что-нибудь увидеть.

Крэйк вздрогнул. Наказание? Экзекуция? Он хотел, он должен был задать вопрос. Ведь та картина, которая мелькнула в мозге Калуфа при слове «зрелище», не могла быть правдой!

Но его остановил внутренний голос, призывающий к осторожности. Хотя Калуф снабдил его меховой шапкой, одеждой и обувью, так что теперь он выглядел заправским торговцем, но рано или поздно его чужое происхождение раскроется, и лучше, если это случится как можно позже.

Подготовка к церемонии проходила на площади, недалеко от городских ворот. Лучшее место занимал человек в голубой мантии, окруженный кольцом воинов — несомненно, это был лорд Лудикар. На почтительном расстоянии от него толпились горожане. Но они были всего лишь публикой — действующие лица представления стояли отдельно.

Крэйк вздрогнул. Эмоцией, которая забивала все остальные, был страх, напоминающий его собственный, когда он бежал от погони. Он сосредоточился и послал мысль. Эманация страха исходила от двух фигур, окруженных охраной. И еще он почувствовал трое мужчин в черных плащах, с капюшонами, которые прогуливались позади пленников — эсперы. Крэйк использовал свои способности крайне осторожно, постепенно сосредотачивая внимание на людях в черном. Толпа открыла проход в своих рядах и сама потянулась к заросшей вереском лужайке на опушке леса.

Страх — один из пленников просто изливал фонтан малодушного страха. Другой же пленник, тоже не имевший надежды на спасение, был еще не сломлен и горел желанием отомстить своим мучителям. И что-то в Крэйке отозвалось этому желанию. Какие-то люди, одетые в черное, но без капюшонов, окружили пленников. Когда они расступились, Крэйк увидел, что они надели пленникам рога. Из пленника, что был меньше ростом исходил стыд, преобладающий даже над страхом. И теперь, когда пленников никто не заслонял, невозможно было ошибиться — это была девушка, причем весьма юная. Ее волосы, черные и длинные, рассыпались по плечам, подчеркивая ее наготу. Крэйк сделал глубокий вдох, как перед прыжком в каньон. Он метнулся к кусту и припал к земле.

Черные Капюшоны быстро рисовали в пыли дороги какие-то знаки и линии, пока не создали вокруг пленников замысловатую путаницу линий. Затем они начали петь. Монотонную песнь подхватила толпа горожан. Страх пленника-мужчины стал почти заметен, в то время как возмущение и гнев девушки росли вместе с продолжительностью песни, и Крэйк мог чувствовать ее боевой настрой направленный против собравшихся здесь людей.

Эспер, задыхаясь, лежал под кустом. Он не мог спокойно воспринимать то, что сообщали ему глаза! Человек опустился на все четыре конечности, его окутала легкая дымка, превращающаяся в красно-коричневую шкуру. Его голова вытянулась, рога стали расти. Там, где только что был человек, теперь стоял рогатый олень-самец.

2
{"b":"20870","o":1}